Вот две истории из практики, как на самом деле дети учатся страху публичных выступлений [если статья наберет хороший отклик, буду расписывать ещё такие истории]
История 1. Артур, 28 лет
— У меня тихий голос! Приходится докрикиваться. Меня не слышно, когда я веду переговоры... Я это понимаю по внешнему виду людей. И это не из-за внешнего шума. А из-за моего голоса! — Рассказывает мне Артур на глубинной диагностике. [Имя клиента, я, само собой, изменила.]
Он уже был у врача. С его речевым аппаратом все в порядке. И пока он говорит, я прекрасно его слышу, его тон, тембр четкие ровные, речь яркая членораздельная, поэтому совершенно удивляет то, что говорит он сам:
— С течением времени голос идет на спад. Я впервые это заметил в 17 лет, в университете, когда чтобы докричаться до задних рядов аудитории приходилось сильно напрягаться, и я сильно при этом нервничал... Это был адский первый курс. Я не могу говорить громко.
— Физически не можешь?
— Нет, скорее эмоционально не могу, скорее не хочу. Это чуть-чуть не ок, люди решат, что я злюсь, что агрессирую. А мне нельзя, из-за моего внешнего вида, культуры, национальности это тонкий момент. (У мужчины армянские корни)
[Агрессировать нельзя. Запоминаем. Это важный момент]
— Когда тебе это мешает?
— На переговорах. С поставщиками, партнерами, когда оппонент выше по статусу. Как только появляется вопрос “Повторите, пожалуйста, я не расслышал”... физическая энергия в теле падает ровно в половину. В секунду появляется желание скрыться, не хочется говорить, появляется грусть, уныние. В голове пролетает мысль: “Я физически неполноценный, незначительный”, появляется напряжение в ногах и идет в голову, останавливается зажимом в челюсти, горле и шее. В голове появляется “Надо громче”, еле-еле получается докрикиваться и дальше разговор идет еле-еле, через силу,.. как будто я говорю сквозь стену... — признался он.
Ого, какая реакция, на казалось бы, безобидный вопрос.
— И когда это началось?
— Это было всегда.
[Когда на диагностике я слышу в ответ не "2 года назад", не "позавчера", а "всегда", это жирный маркер, что причины проблем родом из детства.]
— А когда это стало проблемой?
— В этом году, когда мы с отцом купили фирму. И в мои обязанности стало входить руководство над сотрудниками, общение с партнерами и подрядчиками.
— А от чего тебе становится лучше?
— От разговоров в спокойной обстановке, когда я могу спокойно разъясняться, беседовать. Когда мне не надо быстро реагировать, не надо готовиться к разговору, когда разговор не важный.
[Опа, опять дело не физиологии, а в эмоциях, потому что в спокойных ситуациях он разговаривает спокойно]
Дальше я задаю вопросы, чтобы найти причину, то самое событие, когда всё началось. Выясняется:
13 лет. Мальчишка задержался на прогулке с друзьями, время за полночь, зима, темно, Химки. И сейчас, когда он старается побыстрее добраться домой по проторенным среди сугробов народным тропам, ему навстречу выскакивает взрослый мужик с разбитой бутылкой в руке, который решил защемить пацана, то ли чтобы самоутвердиться, то ли обокрасть, то ли ещё чего хуже….
"Эй, пацан, куда идешь?” — Артур в секунду ощутил, как цепенеет его затылок, горло и руки. От неожиданности мальчик застыл и не мог ни двинуться, ни сказать ни слова.
"ЭЭЭЭЭээ, пи3В@к, отвечай!" — Угрожающе повысил голос пьяный и ускоренно начал надвигаться на Артура. — "Ээээааааааывпывп... Куда побежал!?&23e4@ть...."
В это время до чертиков напуганный мальчишка несся в другую сторону, по кругу оббегая район, чтобы поскорее оказаться дома и не попасться этому алкашу на пути. Когда парень прилетел домой, с порога без разбора его ждал жирный нагоняй от отца, который с рукоприкладством и матами орал на ребенка, за то, что тот оказался дома не вовремя.
Артур до сегодняшнего дня вспоминает этот момент, как самый страшный в жизни.
