Вологодский пятак - это не просто тюрьма, а место с многовековой историей, где святость монастыря сменилась адом для самых опасных преступников России.
Из монастыря в колонию
Расположена колония на острове Огненный посреди Нового озера в Вологодской области. В самой глубине Русского севера - близ города Белозерск. Посреди темных вод туманного Новозера.
Ведет колония свою историю аж с 1517-го года, году иеромонах Кирилл по видению Богородицы основал на здешнем острове Кирилло-Новоезерский монастырь. По преданию, Богоматерь указала место для монастыря Кириллу во сне: указав на остров огнем. За то и появилось название Огненный остров.
Стоявший на месте бывшего языческого капища монастырь процветал столетиями вплоть до Октябрьской революции, когда монахов разогнали большевики. Сам остров превратился в тюрьму для ссыльных кулаков, политзаключенных и особо опасных преступников - так называемые «Соловки Белозерья».
В 1962-м лагерь стал исправительно-трудовой колонией номер (ИТК-5), прозванной «Вологодским пятаком» за характерную пятиугольную форму.
В 1994-м году, за два года до моратория в нашей стране на смертную казнь, здесь создали первое отделение для «пыжиков» (пожизненных). С 1997-го здесь сидят, в основном, пожизненно осужденные. Примерно около 200 душ при общей вместимости в 268 мест.
На зоне - особый режим: переделанные из бывших монашеских келий камеры на 2–3 человека. Каждая украшена вот такой вот табличкой с описанием грехов сидельца. Чтоб у охраны даже случайно чувства жалости не появилось.
Добраться к колонии можно плохоньким грейдером от Белозерска. А что попасть на сам остров нужно преодолеть 500-метровый деревянный мост, что ведет с соседнего острова Сладкий (названием своим обязан монастырскому сбитню, что тут еще при царе готовили).
- Как говорится, из Сладкого прямо на Огненный... Кстати, сам остров Сладкий тоже соединяется с большой землей лишь деревянным мостом - у маленькой деревушки Анашкино.
Отопление в колонии лишь дровами да углем. День тут стандартный: подъем в 6:00, сидеть или лежать до отбоя в камере нельзя. Как водится в колониях такого строго режима столовой нет: еду подают на лопате в камеру через окошко.
Души иноков пугают маньяков
Вне камеры сидельцы передвигаются лишь с наручниками за спиной, хотя все ж без позы ласточки знаменитой - то есть, мягче, чем в «Черном дельфине»). Раз в год за примерное поведение дозволяется после 10 лет отсидки свидание с родней.
Сидельцы из малого числа непожизненных (38 человек, приговоренных к болшим срокам) работают в хозотряде, что убирает и готовит на всю колонию. Есть тут и свое швейное производство, где задействованы наименее "опасные" здешние обитатели, что шьют подушки, рукавицы и униформу. Но все же две трети местного контингента ввиду особой опасности не работают.
Есть тут молельня, иконы письма самих же зэков. А сквозь облупившуюся штукатурку проступают и фрески старого монастыря, на который молятся иные заключенные.
Впрочем, немало зэков искренне боятся монастырского прошлого колонии. Говорят, что по коридорам бродят души давно усопших иноков, стерегущие заточенных в их кельях душегубов. А в туманные ночи над Вологодским пятаком словно был слышны тихие переливы монастырских колоколов: хотя все колокола уже сто лет как сняты.
Кто тут сидит и почему нет побегов
Сидят тут серийные убийцы, террористы, лидеры самых жестоких ОПГ 90-х. Например, людоед Александр Бычков, устроивший взрыв в аэропорту Минвод террорист Арасул Хубиев, «Битцевский маньяк» Александр Пичушкин, маньяк Артем Ануфриев, прозванный «Иркутским молоточником». Тут же сидит и уцелевшая верхушка Ореховской братвы: авторитеты Олег Пылев, Олег Михайлов, Сергей Махалин.
До сих пор никто отсюда не сбежал за всю историю: все-таки уединенный изолированный остров, территория обнесенная мощной стеной да колючей проволокой. Да и современная система безопасности установлена: датчики движения, сканеры, а с недавних пор еще и облетающие территорию дроны.. Плюс, что на острове Сладкий, что в Анашкино тоже живут охранники, стерегущие зону...
Впрочем, одна попытка все же бегства отмечена была в истории: один матерый зэк удрал в кузове мусоросборочной машины. Однако его поймали, просто вовремя заметив пропажу да перекрыв проезд на остров Сладкий. Да и вернулся обратно с повинной - из здешних гиблых мест, не зная дороги, просто не выйти...
"Калина красная"
Кстати, именно на фоне здешних пейзажей еще снимал свою "Калину Красную" Василий Шукшин. Его герой Егор Прокудин по сценарию символично покидал место заключения именно в здешних суровых декорациях. Шукшин тогда едва не поплатился жизнью за свои съёмки.
Лев Дуров вспоминал, что однажды к причалу подошёл катер из колонии: везли заключенных. Местный мальчик увидел среди конвоиров своего отца и побежал к катеру, следом бросился и Шукшин.
Конвоир тут же вскинул оружие и закричал: «Стой! Стрелять буду!». Но Шукшин не принял окрик всерьёз и продолжил бежать. Режиссера чудом спас Дуров, сбивший его с ног за мгновение до рокового выстрела