Тамара Павловна Астахова жила на улице Черешневой, в южной части Ольховска, там, где город переставал быть портовым и становился курортным. Палисадник перед домом был крошечным, метр на два, не больше, но ухоженным до блеска: подстриженные кустики самшита, три розовых куста и аккуратная дорожка из жёлтого кирпича. Сам дом был белым, свежевыкрашенным, с чистыми окнами и новыми водосточными трубами. Рядом с таким домом хотелось выпрямить спину и застегнуть верхнюю пуговицу.
– Тут давай я, – предложил Андрей.
Дина кивнула.
Они прошли по дорожке и позвонили. Дверь открыла высокая, худощавая женщина лет пятидесяти пяти, в чёрной юбке и белой блузке. Светлые волосы были стянуты на затылке так туго, что ни одна прядь не посмела выбиться. Лицо покрасневшее, глаза припухшие, она явно плакала, причём не так давно.
– Вы из полиции, – сказала она. Это был не вопрос. – Я Тамара. Проходите.
Она провела их на кухню – белую, маленькую, с белым столом и белыми стульями. Всё здесь было таким чистым, что Андрей на секунду усомнился, можно ли вообще садиться в его штанах, на которых до сих пор оставались следы когтей Маркиза и рыжая шерсть.
За столом сидела молодая женщина с бутербродом в руке. Ей было лет двадцать пять, не больше. Золотистые вьющиеся волосы, мягкое лицо с чистой кожей, покрасневшие глаза. На ней была просторная футболка с принтом – кот в солнечных очках, под ним надпись «Я не ленивый, я энергосберегающий».
– Здрасте, – выдавила она дрожащим голосом.
– Моя дочь Алина, – представила Тамара.
– Можно просто Аля, – сказала девушка.
– Я следователь Костров, – Андрей сел на белый стул, стараясь не слишком елозить. – А это мой коллега Дина Волкова.
– Это вы ведёте дело тёти Зины? – спросила Алина. – Кира нам уже звонила. Сказала, что вы, скорее всего, придёте.
– Да, мы, – подтвердил Андрей. – Примите мои соболезнования.
– Ну вообще-то, – вмешалась Тамара голосом резким, как лезвие, – если бы полиция занималась своей работой и вычистила тот район, моя сестра была бы жива. Но вам ведь всё равно, пока кого-нибудь не убьют, верно?
– Мама… – подала голос Алина.
– Я сто раз говорила ей – переезжай! Зачем ты живёшь в этой дыре? – Тамара сжала губы. – Я бы сама за неё заплатила. Она это знала.
– На какие деньги, мам? – тихо сказала Алина. – У тебя ипотека.
Тамара бросила на дочь взгляд, который, по всей видимости, должен был означать «не при посторонних». Алина опустила глаза.
Андрей откашлялся.
– Тамара Павловна, не возражаете, если мы зададим несколько вопросов?
– Кира мне сказала, что я главная подозреваемая, потому что мы с Зинаидой ссорились. Рада, что полиция занимается таким важным направлением расследования.
– Мы хотим исключить вас, – мягко вступила Дина. – Чтобы, когда мы найдём убийцу, он не смог сказать в суде, что следствие работало халтурно.
Что-то в Дине – то ли голос, то ли рост, то ли выражение лица – подействовало на Тамару смягчающе. Она чуть расслабила плечи, и Андрей это заметил. Дина тоже. Они без слов поменялись ролями – Андрей откинулся назад, Дина подалась вперёд.
– Где вы были сегодня утром? – спросила Дина.
– На работе, в юридической консультации. Приехала к восьми.
– Кто-нибудь вас видел?
– Секретарь, коллега Марина Викторовна и охранник на входе, – ответила Тамара. – Я дам вам их телефоны, когда будете уходить.
Она казалась уставшей и опустошённой – не агрессивной, а просто измотанной. Андрей мог её понять. Если она не убийца, – а он пока в этом не сомневался, – то Тамара просто горевала по сестре, и полиция казалась ей помехой, а не помощью.
– Когда вы в последний раз виделись с сестрой? – спросила Дина.
– Четыре дня назад, – ответила Тамара и полезла в карман. Вытащила пачку сигарет, начала доставать одну.
– Мама! – рявкнула Алина. – Ты же обещала!
– Прости, солнышко, – сказала Тамара и убрала пачку обратно. – Я заходила к ней домой.