— Эти ощущения там и тогда похожи на те, что ты сейчас испытываешь не переговорах?
— Да, походу, когда кто-то выше мне говорит что-то повторить, у меня появляется реакция словно на меня “бычит” мужик из Химок, я не могу ему противостоять физически, и сказать тоже ничего не могу, даже просто прокричать... я, кстати, после того случая серьезно занялся спортом.
— А что в целом в то время происходило в жизни?
— ***дец. Скандалы с отцом, с учителями. Отец орал и по поводу и без. Как только его дети не соответствовали его ожиданиям, так он сразу в истерику: не так посмотрел, не так ответил, не то сделал, чуть где преступил, сделал не так — получай наказание!
Я должен был выслушивать его тирады, неконтролируемый выплеск эмоций, а сказать в ответ было ничего нельзя. Он будет орать ещё громче.
“Молчи! И рот закрой!” — фраза моего детства.
Я до сих пор вспоминая эти события, злюсь!
Причём, не важно, что и как я делал. Правильно или неправильно это, определялось со стороны папы.
Так было до конца школы, потом я пошел в универ, после работа в нелюбимой военной структуре, контроль отца был, но посредственный, но и проблем с голосом в то время особо-то и не было.
(интересно почему? мб потому что стрессового фактора не было поблизости?)
А теперь…
- Что теперь?
- Отец совсем с катушек слетел после покупки фирмы…
Тут выясняется:
1. Неуравновешенный отец с детства не изменился и всё ещё не умеет себя сдерживать. Он может на пустом месте поссориться с гипотетическими партнёрами и фирма теряет контракт. "Я это все вижу, смотрю на отца косо, он в ответ кидается в злость и ярость. Орет матом на меня при сотрудниках".
2. Когда Артур проводит собеседования для новых сотрудников, отец может спокойно влететь и сказать: “Я сам пособеседую!”
3. Отец постоянно названивает: "Где ты, что ты, зачем?". Но тут Артур его ограничивает.
Теперь давайте разложим ситуацию по порядку как НА САМОМ деле Артур научился бояться.
1. Ребенок с детства растет со строгим отцом, который с младенчества транслировал: "Слушай меня, уважай старшего, молчи и рот закрой, что бы я не говорил!" = так ребенок научился в стрессовых ситуациях молчать перед взрослыми.
2. В 13 лет на фоне домашних скандалов, стрессов и переходного возраста мальчишка дико пугается мужика в Химках, и в момент пикового страха не может даже заорать (Всего секунда, за которую психика научилась реагировать на стрессовые ситуации зажимом, молчанием и бегством. Но во взрослой жизни с переговоров не сбежишь. А дорожку этому проложил, естественно, папа).
3. Мальчик рассказать об этом тем, кто его должен защищать, тоже не смог. Надо было молчать. [К слову очень часто потеря защиты в детстве становится причиной страха публичных выступлений].
4. После этого парень идет учиться борьбе. Он учится защищать себя физически, но не словесно! [Т.е. программа “Молчи и рот закрой!” перед старшими сохраняется]
5. В 17 лет парень поступает в закрытый военный универ, у него начинается адский первый курс, где грузят учебой по самое не балуйся [опять стресс-фактор] , парень забивает на спорт, у него нет на него времени (т.е. забывает о физическом способе себя защитить) и впервые замечает проблемы с голосом, впервые появляется мысль: "Я физически неполноценный, раз не могу докричаться" [само собой, в университете полно строгих властных преподавателей мужчин, которые грузят учебой и, естественно, похожи на отца]
(заметьте, 17 лет! Только в 17 лет проблема перешла на публичные выступления. Но научился он этой проблеме раньше. В кругу семьи. Потом проблема вышла ЗА пределы семьи в эпизоде с мужиком из Химок, и только в 17 лет экстраполировалась на сцену)
6. До 22 лет парень учится, с каждым годом замечая, что голос идет на спад.
7. Дальше нелюбимая работа в гос. органах с четкой иерархией до 26 лет. парень возвращается к спорту, и начинает чувствовать себя лучше.
Впрочем, в это время голосом ему себя защищать и не надо.
Отец далеко, работа бумажная и тупая.
