Глава 5
Я схватился за ручку пилы и прислушался получше — вдруг мне показалось. Но нет, шаги действительно были. Кто-то шёл прямо на меня.
Я привстал и увидел впереди покачивающиеся небольшие проблески голубого огонька. Ко мне точно шёл один из моих соперников. У меня оставалось два варианта: притаиться на месте, надеясь, что меня не заметят, хотя это маловероятно — в лесу становилось всё светлее, или вскочить и напасть первым.
Я решил пойти по второму пути.
Голубой огонёк был уже очень близко, а треск веток под ногами оппонента выстрелом раздавался в моих ушах. Одним взмахом левой руки я стряхнул с себя почти все ветки, резко вскочил и прокричал:
— А ну стой, нахрен!
Человек замер, подняв обе руки. Всё же я застал его врасплох, и сейчас уже было неважно, шёл он сюда, потому что выслеживал меня, или просто исследовал территорию.
— Что ты здесь делаешь? — грубым голосом спросил я.
— Ищу ящики, — неуверенно ответил мой соперник. Руки его затряслись, но видимо, не только от страха, а ещё и от холода — перчаток на них не было. Они, как и мои, были повязаны на ошейник, но он повязал их слишком неряшливо, и голубой огонёк можно было заметить метров за тридцать.
В сложившейся ситуации я был в более выигрышном положении не только потому, что застал соперника врасплох, но и потому, что находился выше него. Я стоял на своей кровати, словно на постаменте, вытянув вперёд руку с пилой. А вот мой соперник уже спустился в самую низину и не нёс с собой ничего, кроме рюкзака.
— И как? Нашёл? — спросил я, ткнув пилой в его сторону.
— Пока ни одного, — сказал он. — Думаю, их вообще тут нет, нас обманули. Точно так же, как и с правилами. Я вообще-то не собирался здесь умирать. — Он только сейчас опустил руки.
— Я тоже. Но два ящика я уже нашёл, так что они тут есть.
Соперник нервно посматривал по сторонам, будто ожидая, что кто-то оттуда нападёт на него, он сделал несколько коротких шагов назад, и было похоже, что от него не стоит ожидать опасности, хотя, может, он только создаёт такой вид?
— Тогда я пойду дальше. Ты не против? — спросил он у меня, и вопрос его был обоснован, ведь из нас двоих только я был вооружён.
— Куда пойдёшь? — поинтересовался я. — Вдоль северной границы ближайшие пару километров уже точно ничего не найти.
— Тогда я пойду обратно, откуда пришёл, — он сделал ещё пару коротких шагов назад. — Я ночевал тут неподалёку, метрах в трёхстах, правда, смог заснуть максимум минут на десять, а чуть небо просветлилось, двинул в путь. Захотел дойти до угла границы.
Страх потихоньку отходил от меня, и я начал чувствовать в полной мере то, что и должен был — холод.
— Назад идти нерентабельно. Раз не нашёл ящики вчера, не найдёшь и сегодня. Ты шёл вдоль восточной границы?
— Нет. Меня высадили практически посередине карты. Я направился по диагонали к углу на северо-востоке, но не дошёл — начало темнеть, пришлось обустраивать ночлег. Получилось почти как у тебя, но не такая высокая кровать.
— Ну так у меня же есть пила, — усмехнулся я.
Соперник сделал ещё несколько шагов назад, и казалось, он только поджидает момент, чтобы убежать. Думает, я побегу за ним, размахивая пилой, как в фильмах ужасов. Скорее всего, создатели на это и рассчитывают. Им нужен экшен на экранах, тогда шоу опять принесёт небывалые доходы.
Но бежать за этим парнем я не собирался. Мне было даже его жалко — ему явно не больше двадцати. Я старше его лет на десять. У меня грубая щетина и пила. У него только дрожащие от страха и холода голые руки. Возможно, по прошествии некоторого времени я озверею настолько, что начну кидаться на повстречавшегося соперника, но сейчас я не был готов к этому. Да и чисел у него всё равно ещё не было.
— Я… я не хочу встревать в неприятности, — он уже без остановок шёл назад. — Я пойду дальше, мне нужно найти хотя бы один ящик, иначе ещё одну ночь я не переживу.
— Иди на юг, вдоль восточной границы, — посоветовал ему я. — Мне кажется, там можно будет что-то найти.
— Хорошо. Так и сделаю.
Парень стал отходить назад всё быстрее, резко оглядываясь, чтобы не наткнуться на дерево или куст. Солнце уже было близко к восходу, в лесу стало светло, и я разглядел его заплаканные глаза. А может быть, они просто выглядели такими уставшими после бессонной ночи. Пока парень совсем не скрылся из вида, я решил задать ему последний вопрос:
— Ты кого-нибудь ещё видел в лесу?
— Да, — он чуть сбавил скорость, но не переставал идти назад. — Вчера в полдень заметил парня примерно твоего возраста. Ошейник у него светился зелёным. Я спрятался неподалёку, прикрыл свой ошейник, и он меня не заметил. Пока.
Он развернулся и быстрым шагом пошёл прочь.
Я собрался и отправился в путь. Солнце к этому времени уже полностью взошло, и по лесу можно было передвигаться без лишних страхов. Сегодня стало немного холоднее, чем вчера, перчатки пришлось надеть на руки, их место на ошейнике заняли глянцевые листы из журнала — через них, конечно, проходил свет, но днём его не будет заметно. Повезло же кому-то с зелёным ошейником в еловом лесу.
Я шёл и думал о том парне в голубом ошейнике. Таком молодом и испуганном. Я прошёл метров двести на юг, практически по его следам, а потом повернул на запад. Был примерно полдень, когда я вышел к тому месту, откуда начал игру, снова свернул к северной границе и пошёл к северо-западному углу, весь путь спускаясь вниз по склону.
Северо-западный угол также был в низине, местами здесь стояла топь, воздух к этому времени был совсем холодным, и я снова налёг на бутылку виски. Выбрав более-менее сухой участок, я соорудил себе точно такую же кровать, как и прошлой ночью, и перед тем, как я уснул, в бутылке оставалось уже меньше половины виски.
Мне снилась Лена. Она лежала в больничной палате, и я держал её за руку, но она не открывала глаза, а из-за двери доносился голос врача, говорящего, что времени осталось совсем мало. Я просыпался с диким стуком сердца, понимая, что должен выжить, обязан выжить, потому что без меня, без этих денег, она умрёт.
Что меня еще больше страшило, так это то, что за весь день я не нашёл ни одного ящика.