Андрей мысленно поставил зарубку. Алина запретила матери курить. Решительно и резко, не просьбой, окриком. Тамара подчинилась. Андрей подумал, что в обычных обстоятельствах этот окрик значил бы мало – мать бросает курить, дочь за этим следит. Обычное дело. Но зарубку всё равно поставил.
– О чём вы разговаривали? – продолжала Дина.
– Да о том о сём. О жизни.
– Вы поссорились?
– Я не ссорюсь с сестрой каждый раз, когда её вижу, – отрезала Тамара. – Может, и сказала пару слов о том, что она втягивает всю семью в свой… бизнес. Но это не скандал.
– Её бизнес – вы имеете в виду…
– Весь этот шаманизм, – пробурчала Тамара. – Гипноз, масла, настойки, заговоры…
– Не надо так, мам, – вмешалась Алина. – Мама имеет в виду работу тёти Зины как гипнотерапевта.
– И Зинаида Павловна втянула в это всю семью? – спросила Дина. – Каким образом?
– Моя племянница Кира уже работала с ней на полную ставку, – ответила Тамара. – А потом Зинаида сказала, что хочет взять Алю в партнёры по интернет-магазину. Как свадебный подарок, когда Аля выйдет замуж. Это в дополнение к онлайн-консультациям, которыми Аля уже начала заниматься.
– Я просто балуюсь этим пару часов в день, – вставила Алина, слегка покраснев.
– Вы тоже проводите сеансы гипноза? – спросил Андрей.
– Нет, что вы. Я не умею. Я просто консультирую людей онлайн. Ну, типа психологическая поддержка. Карты Таро, ароматерапия… Ничего серьёзного.
– Вы в это верите? – спросила Дина.
– Нет, – сказала Алина без колебаний. – Я ни во что такое не верю. Но в интернете полно людей, которым нужно услышать то, что они хотят услышать. Женщины хотят, чтобы я сказала, что их мужья не изменяют. Мужчины хотят, чтобы я пообещала им повышение. Пока я говорю людям приятное, они платят хорошие деньги. А спросите Киру, что бывает, когда говоришь правду, – дело может плохо кончиться.
– В каком смысле – плохо? – насторожился Андрей.
– Гневные отзывы, жалобы, требования вернуть деньги… Вот в чём ирония, – Алина подалась вперёд. – Я говорю людям то, что они хотят, и зарабатываю втрое больше, чем Кира, а мне для этого даже не нужно притворяться…
– Аля! – резко оборвала Тамара.
Алина замолчала на полуслове, как будто мать нажала кнопку «выключить звук». В кухне повисла тишина.
– Притворяться?.. – подтолкнула Дина. – Чем именно?
– Просто… Я хотела сказать, что мне не нужно притворяться, что я в это верю, – сказала Алина, но глаза у неё метнулись в сторону, и Андрей понял, что это не совсем то, что она собиралась сказать.
Он переглянулся с Диной. Та чуть приподняла бровь – заметила.
– А ваша тётя знала, что вы не верите во всё это, когда предложила вам стать партнёром? – спросил Андрей.
– Конечно, – кивнула Алина. – Я не изображаю из себя того, кем не являюсь. Тётя Зина сказала, что я могу заняться коммерческой стороной магазина – маркетинг, сайт, доставка. Мне не нужно быть целителем для этого.
– А это разве не задача Киры?
Алина пожала плечами.
– Не знаю.
– Кира знала о том, что её мать планировала…
– Давайте не будем переводить стрелки на Киру, – сердито вмешалась Тамара.
– Мы просто проясняем факты, – сказала Дина.
Тамара фыркнула. Она была явно не в восторге от происходящего.
– Ваша сестра не казалась взволнованной в последнее время? Ничто её не беспокоило? – спросила Дина.
– Нет, – нахмурилась Тамара. – Она вела себя как обычно.
– Вы знали, что она купила пистолет?
Тамара вздрогнула.
– Пистолет? Не смешите меня. Зинаида в жизни бы не купила оружие. Она даже мухобойкой пользовалась с угрызениями совести.
– Была ещё одна женщина, – вставила Алина. – Эльвира. Она тоже называет себя целительницей. Приходила к тёте Зине, кричала, что та уводит у неё клиентов. Но она бы не стала…
– Мы уже с ней побеседовали, – сказал Андрей. Он сильно сомневался, что Эльвира имела какое-то отношение к убийству. – Кто-нибудь ещё? Может, кто-то из клиентов?
