По генеалогии Николай II имел весьма ограниченную русскую кровь — это было типично для династии Романовых, которые на протяжении XVIII–XIX веков заключали браки с немецкими и другими европейскими принцессами:
Отец: император Александр III — имел около 12,5 % русской крови (через прабабушку Марию Фёдоровну, урождённую принцессу Вюртембергскую).
Мать: Мария Фёдоровна (Дагмар), принцесса Датская — чистокровная датчанка.
ИТОГО: доля русской крови у Николая II составляла не более 6,25 %.
Таким образом, с точки зрения этнической родословной Николай II был преимущественно немецко‑датского происхождения.
Несмотря на «нерусское» происхождение, Николай II получил типично русское воспитание. С детства свободно владел русским языком, говорил без акцента, вёл дневники и переписку преимущественно на русском. Наставниками были выдающиеся русские учёные и педагоги (в т. ч. К. П. Победоносцев), изучались русская история, литература, право и традиции. А в повседневном обиходе преобладала русская речь и обычаи; семья соблюдала православные обряды.
Николай II осознанно позиционировал себя как русского монарха и подчёркивал связь с народом, т.е. был глубоко верующим православным христианином, что считалось одним из ключевых маркеров «русскости».
Во время Первой мировой войны принял на себя верховное главнокомандование, часто посещал фронт, подчёркивая единство с армией. В период его правления усилились национально‑патриотические мотивы в официальной политике — например, переименование Санкт‑Петербурга в Петроград в 1914 году.
Политика Николая II сочетала универсализм империи и элементы русского национализма. Например в национальных окраинах (Польша, Прибалтика, Украина) проводилась политика продвижения русского языка и культуры. Укреплялась роль Русской православной церкви.
Поощрялось изучение русской истории, отмечались юбилейные даты (300‑летие дома Романовых в 1913 году).
Отношение к «русскости» Николая II всегда неоднозначное:
Консерваторы видели в нём законного православного царя, хранителя традиций. Либералы критиковали за «архаизм» и опору на «русификаторскую» политику. А национальные меньшинства воспринимали его курс как ущемление своих прав.
С точки зрения этнического происхождения Николай II был скорее европейцем, чем русским. Однако по воспитанию, вере, самоидентификации и политике он последовательно выступал как русский монарх, стремившийся укрепить традиционные ценности и единство империи вокруг русской культуры. Таким образом, его «русскость» определялась не родословной, а сознательным выбором и ролью, которую он играл в истории России.