8. В 27 лет парень увольняется со службы, на накопленные деньги вместе с отцом 50/50 покупает фирму. Парень становится с отцом ближе, а контроль отца вырастает до колоссальных объемов (да, те самые пункты выше).
9. И вот 28 лет, парень попал ко мне на диагностику с проблемой "У меня тихий голос!”
Нет, это не тихий голос.
Это классическая схема “Стимул-реакция”
Стимулы: отец и его поведение, партнеры/посредники/преподаватели мужчины, которые похожи на отца или выше по статусу (а как известно, перед взрослыми надо рот закрыть и молчать).
Реакция: тихий голос? НЕТ. Тихий голос — следствие.
А реакция это: физическая энергия в теле падает ровно в половину. В секунду появляется желание скрыться, не хочется говорить, появляется грусть, уныние. В голове пролетает мысль: “Я физически неполноценный, незначительный”, в голове появляется “Надо громче”, появляется напряжение в ногах и идет в голову, останавливается зажимом в челюсти, горле и шее.
И вот тут только включается следствие: “приходится говорить через силу” = “у меня тихий голос”.
Родители, которые НЕ дают защиту и родительские наказания — это два маркера, которые в 70% присущи проблеме страха публичных выступлений.
История 2. Юля, 27 лет
Это участница моего показательного кейса.
1 часть её истории тут.
2 часть истории здесь.
А тут только о том, как она научилась страху публичных выступлений. А если конкретнее, то психогенному логоневрозу = заиканию в основе которого психологические, а не физиологические причины. Сама Юля логоневроз называет “торможением” — ей сложно начать произносить слово, но когда она начинает, всё идёт хорошо.
Сразу перейдем к схеме “стимул-реакция”.
Когда Юля оказывается в ситуации:
- когда на неё направлены камеры;
- когда она должна выступать перед незнакомыми людьми;
- когда мероприятие важное, официальное;
- перед супругом (они работают на одной работе и он может присутствовать на её выступлениях);
- когда активная ссора с супругом идет (слово может повиснуть в воздухе, не выговориться);
- когда появляется необходимость знакомиться с новыми людьми и компаниями, где все друг друга знают, а она новенькая (а таких событий у Юли в связи с новой работой будет пруд-пруди);
- когда она думает о классическом выступлении или тостах...
У неё проявляется следующая реакция на эти ситуации: “... в районе груди перехватывает дыхание, словно не хватает вдоха. Я вдыхаю и замираю со всхрипом. Сдавливающее ощущение идёт по горлу, связки напрягаются... А параллельно адски быстро колотится сердце и от него начинает трясти руки, краснеет лицо. Я словно замираю, хочу стать незаметной. Мне страшно. В этот момент совершенно отключается мозг, мыслей нет. Я внутри не могу себя принять, не могу произнести первую букву слова, внутри злюсь на себя, стыдно. Боюсь, что другие заметят…"
Как Юля этому научилась? Ваши ставки? Школа, университет, работа? Нет.
Сначала Юля рассказывала: “Всё началось лет в 5-6, ещё до школы и длилось около года. Родители предлагали разные версии почему. Основная версия, что меня собака напугала, и я начала заикаться. Это был продолжительный период. Причем оно (заикание) как само началось, так само и закончилось.
Потом это повторилось в 8-9 лет. Это то ли третий, то ли четвертый класс. Я была дома у сестры, была спокойная обстановка, я хотела почитать племяннику, ему 3 года, детскую книжку. Хочу читать, хочу, но не могу, хотя на фоне спокойная обстановка. Я тогда никому не рассказала, что вот так было,
а потом уже, в 12 лет, в 6 классе была та самая учительница…”
Я тем временем слушаю и записываю “само началось, само закончилось”, “собака, со слов родителей... но она этого не помнит”.
Стоп.
Не может “оно само”, просто так, тем более от собаки, которую Юля ещё и не помнит.
Задаю вопрос: “Что тогда происходило в жизни?”
— Жесть… Мама с отцом не женаты. Мой отец впервые в моей жизни появился в дошкольном периоде, примерно лет в 4-5 лет. До сих пор помню, как незнакомый мужчина пришел на Новый год, сказал “Привет, дочь!”, принес конфет.
