Глава 12
Пробираться на ночь глядя через воду я не рискнул. Разбил палатку, доел последнюю банку тушёнки и лёг спать в надежде, что в ящике за старицей окажется еда, которую не нужно будет готовить на костре.
Утром я проснулся рано. Ещё даже не рассвело. Разбудил меня дикий холод. Не хотелось вылезать из спальника, но полный мочевой пузырь заставил это сделать.
Тайгу этим утром я не узнал. На лес опустился мороз. Трава и хвоя деревьев были покрыты застывшим инеем и припорошены мелким снежком. Вода в старице покрылась коркой льда.
Я спустился ко льду и попробовал ногой надавить на него. Он не треснул. Видимо ночью стоял крепкий мороз. И отступать он не собирался. Из моего рта, словно из градирни, шёл пар. А брови и ресницы покрылись пышным инеем, который слегка загораживал обзор.
Я наступил на лёд правой ступнёй. Раздался негромкий хруст, но лёд снова выдержал. Я оторвал от земли левую ногу. Лёд захрустел громче. И только когда я поставил левую ногу рядом с правой, по льду с громким треском побежала трещина. Спустя несколько секунд она достигла противоположного берега старицы. Но лёд всё равно держал меня. С дрожью в ноге я сделал шаг вперёд. Лёд вновь захрустел, и новая трещина побежала вправо от меня. Ещё один шаг. Треск льда становился всё громче, но я был уже на середине пути.
Синий парашют впереди не давал мне возможности повернуть назад. Я сделал предпоследний шаг. Ещё один — и я доберусь. Отталкиваясь от льда, я почувствовал, как нога начала проваливаться. Но, к счастью, энергии рывка мне хватило, и я выпрыгнул на берег, замочив лишь половину ступни.
Это меня не расстроило. Оставалось всего два дня Игры, и я думал только о ящиках и коде. Да и костёр всё равно придётся разводить, если сейчас мне не попадётся готовая еда.
Я открыл ящик, забрал батарейку, считал код и с трепетом начал проверять содержимое. В первом отделении лежал фильтр для воды. Бесполезная вещь, ведь мой желудок и так уже привык пить лесную воду. Также там был котелок — нужная вещь, хотя бы чтобы отварить картошку, которой у меня навалом, туристический коврик — тоже пригодится, вдруг завтра станет ещё холоднее, банка пива и костюм привидения.
Что же, вполне неплохо. Банку пива я выпью сразу, как переберусь на другой берег. Костюм привидения пригодился бы мне раньше, можно было пугать других участников. А сейчас разве что на растопку его пустить или забрать с собой как сувенир, если получится выжить.
Закинув находки в рюкзак (котелок я прикрепил к лямкам на боку), я начал искать место на льду, подальше от трещин, чтобы можно было безопасно пройти. В лесу уже стало совсем светло. За толщей облаков, взошло солнце.
Я отошёл от своей предыдущей тропы метров на двадцать и без страха встал сразу обеими ногами на лёд. Почему-то в тот момент я не подумал, что рюкзак на моих плечах стал гораздо тяжелее, а новые трещины, расползающиеся от следов, соединялись со старыми. Я прошёл середину пути, осталось сделать два-три шага, когда лёд под обоими ногами провалился и я по пояс погрузился в ледяную воду.
Ощущение было такое, будто мои ноги начали поливать лавой. А яйца отстрелили. Но это я чувствовал лишь несколько мгновений. Как только мозг осознал, что со мной произошло, я начал ощущать нестерпимый холод и желание поскорее выбраться на берег.
Теперь меня ничего не сдерживало. Я ломал и без того побитый лёд кулаками и продвигался дальше. Толщина льда была не больше двух сантиметров. Удивительно, как он вообще держал меня.
Я уже подходил к берегу и, посмотрев наверх, увидел человека.
Это был Илья. Он спускался к кромке льда. В его руке был молоток, а фиолетовый ошейник не был ничем прикрыт. Видимо он следил за мной и дождался удачного момента, чтобы напасть.