1710 год, Готфриду Вильгельму Лейбницу 64 года. Он уже придумал дифференциальное исчисление (параллельно с Ньютоном, о чём спорят до сих пор), сконструировал первый арифмометр, написал тонны писем по всей Европе и вот теперь решает взяться за вопрос, который мучил человечество всегда: если Бог и всемогущ, и всеблаг, откуда в мире зло?
Книга называется Essais de Théodicée sur la bonté de Dieu, la liberté de l’homme et l’origine du mal - «Опыты теодицеи о благости Божией, свободе человека и начале зла». Слово «теодицея» (от греч. theós - бог и díkē - справедливость) Лейбниц придумал сам. Буквально - «оправдание Бога». И в этом оправдании будет всё: логика, математика, история религий, этнография, лингвистика, полемика с оппонентами и, конечно, знаменитая формулировка про «лучший из возможных миров», за которую его потом высмеют так, что мало не покажется.
Книгу Лейбниц пишет не в вакууме. У него есть конкретный оппонент - Пьер Бейль, французский философ, автор «Исторического и критического словаря», который в конце XVII века задал неудобные вопросы. Бейль утверждал: разум и вера несовместимы. Если следовать логике, Бог не может быть одновременно всеблагим и допускать зло. Значит, либо вера выше разума (и спорить бессмысленно), либо разум приводит к атеизму.
Лейбниц с этим категорически не согласен. Он пишет «Теодицею», чтобы доказать: вера и разум не противоречат друг другу, а истины Откровения лишь «превышают» наш разум, но не противостоят ему. Кроме того, он решает сразу две проблемы:
Социнианскую - те, кто считает Бога ограниченным, не всезнающим, неспособным предотвратить зло. Лейбниц отвечает: Бог всё знает и всё может.
Дуалистическую - представление о двух началах (добром и злом), которые вечно борются. Лейбниц настаивает: зло не имеет собственного источника, оно не равно Богу, оно - лишь недостаток совершенства.
Самая важная часть книги - классификация зла. Лейбниц разводит три понятия, которые обычно сваливают в одну кучу:
Метафизическое зло - несовершенство, присущее всем сотворённым существам по определению. Мы не можем быть совершенными, как Бог, потому что мы не Бог. Это абсолютно неизбежно.
Физическое зло - страдания, боль, природные катастрофы. Оно не всегда напрямую зависит от человека, но часто служит наказанием за моральное зло или просто является «условием» для большего блага.
Моральное зло - грех, злая воля, сознательный выбор в пользу дурного. И вот за него человек отвечает сам. Бог не творит зло, он лишь допускает его ради свободы воли .
Это ключевой ход Лейбница: зло не имеет своего особого начала, с которым Бог находился бы в борьбе. Любые недостатки малых миров обращаются Творцом в благо для целого .
Самая знаменитая (и самая осмеянная) идея книги: наш мир — лучший из всех возможных миров . Звучит вызывающе, особенно на фоне войн, болезней и несправедливости. Но Лейбниц не утверждает, что мир идеален с точки зрения каждого отдельного человека. Он утверждает, что в целом, с точки зрения всего сущего (включая ангелов и все другие уровни бытия), этот мир обладает наибольшим разнообразием ступеней совершенства .
Аргумент строится так :
Бог всемогущ, всеведущ и всеблаг.
Он мог создать любой из бесконечного множества возможных миров.
Если бы он создал не лучший мир, это значило бы, что он либо не знал о лучшем, либо не мог его создать, либо не хотел. Но он всё знает, всё может и хочет только блага.
Следовательно, созданный им мир - лучший из возможных.
Лейбниц уточняет: лучший не значит «без зла». Это значит - мир, где зло необходимо для достижения наибольшего суммарного блага . Как диссонанс в музыке делает гармонию более выразительной, так и страдание в мире делает добро более явным .
«Теодицея» построена как сложный, но продуманный диалог :
«Предварительное рассуждение о согласии веры и разума» - вступление, где Лейбниц разводит истины Откровения (которые выше разума) и суеверия (которые разуму противоречат) .
Часть 1 - учение о божественном оптимуме. Почему Бог выбирает лучшее, как соотносятся его мудрость, благость и могущество.
Часть 2 - разбор философской теологии Бейля, тезис за тезисом, с экскурсами в историю, этнографию и лингвистику .
Часть 3 - о физическом зле (природных дисгармониях) и о свободе воли. Лейбниц доказывает, что человек обладает большей властью над своей волей, чем склонен думать .
Приложения - несколько текстов, где Лейбниц разбирает конкретные вопросы: свобода, необходимость, случайность, зло . В латинском издании добавили «Causa Dei» - краткое изложение всей аргументации .
Спор о свободе воли - вторая большая тема книги. Лейбниц ищет путь между Сциллой и Харибдой. С одной стороны - детерминизм (всё предопределено), с другой - индетерминизм (выбор случаен, без всякой причины). Ни то, ни другое, по Лейбницу, не годится.
Его решение: человек всегда выбирает по наиболее веским основаниям, но эти основания не принуждают его с абсолютной необходимостью. Бог тоже выбирает лучшее, но делает это свободно, потому что его воля руководствуется разумом и благом, а не внешним принуждением. Это «моральная необходимость» - она совместима со свободой. Как если бы мудрый человек всегда выбирал лучшее, но мог бы (гипотетически) выбрать и худшее - просто никогда этого не сделает.
При жизни Лейбница «Теодицея» имела успех. Она понравилась богословам всех трёх основных христианских конфессий (католикам, лютеранам, реформатам). Но уже в XVIII веке началось то, что теперь называют «культурной смертью» этой книги.
Дэвид Юм назвал позицию Лейбница «смелым и парадоксальным утверждением, отрицающим чувство человеческого страдания». А Вольтер в 1759 году выпустил «Кандида, или Оптимизм», где вывел доктора Панглосса, который в любом ужасе твердит: «Всё к лучшему в этом лучшем из возможных миров». Удар был настолько точен, что образ Лейбница-оптимиста на века превратился в карикатуру.
Кант в конце века написал эссе «О неудаче всех философских попыток теодицеи», поставив крест на самом жанре. А в XX веке Достоевский в «Братьях Карамазовых» показал Ивана, который возвращает Богу билет на вход в рай, заплаченный слезами ребёнка.
Лейбниц не просто рассуждает о зле, он строит целую метафизику, где каждому понятию находится место. С другой стороны, чувствуешь, что рациональный оптимизм разбивается о реальность. Волны Лиссабона (землетрясение 1755 года, унёсшее десятки тысяч жизней) были ещё впереди, и они сделают философию Лейбница для многих невозможной.
Но Лейбниц, кажется, это предвидел. В книге он пишет о «ленивом разуме» - склонности людей ссылаться на судьбу, чтобы не прилагать усилий . И о том, что человеку не дано знать всех оснований, по которым Бог допускает зло, направляя всё к добру. Для верующего это может быть утешением. Для скептика - просто красивой метафорой.
Термин «теодицея» остался. Сама идея, что Бога можно и нужно оправдывать перед судом разума, была подхвачена, переосмыслена, раскритикована, но никогда не забыта. И в этом - главная заслуга старого философа из Ганновера.
P.S. Говорят, когда Лейбницу в старости показывали гравюру с аллегорией «Лучшего из миров», он долго смотрел и сказал: «Да, это хорошо, но можно было бы сделать ещё лучше».
ОТКРЫТ НАБОР НА КУРС "РОМАН"
СЛЕДУЙТЕ ЗА БЕЛЫМ КРОЛИКОМ!
Ваш М.