Я тогда очень хотела, чтобы у меня был отец, и, может быть, в связи с моим желанием, мама приняла решение попробовать сойтись, и мы переехали к нему.
Вот именно тогда я и начала заикаться. По крайней мере это я помню.
Причем родители говорили, что водили меня к врачам, логопедам и к бабкам. Логопеды, врачи разводили руками, а бабки говорили, что это испуг. Но я этого всего не помню.
Я помню, что оно само началось и закончилось, и НЕ в связи с тем, что я с кем-то это заикание перерабатывала вместе.
— А что помнишь из того времени, когда переехали к нему (отцу)?
— Мы у него в тот первый раз недолго жили до школы. Я пошла в школу в 6. Максимум мы у него жили год. С 5 до 6 моих лет.
Это был чужой дом, новая среда. Мне было страшно. Именно там я начала заикаться, и я помню, что мама оттуда забрала меня уже заикающуюся. У него были условия похуже. Для меня это был удар.
Я помню крики отца, меня тогда наказывали криком. Он не бил меня. Но вот эти крики… Помню как мужик на меня орет, комнату пугающую, неприятную, где мы жили. Вот это было страшно.
(в этот момент я думаю про себя: “ну-ну, собака напугала, как же”)
Кстати, до сих пор помню сон из того времени, я проснулась ночью, рыдающая.
Мне снилось, словно в каком-то старом заброшенном доме какие-то странные чужие люди нас с мамой похитили. Я помню, что маму у меня отнимают, и я ощущаю брошенность, потерянность. Субъективно даже сегодня меня сон на 10/10 пугает. Хоть сегодня у меня и нет близких отношений с матерью.
А ещё про это чувство брошенности, сейчас пришло, я помню, как мама оставляла меня у бабушки. Мама растила меня одна. Меня и сестер, и себя ей нужно было прокормить. А для этого ей нужно было много работать, и она была вынуждена оставлять меня у бабушки. А бабушка была ничем не лучше моего отца, я её тоже жутко боялась,..
Это не та бабушка, которая: “На тебе конфетку/пирожок, сюси пуси”.
Нет, это та бабушка, которая: “Завяжи волосы, не ходи с распущенными, сядь там и не мешай!”
Я жутко боялась даже пошевелиться в её присутствии.
— Бабушка была до или после отца?
(тут я выясняю последовательность в цепочке событий, ведь это я тут текст +\- структурировала, но клиенты вспоминают всё на сессии вообще в разнобой, а мне план строить надо)
— До. Года в 3-4. Помню событие из того времени, как мама отвела меня к бабушке. Помню, как меня закрыли в комнате, и в двери было окно. Оно вело в столовую, и я слышу, как мама за окном сидит, мама сейчас будет уезжать, а я в комнате, у меня такая внутренняя тоска, неприятие. Я не канючила, не плакала. Просто терпела, смотрела в окно. Даже игрушек мне тогда не дали!
— А когда ты ощущала такие ощущения в самый первый раз?
И тут мы с Юлей нашли самый-самый ранний эпизод, когда она познакомилась с этим чувством.
Детский сад, 3-4 года, она помнит, как мама опоздала на Новогодний утренник, вокруг были чужие люди, и девочка сама себя уговаривала не плакать, держаться, потому что было стыдно заплакать перед другими. "Это была трагедия, что все с мамами, а я одна". “Внутри потребность в матери, мне было стыдно, что меня сейчас успокаивать начнут. Страшно, что мама меня бросила”. А внутри то, что сейчас по ощущениям я ощущаю, когда нужно выступить.
До этого Юля никогда не испытывала это чувство.
А теперь следите за руками и логикой:
- В 3 года девочка впервые пугается, что останется одна, потому что мама её бросила (мама = оплот защиты), на фоне её тогда окружали чужие люди.
- После этого девочку периодически оставляли у бабушки, которая её пугала. Девочка уже замирает в её присутствии.
- В 5 лет на пороге появляется незнакомый мужчина и увозит её с мамой в пугающий дом, где ещё орет на ребенка. Опять чужой человек = страшно = надо пугаться = замереть.
- На фоне девочке в этом пугающем доме снится страшный сон (который до сих пор невозможно забыть!) что маму забирают чужие люди (= опять забирают оплот защиты!)
- И вот в этот период у ребенка впервые начинается заикание.
(ага, конечно, собака напугала!)
- Далее мама расходится с папой, ребенка увозят от него и из этого пугающего дома, и, о чудо! заикание само собой проходит. Правда до мама успевает несколько раз накричать на ребенка: “Говори нормально! Не придуривайся!”
(а потом родители удивляются, почему, когда дети вырастают, у них нет тёплых отношений)
- Следующий эпизод: внезапный приступ заикания у сестры дома в 8-9 лет, когда пыталась прочесть книгу племяннику.
Что мы узнаем? А то, что эта сестра раньше, до того как стать взрослой и родить, будучи 11-классницей, поколачивала Юлю! И поэтому в доме, где даже со слов девочки “была спокойная обстановка”, ни капельки спокойно не было. Там за дверьми ходила сестра, которая раньше била.
Юля никому ничего не рассказывает. Носит это в себе (интересно, почему же?)
- Что дальше? А дальше 5-6 класс, и учительница, которая каждый раз на уроке, даже ЗНАЯ, что Юле сложно читать, заставляла её читать с доски.
Именно в этот момент заикание стало проблемой. Всё произошло резко, Юля просто не смогла прочитать с доски. Учительница настаивала “Юля, читай!”.
“А я понимаю в тот момент, что не могу! Не могу начать, произнести первую букву, все (она, учитель, одноклассники) в ступоре: что происходит!? Я стала избегать читать. Но эта учительница КАЖДЫЙ РАЗ на её уроке говорила мне читать, хоть я к ней подходила и объясняла, что мне сложно, что я не понимаю, что со мной. Возможно, она решила, что я вру”
(вспоминаем маму с её: “Говори нормально, не придуривайся!”)
“Я тогда научилась жить со стрессом, до сих пор помню школьную доску, я понимала, что что-то со мной не так, но я боялась рассказать, с кем-то поделиться, чтобы мне помогли. Школа была адом, это был мой подорванный авторитет”
(а вот и экстраполяция проблемы на социум, раньше проблема была только в семейном кругу, а теперь вышла за её пределы, в школу. Дальше проблема очень активно проявится в университете. Но тогда само собой, ни денег, ни понимания, как это решить, не было. Дальше была работа заведующей в лаборатории, где от публичных выступлений можно было сбежать.
А вот теперь, когда новая Юлина престижная работа будет постоянно связана со знакомствами и выступлениями, решать проблему прям нужно. И благо, Юля нашла меня, я знаю, как ей помочь).
Что тогда, в школе, было на фоне в жизни Юли? А там у родителей были качели. То отец с мамой сходились, то расходились, у них ругань и скандалы.
В школе, благо, был нормальный класс. И даже если одноклассники и подхихикивали, Юля это всё подавляла. Именно здесь она учится вести себя как лидер, диктатор. Правда, это только внешне, ведь внутри у неё была дикая тревога:
1. Как избежать чтения с доски
2. Все это уже замечают и подхихикивают
3. "Те, кому я рассказала (учительница), решили, что я вру, а маме рассказать тоже нельзя (ну это уже ясно, почему)"
Стоит ли говорить, какой это стресс для ребенка?!
И дальше уже, к университету Юля ощущала, что когда выходит на сцену, она словно бы внешне проявляет себя как лидер, диктатор, но внутри всегда в начале выступления “проваливается” в эту детскую часть.
_
Вот две истории. Артур с его "тихим голосом", который оказался не физиологией, а застывшей реакцией на отца и пьяного мужика из Химок. Юля с заиканием, которое началось не от собаки, а от страха остаться без защиты, от криков и чувства брошенности.
И знаете, что объединяет обе эти истории?
Страх публичных выступлений в 99% НЕ рождается на сцене.
Сцена — это просто место, где старая, давно забытая (но не проработанная) травма/фобия наконец-то выходит на свет. Где включается та самая детская программа: "Молчи! Не выделяйся! Если ты заговоришь — будет больно. Если ты скажешь громко — на тебя нападут. Вокруг взрослые и они только и ждут, как сделать тебе плохо. Они оценивают. А что они о тебе подумают?".
