Замысел отставного чиновника выглядел настолько дерзко, что даже видавшие виды помещики поначалу не могли поверить в серьезность его намерений. Разберем по косточкам эту гениальную по своей простоте мошенническую схему, опираясь на цифры и факты, оставленные нам Гоголем.
Чтобы понять аферу Чичикова, нужно знать о бюрократической петле, в которой задыхалось российское поместное дворянство. В XVIII веке Россия перешла с подворного обложения на подушную подать. Государство проводило переписи мужского населения - так называемые ревизии, а списки крестьян назывались ревизскими сказками.
Проблема была в том, что переписи случались раз в несколько лет, а налоги помещики платили за каждую душу в промежутках между ними. Умерший крестьянин продолжал числиться живым до следующей ревизии, и владелец имения исправно вносил за него деньги в казну.
Именно этот правовой пробел стал краеугольным камнем чичиковского бизнес-плана. Он решил скупать у помещиков умерших крестьян, все еще значившихся в документах, по цене гораздо ниже реальной стоимости живого крепостного. Но зачем они ему? Ответ кроется в системе кредитования, существовавшей тогда в России.
Как Опекунский совет превращал бумагу в золото
В XIX веке главным кредитным учреждением для дворянства был Опекунский совет Воспитательного дома. Он выдавал помещикам ссуды под залог крепостных душ: по 200 рублей за каждую душу крестьян мужского пола. Кредит можно было получить, только имея землю, но и тут Чичиков нашел лазейку.
Государство активно заселяло Новороссию - Таврическую и Херсонскую губернии, раздавая там земли бесплатно. Значит, Чичиков мог купить крестьян "на вывод", то есть с последующим переселением, оформить бесплатный участок в Херсонской губернии, заложить всех крестьян в Опекунском совете и получить живые деньги под мертвые души.
В 11-й главе поэмы Гоголь прямым текстом объясняет этот замысел:
"Да накупи я всех этих, которые вымерли, пока еще не подавали новых ревизских сказок, приобрети их, положим, тысячу, да, положим, опекунский совет даст по двести рублей на душу: вот уж двести тысяч капиталу!"
Сколько потратил и сколько мог получить
Исследователи, изучавшие "Мертвые души" как экономический документ, подсчитали точные цифры чичиковских инвестиций. Тут стоит обратиться к данным научной статьи "Экономика мертвых душ", опубликованной в журнале "Логос". Согласно подсчетам ее автора, итоговая калькуляция выглядит следующим образом.
У Коробочки Чичиков приобрел 18 душ за 15 рублей, что составило чуть больше 80 копеек за душу. У Плюшкина он купил 198 душ - 120 умерших и 78 беглых - по 32 копейки за штуку, заплатив в общей сложности 24 рубля 96 копеек. Самую крупную сумму он выложил Собакевичу: по 2,5 рубля за душу, и исследователи оценивают эту покупку в 187 рублей 50 копеек. Общие затраты на приобретение мертвых душ составили около 228 рублей. Средняя цена одной души получилась 58 копеек. Манилов души подарил совершенно безвозмездно - это была чистая прибыль с нулевыми затратами. Средняя цена приобретения одной души не превышала 58 – 70 копеек.
Однако основные издержки возникли не при покупке, а при оформлении. Регистрация сделок требовала использования гербовой бумаги, стоимость которой регулировалась императорским указом от 24 ноября 1821 года. При указании в купчих крепостях минимально допустимой цены в 250 рублей за душу (для Псковской губернии) официальная сумма сделки достигала 98 750 рублей (395 × 250). Затраты на регистрацию, включая взятки чиновникам, оцениваются примерно в 437 рублей - почти вдвое больше, чем ушло на сами покупки.
А что же потенциальный доход? Если бы Чичикову удалось заложить все 395 душ в Опекунском совете по 200 рублей за штуку, номинальная сумма кредита составила бы 79 000 рублей. Однако банк удерживал комиссию в размере 1,5% от суммы кредита. Таким образом, при успешном завершении операции Чичиков мог получить кредит в размере 79 000 рублей (395 × 200), за вычетом комиссии Опекунского совета в 1,5% - около 77 815 рублей чистыми.
Проколы гениального плана
Почему же Чичиков прогорел? Исследователи выделяют две ключевые ошибки его мошеннического "маркетинга".
Первая - он связался с ненадежными поставщиками. Коробочка, будучи женщиной недалекой, приехала в город уточнять, не продешевила ли она с мертвыми душами, и тем самым запустила слухи. Ноздрев, законченный психопат и лжец, просто разболтал всю историю за карточным столом. Вторая ошибка - Чичиков задержался в городе N после регистрации сделок, хотя следовало немедленно исчезнуть с документами и оформлять кредит. Правда о мертвых душах стала достоянием общественности, и Павлу Ивановичу пришлось спешно покидать город в своей знаменитой бричке.
Впрочем, схема была настолько соблазнительной, что кое-кто все же пытался провернуть подобное в действительности. Писатель Владимир Гиляровский рассказывал о своем дяде, помещике Полтавской губернии Пивинском. В России существовал закон: заниматься винокурением разрешалось только крупным помещикам, у которых числилось не менее 50 душ крестьян. У Пивинского было меньше, но очень хотелось производить водку.
В итоге помещик объехал соседей с бочонком горилки и приобрел у них нужное количество мертвых душ. После чего благополучно узаконил свой винокуренный бизнес. Уголовное преследование ему, в отличие от Чичикова, не грозило - схема оказалась вполне рабочей.
_________________________________
1. Поддержать канал донатом можно здесь.
2. Приглашаем на наш сайт "Литинтерес". Там новые статьи появляются раньше!
3. А еще ждем вас в нашей группе ВКонтакте. И в Телеграме