В 1944 году Фёдор Васильевич Токарев, создатель легендарной самозарядной винтовки СВТ, взялся за оружие, которого в Красной армии ещё никто толком не понимал. Ему было семьдесят два года. За спиной — признание, эвакуация, бесконечные доработки СВТ, которую то хвалили, то проклинали на фронте. Но когда из-под Холма привезли трофейные немецкие MaschinenKarabiner, а в ГАУ срочно утвердили новый патрон образца 1943 года, Токарев отложил всё и начал работать над автоматом. Он не стал изобретать принципиально новую схему — взял за основу свою же АВТ-40, проверенную, освоенную в производстве. Зачем рисковать, когда война идёт четвёртый год и время измеряется не месяцами, а неделями?
Автомат Токарева АТ-44 получился массивным, основательным, как и подобало оружию, которое в те годы называли не «автомат», а «тяжёлый автомат». Изначально военные вообще смотрели на новый класс оружия с подозрением: немецкий MKb42(H) весом больше пяти килограммов воспринимался в ГАУ не как штурмовая винтовка для каждого пехотинца, а как попытка создать эрзац-ручной пулемёт — компенсацию для отделений, где единые MG-34 и MG-42 были слишком тяжелы для роли «ручников». Учитывая, что собственный ДП уже порядком надоел армейским эксплуатантам, а конкурс на новый ручник буксует, в СССР решили делать два образца под промежуточный патрон: тяжёлый автомат (около пяти килограммов, с сошкой) и облегчённый карабин. АТ-44 попал в первую категорию.
В его конструкции чувствовалась рука конструктора, привыкшего работать с мощным винтовочным патроном. Ствол длиной 485 миллиметров, массивный, с поперечным оребрением, закрыт стальным кожухом с отверстиями. Газовая камера получила пятипозиционный регулятор, который можно было переключать без разборки оружия — отвернул гайку, вставил выколотку, повернул, затянул обратно. Дульный тормоз, кронштейн для штыка и газовый узел составили единую деталь-надульник, перекочевавшую с винтовки. Всё это выдавало происхождение: перед инженером стояла задача не создать оружие с нуля, а максимально быстро приспособить то, что уже умело стрелять, под новый патрон.
Подвижная система — затвор и затворная рама — тоже перешла от АВТ, изменился только диаметр чашечки затвора под донце гильзы 7,62×39. Ударно-спусковой механизм сохранил возможность переключения режимов огня, но Токарев его усовершенствовал: убрал спусковую тягу с пружиной, сместил спусковой крючок вперёд, чтобы он воздействовал на шептало напрямую. Переводчик-предохранитель смонтировали в основании спусковой скобы — поворотный рычаг, который наверху давал одиночные, внизу — очереди, а во включённом положении просто подпирал крючок сзади. Всё просто, логично, без лишних деталей.
Особого внимания заслуживает система крепления магазина. Токарев применил схему, которая десятилетия спустя станет фирменным знаком самого массового автомата в истории: зацеп спереди и подпружиненная защёлка сзади. Магазин — секторный, двухрядный, с выходом патронов в два ряда. Чтобы его отсоединить, достаточно было обхватить магазин левой рукой и большим пальцем нажать на хвост защёлки, расположенный у левого заднего угла окна. Просто, надёжно, интуитивно понятно. И эта конструкция переживёт своего создателя, войдя в золотой фонд отечественного оружейного дизайна.
Ложа АТ-44 получилась укороченной, с вырезами под башмаки складной сошки. Сошку Токарев сделал неотъёмной, смонтировал на специальном кронштейне у надульника, а ноги снабдил откидными упорами: с мягкого грунта стреляешь с откинутыми, на твёрдом — со сложенными. В походном положении сошка складывалась вдоль ложи, убираясь в те самые вырезы. В прикладе предусмотрели канал для шомпола и хранилище для принадлежностей, закрытое откидной крышкой-затыльником. В металлической пистолетной рукоятке тоже сделали полость для принадлежностей — решение, опередившее своё время, хотя в одном из сохранившихся экземпляров рукоятка уже деревянная, без этого отсека.
Прицельная дальность была заявлена фантастической — 1500 метров. Для оружия под патрон образца 1943 года это звучало избыточно, но Токарев, привыкший работать с винтовочными дистанциями, видимо, не мог иначе. Механический прицел — классической для СВТ конструкции, колодка неразъёмно соединена с кожухом ствола. По сути, перед военными предстал не столько автомат в современном понимании, сколько лёгкий ручной пулемёт, вооружённый промежуточным патроном, но сохранивший идеологию оружия поддержки.
Испытания начались в мае 1944-го на полигоне НИПСМВО. С самого начала стало ясно: наследие АВТ — не только плюсы, но и давние, казалось бы, побеждённые проблемы. Стрельбу сопровождали многочисленные задержки: сдвоенные выстрелы, поперечные обрывы гильз — та самая беда, которая преследовала токаревские винтовки на фронте и которую так и не удалось изжить полностью. Но главное случилось в конце испытаний: разрушилась стенка ствольной коробки. Автомат попросту развалился.
К июльскому этапу конкурса Токарев не успел. Доработанный образец он смог представить только в декабре, но и тогда комиссия под руководством Алексея Башмарина констатировала: по кучности и безотказности АТ-44 уступает конкурентам. Дальнейшую доработку сочли нецелесообразной.
Попытка создать автомат на базе проверенной, но далеко не идеальной системы дала предсказуемый результат: новый образец унаследовал не только сильные стороны базовой конструкции, но и все её врождённые пороки. Время работало против Токарева. Конкурс выигрывали те, кто проектировал автомат с чистого листа, без груза довоенных решений и специфики винтовочных баллистических задач. Тем не менее, АТ-44 оставил после себя не только историю неудачи, но и несколько узлов, качество которых не вызывает сомнений. Защёлка магазина, переводчик-предохранитель, продуманные хранилища для принадлежностей — всё это разойдётся потом по разным конструкторским школам, найдёт применение в более удачных образцах. И когда десятилетия спустя миллионы автоматов Калашникова будут щёлкать магазинами, зацепленными спереди и зафиксированными подпружиненной защёлкой сзади, мало кто вспомнит, что эта схема впервые была обкатана на неудачливом АТ-44 семидесятидвухлетним оружейником, который просто хотел успеть сделать для фронта что-то ещё.