Флоренция, сентябрь 1364 года. Коммуна заключила договор с английскими наёмниками «Белой компании» под командованием Джона Хоквуда об охране городских земель. Сумма контракта — сто тридцать шесть тысяч флоринов на три месяца.
Для сравнения: годовой бюджет среднего флорентийского цеха составлял около трёх тысяч флоринов.
Флоренция заплатила без торга. Потому что «Белая компания» в тот момент была лучшим военным инструментом, который можно было купить в Италии. И все это знали.
Почему одни наёмники стоили дороже других
Средневековый рынок наёмного труда был устроен не хаотично — он подчинялся логике репутации. Отряд, выигравший несколько заметных кампаний, получал узнаваемое имя, и это имя само по себе становилось боевым активом. Противник, узнавший, что против него стоит именно эта компания, нередко пересматривал готовность к сражению ещё до первого столкновения.
Репутация строилась на нескольких вещах. Дисциплина — то есть способность выполнять приказ, держать строй и не разбегаться при первом серьёзном давлении. Техническая специализация — будь то тяжёлая кавалерия, пикинёры или арбалетчики. Надёжность контракта — держит ли отряд договорённости или уходит к лучшему покупателю в разгар кампании.
Самые ценные наёмники сочетали все три. Таких было немного.
Швейцарцы: пехота, которая убила кавалерию
С конца XIII века и до начала XVI швейцарские наёмные пехотинцы — «рейслауферы» — были самым дорогим и самым востребованным военным товаром в Европе. Их нанимали Франция, Бургундия, Папский престол, Венеция, Милан. Их боялись почти все.
Причина была в тактике. Швейцарцы воевали плотными колоннами — «баталиями» — с алебардами и длинными пиками. Они двигались быстро, без оглядки на кавалерию. При Моргартене в 1315 году они разгромили австрийских рыцарей на труднопроходимой местности, нападая сверху. При Земпахе в 1386 году — снова австрийцы, снова разгром. При Нанси в 1477 году — Карл Смелый с лучшей армией Западной Европы — и снова бургундцы лежат в снегу.
Швейцарская модель держалась на нескольких особенностях. Во-первых, служба была организована по кантонам: каждый кантон выставлял определённый контингент с местной системой командования. Это давало устойчивую внутреннюю сплочённость, которой не имели наёмники, набранные «с рынка». Люди знали друг друга, воевали вместе не первый год, доверяли соседу.
Во-вторых, они принципиально отказывались от рыцарского обычая «доля героя»: никаких поединков, никаких переговоров с попавшим в окружение противником. Швейцарцы пленных, как правило, не брали — что делало столкновение с ними психологически совершенно другим, чем столкновение с обычной армией. Это было жёстко, но эффективно: противник, знавший об этом правиле, либо держался значительно прочнее от страха, либо, напротив, ломался быстрее от безнадёжности.
В-третьих — дисциплина. Устав швейцарских кантонных отрядов карал за дезертирство, грабёж до установленного времени и неподчинение командиру строго. Это было не мягче ландскнехтских правил, но применялось последовательнее.
«Белая компания» Хоквуда: итальянский сезон английских лучников
Джон Хоквуд — «Джованни Акуто» по-итальянски — был сыном эссекского дубильщика кожи, ставшим богатейшим наёмным командиром Италии XIV века. Его «Белая компания» (Compagnia Bianca) была одним из первых по-настоящему организованных профессиональных военных формирований континентальной Европы.
«Белой» компанию назвали за начищенные до блеска доспехи — это был сигнал достатка и ухода за снаряжением, то есть косвенно — профессионализма. Хоквуд принёс в Италию английскую тактику: взаимодействие спешенных рыцарей и лучников, которая произвела революцию при Креси и Пуатье. В итальянских условиях это выглядело непривычно — итальянцы воевали иначе, с большим акцентом на манёвр кавалерии.
Хоквуд нанимался к разным итальянским городам и государствам на протяжении тридцати лет. Флоренция, Пиза, Папский престол, Висконти в Милане, снова Флоренция. Он умел вести переговоры, умел удерживать своих людей от дезертирства и мародёрства (по стандартам эпохи — относительно), умел договариваться об условиях перед кампанией, а не в середине неё.
После смерти в 1394 году Флоренция заказала ему конную статую в Дуомо кисти Паоло Уччелло. Это был один из немногих случаев в истории Средневековья, когда кондотьер получил государственную дань уважения от нанимателей — не за лояльность, а за качество работы.
Каталонская компания: что бывает, когда наёмникам перестают платить
Если «Белая компания» — пример наёмников в рабочем режиме, то Каталонская компания — пример того, во что они превращаются без работодателя.
После окончания Сицилийской войны в 1302 году огромная компания каталонских и арагонских наёмников — «Великая Каталонская компания» — оказалась не у дел. Их наниматель, Фридрих II Сицилийский, рассчитался с долгами и расстался с ними. Несколько тысяч профессиональных солдат с полным вооружением внезапно оказались безработными.
Они не разошлись по домам.
Компания перебралась в Константинополь, нанялась к Андронику II Палеологу для борьбы с турками. Воевала успешно — настолько, что Андроник не решался её распустить и одновременно не мог нормально платить. Отношения ухудшались, вспыхнули конфликты, компания перешла к открытой враждебности.