– Не знаю, – сказала Тамара. – В этом районе полно всякой шпаны. Наверняка это кто-то из портовых.
Дина посмотрела на Андрея. Тот пожал плечами. Они встали.
– Мы, вероятно, ещё заглянем, – сказала Дина.
– Не могу сказать, что буду ждать с нетерпением, – пробормотала Тамара. Алина закатила глаза.
Солнце уже клонилось к горизонту, когда они вышли на Черешневую. Воздух потеплел, и от чьей-то веранды через два дома пахло жареным мясом. Где-то играла музыка.
– Что она хотела сказать? – спросила Дина, когда они сели в машину.
– Что-то про Киру, – ответил Андрей. – «Мне не нужно притворяться…» – а дальше мать её оборвала. Притворяться кем? Или чем?
– Может, притворяться, что она верит в гипноз?
– Она и так не притворяется. Она сама сказала, что ни во что такое не верит.
– Тогда что?
Андрей побарабанил пальцами по рулю.
– Не знаю. Но весь этот бизнес с интернет-магазином выглядит мутно. Кира вела дела матери, и вдруг в партнёры берут племянницу. Надо будет ещё раз поговорить с Кирой. Покопать насчёт магазина.
– Поехали домой, – сказала Дина. – Я хочу оформить доску, а ты — хотя бы пять минут побыть отцом.
– Это ты мне устанавливаешь приоритеты?
– Это твоя жена мне написала. «Скажите Андрею, что Стёпа ждёт сказку».
Андрей промолчал. Потом вздохнул и завёл мотор.
Когда Андрей вошёл в квартиру, Стёпа выбежал ему навстречу. На нём была пижама с динозаврами, на голове пластмассовый шлем пожарного, а в руке половник.
– Папа! Я дракон!
– Я вижу, – сказал Андрей, подхватывая его на руки. – Очень грозный дракон. С половником.
– Это не половник, это меч!
– А шлем?
– Это моя драконья голова. Драконы носят шлемы.
– Логично, – согласился Андрей.
Из кухни появилась Наташа, вытирая руки о полотенце. Лицо у неё было усталым, а выражение таким, которое появляется у женщины, когда она провела целый день с четырёхлетним драконом и десятилетней дочерью.
– Стёпа не ел кашу, – сообщила она.
– Драконы не едят кашу! – подтвердил Стёпа.
– А что едят драконы? – спросил Андрей.
– Огонь!
– А макароны с сыром?
Стёпа задумался.
– Макароны с сыром – это тоже огонь, – решил он.
– Отлично, – сказала Наташа. – Тогда макароны. Андрей, искупай его, пока я разогрею.
– Мне бы ещё поработать…
Наташа посмотрела на него. Ничего не сказала. Но взгляд был из тех, что не требуют слов.
– Макароны, купание, сказка, – перечислил Андрей, сдаваясь. – Понял.
Андрей отнёс Стёпу в ванную. Пока набиралась вода, дракон объявил, что мыться он не будет, потому что у драконов чешуя, а чешуя не пачкается. Андрей возразил, что даже у драконов бывает грязная чешуя, особенно после целого дня в пожарном шлеме. Стёпа ответил, что шлем часть тела. Переговоры длились три минуты и закончились тем, что Андрей просто посадил его в воду. Стёпа взвыл, но через секунду уже плескался и топил резинового крокодила.
У Андрея зазвонил телефон. Дина.
– Да?
– Костров, я только что говорила со Светой и Лёшей. Что за шум?
– Купаю сына.
– Ты там что, его топишь?
– Я папа-крокодил! – проорал Стёпа прямо в телефон, после чего хлопнул ладонями по воде так, что брызги долетели до потолка.
– Света закончила вскрытие, – продолжала Дина, повысив голос. – Причиной смерти стала кровопотеря. Одна из пуль прошла через сердце. Обе извлечены, они калибра девять миллиметров.
– Как и у «Макарыча», – сказал Андрей, вытирая брызги с лица.
– Пистолет так и не нашли, так что её вполне могли убить из её собственного оружия. Ещё: Лёша подтвердил, что на осколке стакана кровь, отправил на ДНК. Результат – минимум неделя. Шиповник, который лежал рядом с телом, соответствует банке в кладовой. И на дверной ручке мазок крови, характер которого, по словам Лёши, говорит о торопливом движении. Скорее всего, это кровь убийцы, а не жертвы.