Поэтому курсы ораторского мастерства, дыхательные упражнения и советы "просто расслабься" не работают. Потому что вы пытаетесь лечить голос, когда проблема в нейромышечном зажиме.
Артур в 13 лет научился молчать, чтобы не получить пиздю... выжить. Юля в 3-4 года научилась замирать, молчать и терпеть, чтобы мама вернулась, чтобы не быть брошенной, что по факту, тоже, выживание. А теперь, во взрослой жизни, их психика делает то же самое, но на переговорах, выступлениях и собеседованиях.
Это выученная реакция, которая когда-то спасала, а теперь разрушает карьеру, мешает зарабатывать и заставляет чувствовать себя "неполноценным", "тихим", "странным", "ущербным".
Хорошая новость: это лечится. Но не тренировками голоса, а работой с причиной. Там, где этот страх родился.
Если ты узнал себя в этих историях. Если твои ноги становятся ватными, сердце бешенно стучит, руки-ноги трясутся, горло сжимается, бросает то в холо, то в жар, и
если ты устал:
— краснеть и потеть перед начальником и на сцене;
— чувствовать себя школьником у доски;
— терять контракты, потому что в середине переговоров "сел голос";
— избегать повышений, потому что там придется выступать.
То я знаю, как тебе помочь.
Сделай первый шаг, чтобы решить твою проблему раз и на всегда — запишись на разбор.
Напиши "Хочу на разбор"
в личные сообщения ВК
или в Телеграм.
или Max.
В неделю всего 2 бесплатных места.
С 1 июня стоимость разбора станет 2000 рублей.
А если вдруг ты не знал или забыл, кто я такая, что такое разбор, и почему вообще тебе надо хотеть попасть ко мне, то напоминаю.
Меня зовут Овчинникова Маргарита, я психолог, помогаю избавиться от страха сцены раз и навсегда за 5 онлайн-созвонов. Да, я прямо говорю, что после работы со мной ты сможешь спокойно выступать перед людьми в любой обстановке.
Уже после первой сессии ты почувствуешь изменения: ноги перестанут быть ватными, горло — сжиматься, а руки — дрожать.
А после 5 сессий сможешь спокойно выступить перед коллегами, начальником, подчиненными или просто незнакомцами.
Если вдруг ты не получишь изменений, я верну тебе все деньги за работу.
Это моя гарантия.
И твой первый шаг, чтобы начать чувствовать себя на сцене спокойно (чтобы сохранить работу, вырасти в карьере и зарабатывать больше) — записаться на разбор.
Что такое разбор и зачем он тебе?
Это ~40 минут видеосозвона. На котором мы познакомимся без обязательств и разберем твою проблему: как конкретно она себя проявляет. Ты выйдешь с разбора с четким планом, что делать, чтобы избавиться от проблемы навсегда.
Что ты получишь за ~40 минут разбора?
- Разберемся, что происходит. Почему из раза в раз тебя "перекрывает", хотя вообще не должно?
- Выясним: проблема точно психологическая? Может, тебе нужна пара уроков ораторского мастерства и не нужны никакие психологи?
- Ты получишь разбор твоей ситуации с человеком, которому абсолютно ясно, что с тобой происходит, кто специализируется именно на твоей проблеме.
- Мы разложим твою большую пугающую проблему на маленькие, решаемые задачи. Ты поймешь, что проблема — это всего лишь набор конкретных шагов.
- Ты получишь спокойствие и уверенность, что все решится. Ты перестанешь метаться и получишь ясный план.
- Я дам четкий ответ: мой ли ты клиент, и подойдет ли тебе мой стиль работы. Ты же посмотришь на меня и решишь, твой ли я специалист.
- Ты выдохнешь. Потому что теперь у тебя есть дорожная карта, и ты знаешь, как двигаться дальше.
Запишись на разбор прямо сейчас:
🔹 Telegram — [кликай на ссылку и следуй инструкции]
🔹 ВКонтакте — напиши мне сообщение "Хочу спокойно выступать!"
🔹 Max — напиши мне сообщение "Хочу спокойно выступать!"
Всего два бесплатных места в неделю.
С 1 июня 2026 стоимость разбора станет 2000 рублей.
