Глава 13
Денис Авдеев сидел у мониторов и усмехался. Его маленькие глазки, почти спрятанные в складках жира на лице, блестели от удовольствия. Толстые пальцы барабанили по подлокотнику кресла — привычка, которую он приобрёл ещё в детстве, когда сидел за компьютером и смотрел на экране то, что другие люди предпочитали не видеть.
Всё в шоу «Игра: Битва за жизнь» шло более чем по плану. Экшена хватало с лихвой. Зритель был в восторге. А рейтинги росли ещё круче, чем в первом сезоне. Полиция так и не могла выйти на след организаторов. И уж они точно не догадывались о месте проведения игры.
Денис откинулся на спинку кресла, и оно жалобно скрипнуло под его весом. Сто сорок килограммов при росте метр шестьдесят. Врачи говорили ему об ожирении третьей степени, о диабете, о риске инфаркта. Но Денис плевать хотел на врачей. Он плевать хотел на всех, кто пытался указывать ему, как жить.
Ему было тридцать восемь лет, и большую часть из них он провёл, доказывая всем вокруг, что он не просто толстый уродливый мальчик, которого дразнили в школе. Он был гением. Гением программирования, манипуляции и создания зрелищ, от которых у людей перехватывало дыхание.
Первый сезон «Игры» принёс ему двести миллионов рублей чистой прибыли. Второй сезон обещал принести в три раза больше. И это было только начало.
А задумка с роботом оказалась просто бесподобной.
Денис налил себе виски — дорогого, сорокалетней выдержки — и сделал большой глоток. Алкоголь приятно обжёг горло. На одном из мониторов робот, которого они назвали Максимом, медленно брёл через лес, сканируя окружающее пространство своими сенсорами. Прекрасная машина. Два года разработки, пятьдесят миллионов инвестиций, лучшие инженеры из Южной Кореи и России.
Сначала Максим просто блуждал по зоне Игры, не привлекая к себе внимания. В это время Данила, обычный человек, прошедший кастинг и ставший участником, зверствовал не на шутку. Он на глазах у миллионов зрителей убил двоих участников. Все начали болеть за него. На его счёт было сделано множество крупных ставок, и вот робот вышел к нему. И Данила тоже покинул Игру.
Денис усмехнулся, вспоминая, как Данила кричал, когда металлические руки робота ломали ему кости. Какой восхитительный звук. Зрители были в восторге. Комментарии в чате летели со скоростью света. «Это нереально!», «Боже, это лучшее, что я видел!», «Кто этот парень в зелёном ошейнике?!».
А они и не знали, что это не парень вовсе.
Робот был несовершенен, конечно. У него были некоторые недоработки, которые волновали Дениса в начале игры. Движения иногда были слишком механическими. Голос — слишком однообразным. Реакции на неожиданные ситуации — недостаточно человеческими. Но пока что робот вёл и ведёт себя просто отлично. Нет предпосылок, что дальше что-то пойдёт не так.
Зрители, конечно, расстроились, узнав о гибели Данилы, но смотреть шоу не прекратили. Наоборот, подобный поворот сюжета восхитил их ещё больше.
Денис поднялся с кресла, и оно снова скрипнуло с явным облегчением. Он подошёл к кофемашине, налил себе двойной эспрессо и выпил залпом. Кофеин и алкоголь — его любимое сочетание. Давало энергию и одновременно расслабляло. Позволяло мыслить ясно и при этом не чувствовать угрызений совести.
Хотя совести у Дениса не было уже давно. Если она вообще когда-то была.
Он помнил, как в двенадцать лет впервые посмотрел видео с казнью человека в интернете. Тогда это был шок. Но к шестнадцати годам он уже был завсегдатаем всех тёмных уголков даркнета, где люди делились видео убийств, пыток, изнасилований. Он не участвовал в этом сам, он был слишком труслив для этого. Но он наблюдал, изучал, анализировал.
В двадцать лет он понял, что на этом можно заработать. Не на самих преступлениях, ведь это опасно и глупо, а на зрелищах. Люди хотят видеть, как другие страдают, и при этом чувствовать себя в безопасности, сидя на своих уютных диванчиках с попкорном и колой.
И он дал им это.
Первый сезон был экспериментом. Десять человек проходили испытания на заброшенном заводе. Никаких роботов, никаких особых спецэффектов. Просто люди, борющиеся за деньги. И это сработало. Это сработало настолько хорошо, что Денис не мог поверить собственным глазам, глядя на статистику.
Тридцать миллионов просмотров за неделю. Тридцать миллионов!
Люди по всему миру увидели смерть человека в прямом эфире. И это поразило их.
Они платили за это. Платили за подписку, за донаты, за доступ к эксклюзивным камерам. Делали ставки на то, кто выживет. Покупали мерч с логотипом шоу.
Денис вышел из трейлера, надев тёплый пуховик. Снаружи было холодно, но он почти не замечал этого. Жир — отличный изолятор.
Полевой офис компании «Секретные Игры» находился недалеко от места проведения Игры. Здесь, посреди густого леса на севере от границы Игры, стояло несколько трейлеров и привезших их тягачей. В одних трейлерах находились офисы, в других сотрудники жили. В одном была кухня, в другом, с кучей мониторов, сидели режиссёры. Несколько трейлеров занимала аппаратура, принимающая данные с тысяч камер, скрытно установленных в зоне Игры, и отправляющая обработанные данные в сеть.