– Я не люблю купаться! – объявил Стёпа.
– Ты же дракон, – сказал Андрей. – Драконы любят воду.
– Драконы любят огонь!
– Это горячая вода. Почти огонь.
Стёпа задумался над этим аргументом, и пока он думал, Андрей успел намылить ему голову. Стёпа немедленно заорал.
– Костров, в следующий раз, когда нам нужно будет расколоть подозреваемого, просто помой ему голову, – сказала Дина.
– Это не я, это шампунь. Что-нибудь ещё?
– Я оформила доску. Шесть подозреваемых, временна́я шкала, стрелочки. Приходи утром полюбоваться.
– С нетерпением жду. До завтра.
Он положил трубку, помог Стёпе вылезти из ванны, вытер его, переодел в чистую пижаму с драконами (другая пижама, но тоже с драконами – у Стёпы их было три штуки, и от обычной пижамы без драконов он отказывался так, как будто ему предлагали надеть смирительную рубашку). Потом были макароны. Потом – сказка. Стёпа потребовал «про дракона», Маша, десятилетняя дочь, потребовала «не про дракона». Маша ущипнула Стёпу, Стёпа заревел, Маша заявила, что просто хотела его обнять. Андрей пригрозил, что сказки не будет вообще. Стёпа объявил, что тогда он не будет спать никогда. Маша сказала: «Ладно, пусть будет про дракона». Было заключено хрупкое перемирие.
Андрей рассказал Стёпе импровизированную сказку про дракона, который не хотел есть кашу и поэтому улетел искать огонь, но по дороге встретил добрую волшебницу, которая дала ему макароны с сыром, и дракон понял, что макароны – это тоже неплохо. Стёпа уснул на середине.
Маше он прочитал главу из «Гарри Поттера». Маша уснула на третьей странице.
Потом были: стакан воды, другой стакан воды, поход в туалет, плюшевый динозавр, другой плюшевый динозавр, ночник, ещё один поцелуй. Андрей решил, что дальнейшие запросы – это территория Наташи.
Он спустился вниз, открыл ноутбук. Дина уже прислала ему отчёт о вскрытии, заключение Лёши, схему места преступления от Игоря. Андрей просмотрел всё это, потом откинулся на спинку стула и задумался.
Что же собиралась сказать Алина, когда мать её оборвала?
«Мне не нужно притворяться…»
Притворяться – кем?
Алина сказала, что она не верит в гипноз и не изображает из себя целителя. Она просто консультирует людей онлайн, говорит им приятное, зарабатывает деньги. В отличие от Киры. От Киры, которая… что? Которая верит в то, чем занимается? Или которая тоже не верит, но притворяется?
Андрей открыл браузер и набрал «Кира Громова гипнотерапевт». Нашлось несколько сайтов, где та рекламировала свои услуги – онлайн-консультации по ароматерапии и «психологическая поддержка». Посещаемость была низкой, отзывов – десятка два, большинство старше года. Ничего впечатляющего.
Он побарабанил пальцами по столу, потом набрал: «Астахова гипнотерапевт онлайн».
Первым результатом оказался профиль на специализированном сайте. Фотография Зинаиды Павловны. Более девятисот отзывов, последний – вчерашний. Текст в профиле:
«Гипнотерапевт с медицинским образованием и тридцатилетним опытом. Индивидуальные сеансы: работа со страхами, тревогой, бессонницей, зависимостями. Консультации по ароматерапии и траволечению. Честный подход – говорю только правду, не то, что вы хотите услышать».
Андрей прочитал это дважды.
Кира говорила, что её мать не верила в онлайн-консультации. Что настаивала на личных встречах. Что для настоящего сеанса нужно «видеть человека, чувствовать его».
А здесь – девятьсот отзывов. Вчерашний сеанс. Активный профиль.
И тут Андрей понял, что хотела сказать Алина.
«Мне не нужно притворяться кем-то другим».
Кира Громова вела онлайн-консультации под именем своей матери. Использовала её фотографию, её имя, её репутацию. Девятьсот отзывов, накопленных за два года обмана.
Андрей долго смотрел на экран, потом закрыл ноутбук и выключил свет.
Завтра предстоял интересный разговор.
Глава 4:
Глава 6: