Если вы думали, что рост цен на нефть, продавцом которого мы являемся, никак, или почти никак на повлияет на наш карман, потому что мы же получатели выгоды, то вы сильно ошибались. Российскую нефть Urals потому и называют тяжёлой, что из неё при переработке извлекают не только бензин, керосин, дизельное топливо и мазут.
Вспоминая прошлое
Здесь как раз и кроется разгадка. С оглядкой на заголовок статьи. Казалось бы при чём тут тяжёлая нефть и молоко. А давайте вспомним времена, когда грузовик с цистерной заезжал в жилые кварталы, а продавщица зычным голосом зазывала людей криками "Молоко, молоко". Мы эти машины называли молоковозами. Молодёжь от 30-35 и моложе это вряд ли вспомнит, потому что это было до их рождения.
Молоко нам наливали в наши же бидоны при набирая его из крана сначала в мерную кружку. Бидоны обычно были объёмом от двух до четырёх литров. Это не означает, что в магазине нельзя было купить фасованное молоко. Можно было, но оно там было уже пастеризованное. А в молоковозах считалось чуть ли не парным, хотя парным оно, конечно, не было.
Давно уже нет молоковозов, но в памяти моего поколения они остались. Поэтому плавно перемещаемся в наши дни. Сейчас молоко мы покупаем исключительно фасованное. Даже если его привозят из сёл предприниматели и продают частным образом, иногда и в жилых кварталах, где раньше продавалось молоко из молоковозов. Да, теперь молоко сплошь фасованное.
Бутылочка с молоком
Та самая бутылочка, в которую на молокозаводах и комбинатах наливают молоко, изготовлена из полимерного материала. Мы называем это попросту пластмассой. Так оно и есть. Но её техническое название сокращённо пишется ПЭТФ - полиэтилентерефталат. Сложно звучит? Но и не нужно запоминать. Будем и дальше называть их пластмассовыми бутылками.
Так вот одним из основных компонентов изготовления пластмассовых бутылок для розлива в них молока, и не только молока, являются продукты переработки нефти. Не вдаваясь в эту сложную технологию, мы можем подойти к выводу, что на цену производства бутылок влияет цена нефти.
А теперь представьте, что ещё недавно эта самая нефть стоила вдвое дешевле. Причём это самое недавно исчисляется не годами и не месяцами, а всего пятью неделями, если брать от даты написания этой статьи. Сейчас нефть сильно подорожала из-за определённых событий в соседнем с нами регионе на юге.
А причём тут цена нефти?
Здесь, увы. прямая зависимость. Своего полиэтилентерефталата в достаточных количествах мы не производим. Есть, конечно, ещё и переработка вторичного сырья. Но и она не может покрыть все потребности в этом полимере. А где же мы берём недостающий материал? Вот тут и кроется разгадка.
Берём мы его у нашего крупного соседа, в Китае. Так ведь Китай покупает у нас нашу сильно подорожавшую нефть. И не только нашу, разумеется. Но всё же. Вот и сложилась цепочка. Нефть подорожала, продукты её переработки тоже подорожали, изготавливаемые из полиэтилентерефталата бутылки стали дороже на 20-30 процентов. А в нашем понимании - простого обывателя - подорожает молоко.
Кого простой обыватель сразу кинется винить? Конечно, продавцов, в первую очередь. Мы же молоко не из молоковозов покупаем. А что тут может поделать продавец, если ему цену на тару подняли на 30%, при этом предупредили, что при сохранении тенденции цена будет примерно такими или чуть меньшими темпами расти и дальше.
Производители молока свою цену при этом могут никак не изменять. А конечный продукт подорожает на переработке, то есть на молокозаводе, где продукт фасуют в пластмассовые бутылки. Только вот нам, простым потребителям, от всего этого не легче, потому что для нас подорожает молоко. А из-за чего, мало кто будет вникать.
Выходов нет
А кто-то помнит стеклянные литровые бутылки с молоком и кефиром? А закрывали их толстой алюминиевой фольгой. Я помню. Только возврат к ним, думаю, уже невозможен, потому что абсолютно все производственные линии розлива молока уже давно перестроены под ПЭТФ тару.
А как же молоковозы? Можно ли к ним хотя бы частично вернуться? Боюсь, что тоже невозможно. Во-первых, эти машины тоже принадлежали тем же молокозаводам. То есть они вынуждены были содержать огромные автопарки. Во-вторых, требования к уличной торговле с тех давних времён по сегодня выросли настолько, что никакой потребнадзор этого не допустит.
Остаётся констатировать то, что мы вынуждены будем платить больше за молоко, кефир, растительное масло, всевозможные напитки, которые расфасованы в ПЭТФ бутылки.
И главный вывод. Из-за существенного роста цен на нефть наша страна получает миллиарды долларов дополнительных доходов. При этом оно же закупает подорожавшие продукты переработки нефти у стран покупателей нашей нефти. Дальше, если коротко, дорожает молоко на прилавках магазинов.
Хорошим выходом из этой ситуации, на мой взгляд, могла бы быть компенсация производителям тары или закупщикам тары со стороны государства. Такая компенсация могла бы выровнять ситуацию. Только, боюсь, что оперативно такие решения не будут приниматься. Один просчёт властными структурами эффекта займёт столько времени, что ситуация может вернуться на круги своя. А мы заплатим. Мы ведь заплатим?