В этот раз организаторы показывали не только ежедневный двухчасовой выпуск с главными моментами дня, как было в первом сезоне. Для новой Игры создали несколько каналов. На первом также крутили важные и лучшие моменты, а на втором шла прямая трансляция с разных камер. А ещё были платные каналы.
Поэтому у режиссёров в этот раз было очень много работы. Ещё в двух трейлерах стояла аппаратура, глушащая сигналы от передачи данных в интернет. Рядом на полянке стоял вертолёт, на котором развозили участников и перед этим скидывали в лес ящики на парашютах.
Денис прогулялся по всей территории, заглянув в каждый вагончик, где работали люди. Было ещё раннее утро, но персонал уже трудился, словно пчёлы. Нет, Денис не требовал от них работать ещё больше. Все и так выкладывались максимально хорошо. И результат Дениса более чем устраивал. Поэтому он просто спрашивал сотрудников, как у них дела, и предлагал принести им кофе.
Он любил эти моменты. Любил видеть, как люди напрягаются в его присутствии. Любил их неуверенные улыбки, их торопливые заверения, что всё идёт отлично. А они боялись его. И это было правильно.
Он платил им огромные деньги — в десять раз больше, чем они могли бы заработать на любой легальной работе. Но они знали, что если что-то пойдёт не так, если кто-то проболтается, если полиция выйдет на их след — Денис не пощадит никого. Он уже доказал это в прошлом сезоне, когда один из монтажёров попытался шантажировать его, угрожая слить информацию в прессу.
Тело монтажёра так и не нашли. Денис позаботился об этом лично.
Все, кто работал на него, от вежливости или от стеснения отказывались от его предложения принести кофе. Денис усмехнулся и вернулся в свой трейлер.
Он скинул куртку, налил себе ещё бокал виски и сел обратно в кресло. У него за столом было шесть мониторов. Поэтому в самом начале Игры он мог следить сразу за всеми участниками. Но сейчас почти все мониторы показывали передвижение робота Максима. Он был главной составляющей всей Игры. Он действовал частично по своей воле, ведь он был запрограммирован так, чтобы вести себя, как настоящий человек, а частично — по указаниям самого Дениса.
Например, то, что робот в самом начале не предпринимал никаких действий, было задумкой Дениса. Так он отвлёк зрителей от главной персоны сезона на первые дни Игры. Потом блокировку с робота сняли, и он отправился в самостоятельный путь. Результат был лучше, чем мог ожидать Денис. Робот нашёл и уничтожил Данилу.
Денис вновь вспомнил выражение лица Данилы в последние секунды его жизни. Непонимание, ужас, отчаяние. Восхитительная гамма эмоций, которую камера зафиксировала в мельчайших деталях.
Теперь Денис решил, что робот и дальше будет действовать, как захочет, на протяжении всей Игры. Единственное, что ещё привнёс в сюжет робота Денис, — это то, что робот должен был найти ящик, в котором лежали патроны от пистолета.
Пистолет — это важная деталь второго сезона. Он положительно влияет на восприятие шоу зрителями, задаёт большую ноту напряжённости. Но нельзя было допустить, чтобы у какого-то игрока оказались и пистолет, и патроны. Ведь, хоть робот сам по себе и сильный, его броня недостаточно надёжная. И выстрелы он не переживёт. Поэтому первым делом Денис направил робота к ящику с патронами и успокоился, когда тот убрал их себе в карман. Напряжённость шоу поддерживалась дальше, и робот был в безопасности.
Оставалось лишь дождаться последнего дня Игры. Посмотреть, что до этого времени сможет сделать робот. И если кто-то останется в живых, натравить робота на него. А если останутся ненайденные ящики, отправить его к ним.
Организаторы хоть и объявили, что в Игре могут погибнуть все и победителя второго сезона не будет, но такие события сильно отпугнут желающих участвовать в третьем сезоне. А Денис не желал останавливать проект на пике популярности. Поэтому робот должен был сделать вид, что человеку реально оказаться победителем. Да ещё ему и деньги платить не надо.
Денис усмехнулся, представляя, как разбогатеет до невероятных масштабов. Пусть за счёт человеческих жизней, но его это не волновало. Он никогда не испытывал жалости к участникам. Они сами пришли сюда. Сами подписали согласие. Сами выбрали деньги вместо жизни. Они были слабыми, жадными и глупыми. Они заслуживали того, что с ними происходило.
Дениса больше волновал накал страстей. Тем более сейчас месиво должно было продолжиться. Ведь робот засёк участника в фиолетовом ошейнике и последовал за ним. Денис попереключал камеры и увидел, что фиолетовый ошейник движется на юг вдоль восточной границы. И прямо сейчас должен подойти к старице, где недавно нашёл ящик участник в красном ошейнике.
Денис не удержался и вновь залез в программу управления роботом. Он приказал ему побродить пока в стороне. Пускай лучше фиолетовый и красный ошейник сами разберутся друг с другом. А если они этого не сделают или кто-то из них останется в живых, Денис отправит туда робота.
Он откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, наслаждаясь моментом. Вот он — настоящий контроль. Настоящая власть. Он был богом в этом маленьком мире, где люди жили и умирали по его прихоти.
В детстве его называли уродом. В школе — жиртрестом. В университете над ним смеялись за его спиной. Но теперь он смеялся последним. Теперь у него были деньги, власть, влияние. Теперь миллионы людей смотрели его шоу и восхищались им.
Он был королём. И никто не мог его остановить.