Лада терпеть не могла компанию, в которой работала(оригинально, да). Зарплату она любила. Это было их единственное взаимное чувство. Холодное, регулярное и строго по графику.
Компания, где она работала, была из последних совместных предприятий - гибрид холодного западного прагматизма и российского культурного квеста "выживи в традициях". Руководство пыталось усидеть на двух стульях и пока держалось. Правда, стулья уже начинали разъезжаться.
Здесь не было дресс кода. Сотрудники могли приходить в чём угодно, вплоть до экзистенциального кризиса, замаскированного под одежду.
Однажды менеджер среднего звена приперся в юбке-килте. На голое тело, с боевым раскрасом лица, потому что "накануне был праздник души". Никто не вызвал охрану. Начальник отдела лишь уточнил, не помешает ли это воину в юбке сдать отчёт до обеда. Отчёт, к слову, он сдал. Потому что здесь требовали только результатов, а не отсутствия волосатых коленок.
Отчества здесь были под негласным запретом.
Обращаться к пятидесятилетнему заместителю директора по имени "Дормидонт" было нормой. Когда один новый сотрудник попытался включить субординацию и обратился "Дормидонт Мефодьевич", в отделе повисла звенящая тишина, как на похоронах.
-Просто Дормидонт, - процедил зам.
Татуировки тоже не считались чем-то вопиющим.
Лада помнила прошлую работу, где директор - человек старой закалки и хронической обиды на молодёжь, увидел кандидата с татуировками и заявил:
- У нас психов нет и не будет. Ты в каком виде пришёл устраиваться в приличную компанию с уклоном в традиционные ценности, дэбил?
Навыки кандидата его не интересовали.
Парень послал директора на три буквы и ушёл восвояси, а немолодой директор, не привыкший, что молодёжь уже не та, долго орал на даму из отдела кадров, будто она лично эти татуировки набивала.
Здесь с этим было проще.
Пока ты выполнял задачи, мог выглядеть как участник хэви-метал группы после трёхдневного запоя, разговаривать с начальником на "ты" и носить на пальцах кучу колец с черепами.
И всё было бы даже терпимо…если бы не опен-спейс.
Никаких стен. Никаких углов. Никакого шанса спрятаться и хотя бы пять минут побыть человеком, а не функцией с клавиатурой.
Начальники. Они сидели тут же.
Не за тяжёлыми дверями, не в кабинетах, не в пространствах, где можно было хотя бы символически почувствовать иерархию.
Нет.
Они сидели за стеклянной перегородкой.
Субординация? Уважение? Здесь это считалось устаревшим софтом.
Мол, это стирает барьеры, ускоряет коммуникацию, делает команду единым организмом.
Директор как-то сказал, что там в ай ти компаниях даже пиво разрешается во время работы. Сам видел.
ПИВО. НА РАБОЧЕМ МЕСТЕ.
-Это не повсеместно, только в некоторых сферах, - пояснил начальник.
-А может, и нам ввести эту замечательную фишку? - оживился мужской контингент.
-Нельзя, - с сожалением отказал директор. - Незаконно.
Мужская часть коллектива испытала кратковременное чувство утраты, как будто у него только что отобрали не пиво, а смысл жизни.
Она держалась за работу зубами.
Потому что где-то впереди, как морковка перед ослом, маячила ипотека - долговое рабство с элементами надежды.
Лада была матерью-одиночкой. Это не статус - это режим выживания.
Она считала. Каждый месяц. Скрупулёзно, как бухгалтер собственной безысходности. Зарплата. Минус аренда. Минус еда. Минус ребёнок (самая дорогая и единственная радость, которую нельзя оптимизировать). Минус непредвиденные расходы, которые всегда предвиденно случаются. И где-то там, на дне этих расчётов, оставалась цифра. Маленькая. Жалкая. Но достаточная, чтобы банк сказал: - В принципе, вы можете страдать официально.
И вот ради этой цифры Лада терпела всё.
А ещё здесь водились неженатые мужчины.
Она не была романтичной дурой. Лада давно уже не верила в принцев на белых конях, в судьбу, в "половинки" и прочую ерунду, которую продают в женских романах за двести рублей.
Поэтому Лада присмотрелась к Олегу.
Объект внимания сидел рядом и выглядел почти прилично. Единственно, что её бесило - длинные волосы - как правило, грязные и неопрятные. Рваные джинсы, которые давно вышли из моды, и футболка с выцветшим принтом, который уже сам не помнил, что он означал.
Зато - без татуировок.
От него пахло кофе, сигаретами и философским пофигизмом.
Иногда он помогал. Иногда - шутил.
Они болтали. Олег рассказывал про своего кота, который, оказывается, умеет открывать дверь в ванную и смотреть, как хозяин принимает душ. Лада смеялась. Олег спрашивал про её ребёнка, про то, как она справляется, и в его голосе было что-то похожее на искреннее участие. Лада почти растрогалась. Почти поверила, что всё может сложиться.
Однажды перспективный мужчина пригласил её в кафе на бизнес ланч.
Почти свидание.
Утром Лада встала на час раньше и сделала укладку. Долго размышляла, в чём пойти на работу. Остановилась на платье - игривом, но в меру.
Не просто ж так он её пригласил.
Лада никогда не обедала в кафе.
Она приносила с собой контейнер с тем, что осталось от ужина.
Здесь многие ходили в кафешки, и это несколько раздражало. На офисной кухоньке питалась только она и пятидесятилетняя Зинаида, которой было лень куда - то идти.
Она с нетерпением ждала обеденный перерыв.
Оказалось, бизнес ланч - это здорово. Можно выбрать из специального меню и поесть в уютной атмосфере.
А когда они пообедали, Олег из перспективного мужика превратился в пополоамщика, с которым нормальная женщина не станет иметь дело.
Он заплатил только за себя с видом, что это совершенно нормально.
А ведь знал, что она мать одиночка.
Знал.
И всё равно спокойно наблюдал, как разочарованная коллега злобно прикладывает карту к терминалу. Он ещё и на чай оставил!
Всё.
С этого момента как мужчина он перестал проходить по её внутреннему отбору.
Олег даже не понял, почему стала демонстративно надевать наушники, когда он к ней обращался.
Прошёл месяц, а Лада никак не могла выбросить неприятный эпизод из головы.
Она смотрела на склонившегося к клавиатуре Олега и грустно думала, что настоящие мужчины вывелись как тараканы после атаки дихлофоса.
Какие же у него волосы неопрятные.
И что она вообще в нём нашла?
Секундой спустя Лада почувствовала, как перехватило дыхание. К горлу подступила тошнота, руки затряслись.
Она увидела.
По длинным волосам ползло несколько насекомых.
Это была самая страшная её фобия.
Родом из детства.
Когда она нацепляла от подружки из семьи, скажем так, неблагополучной.
К несчастью, мать вовремя не обнаружила.
Зато медсестра на медосмотре увидела.
Нет, она не стала говорить классу прямо.
Но все узнали.
И как же над ней издевались!
Она носила обидное прозвище до выпускного класса.
Олег задумчиво почесал макушку.
На пол шмякнулось ещё несколько.
И нервы у Лады не выдержали.
Да тут ни у кого бы не выдержали.
ОКОНЧАНИЕ УЖЕ ВЫШЛО.
НОМЕР КАРТЫ ЕСЛИ БУДЕТ ЖЕЛАНИЕ СДЕЛАТЬ ДОНАТ ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ. ОГРОМНОЕ СПАСИБО ВСЕМ, КТО ОЦЕНИЛ МОЁ ТВОРЧЕСТВО!!!