Следующие несколько лет компания де-факто самостоятельно воевала на Балканах — грабя всех без разбора, включая тех, кто не успел заплатить или отказался. Фракия и Фессалия были разорены с методичностью, которая в источниках описывается с нескрываемым ужасом. В 1311 году компания захватила Афинское герцогство, перебив его правителя Готье де Бриенна, и управляла им до 1388 года.
Это была не просто история о плохих наёмниках. Это был урок о том, что хорошо обученная профессиональная военная сила без встроенного политического смысла — проблема, а не решение.
Генуэзские арбалетчики: самые технически совершенные воины своего времени
Если швейцарцы были лучшей пехотой в ближнем бою, то генуэзские арбалетчики — лучшими стрелками дальнего боя. На протяжении XIII–XIV веков Генуэзская республика поставляла профессиональных арбалетчиков по всей Европе и Средиземноморью.
Генуэзский арбалет был технологически сложным и дорогим оружием. Составной арбалет с роговым или стальным луком требовал значительных затрат на производство и специального ухода. Эффективная дальность — до двухсот-двухсот пятидесяти метров для прицельной стрельбы, убойная — значительно дальше. Пробивная способность стального болта была выше, чем у стрелы: против защищённых целей это имело значение.
Профессиональный арбалетчик из Генуи обслуживал своё оружие самостоятельно, возил с собой запасные тетивы и болты. Его нанимали не просто как «стрелка» — его нанимали как специалиста с инвентарём. Стоимость снаряжения была частью цены контракта.
При Креси в 1346 году генуэзские арбалетчики воевали на стороне Франции — и потерпели поражение от английских лучников. Историки долго обсуждали это событие: более медленная скорострельность арбалета против высокой скорострельности длинного лука, промокшие тетивы от дождя, невозможность прикрыться «павезой» при неожиданной атаке. Французские рыцари, недовольные отступлением наёмников, атаковали их самих — что усугубило хаос.
Это был один из редких случаев, когда хорошие профессиональные солдаты оказались жертвами не противника, а собственного нанимателя.
Венгерская лёгкая кавалерия: то, чего не умели на западе
Среди специализированных наёмников XIV–XV веков особую нишу занимали венгерские, а впоследствии — хорватские и боснийские лёгкие кавалеристы.
Западноевропейская военная традиция строила тяжёлую кавалерию — закованных в металл рыцарей, берущих противника силой и весом. Лёгкой конницы для разведки, преследования, рейдов и фланговых ударов у западных армий почти не было. Именно этот пробел заполняли всадники с востока.
Венгерские «хусары» — само слово происходит, по распространённой версии, от венгерского «húsz» (двадцать), потому что с каждых двадцати домов выставлялся один всадник, — были прежде всего быстрыми. Они не ввязывались в прямой бой с тяжёлой конницей, они изматывали противника набегами, перехватывали обозы, разрушали линии снабжения и преследовали отступающих.
В итальянских войнах XV века венгерскую лёгкую конницу нанимали регулярно. Их ценили именно за то, в чём они были принципиально иными: за скорость, мобильность и готовность действовать там, где тяжёлая конница не проходила.
Почему хорошие наёмники стоили дороже регулярной армии
Это кажется нелогичным на первый взгляд. Нанять временных работников — дороже, чем содержать постоянных?
В средневековых условиях — именно так.
Содержание постоянной армии предполагало регулярные выплаты независимо от наличия войны. Наёмников нанимали на конкретную кампанию и распускали по окончании. Их специализация была уже отточена — не нужно тратить время на тренировки. Лучший наёмный отряд приходил с отработанной тактикой, опытом нескольких кампаний и внутренней сплочённостью, которую невозможно купить деньгами — только временем.
При этом их можно было распустить.
Именно это создавало систему: государства нанимали профессионалов на конкретные задачи, не обременяя себя постоянными военными расходами. Только к концу XV — началу XVI века, с появлением регулярных армий, этот баланс начал меняться.
Когда репутация работала против: почему наёмников боялись
Лучшие наёмники Средневековья были одновременно самой желанной покупкой и самым нежелательным соседом.
Во-первых, отряд профессиональных солдат между кампаниями требовал чем-то кормиться. Грабёж мирного населения был нормальной экономикой в безработные периоды — хотя лучшие компании старались это ограничивать, потому что репутация разорителя снижала стоимость будущих контрактов.
Во-вторых, наёмник, способный победить вашего противника, столь же способен в следующем сезоне воевать против вас. Итальянские коммуны XIV–XV веков хорошо понимали эту проблему. Именно поэтому конкурирующие города-государства нередко нанимали одни и те же компании — чтобы они не достались врагу. Это была оборонительная покупка.
В-третьих, часть наёмников переходила к новым нанимателям вместе с накопленным знанием об укреплениях, маршрутах, слабых местах предыдущего работодателя. Что было ценным профессиональным багажом — и очевидной угрозой.
Лучшие наёмники Средневековья — швейцарцы, генуэзцы, английские компании, венгерская конница — были продуктом конкретных исторических условий: государства, которые не могли позволить себе постоянных армий, и профессионалов, которые умели воевать лучше всех. Это был честный рынок: репутация строилась в бою, цена определялась спросом, контракт заключался — и почти всегда выполнялся.
Непрофессионалы боялись их заслуженно. Профессионалы уважали друг друга.
А вот что любопытно: как вы думаете, «наёмная армия» как принцип — это более честная система, чем принудительный призыв? Или у неё есть принципиальный изъян, который всё равно проявляется рано или поздно?