текст: Оксана Макрушина, фото: Антон Губанов и freepik
Наш журнал продолжает серию интервью с медицинскими специалистами о состоянии отрасли. На этот раз о том, как работа становится причиной развития заболеваний, почему работодателям выгодно проводить качественные медосмотры, и какие профессии являются самыми «вредными», «Автографу» рассказала Алла Турчина – заведующая Краевым профпатологическим центром, функционирующим на базе Краевой клинической больницы, главный внештатный специалист-профпатолог министерства здравоохранения Алтайского края.
Предотвратить, а не лечить
Алла Владимировна, наверняка, некоторые наши читатели не знают о такой специальности как профпатолог. Расскажите, что входит в сферу вашей деятельности?
– Мы занимаемся изучением, диагностикой и лечением болезней, возникающих из-за воздействия на организм человека неблагоприятных факторов производства. Профпатологи занимаются экспертизой связи заболевания с профессией, отвечают на вопрос: связано ли имеющееся у человека заболевание с теми производственными условиями, в которых он много лет трудится? Второе направление нашей деятельности – экспертиза профессиональной профпригодности. Мы отвечаем на вопрос: может ли человек устроиться на работу или продолжить трудиться и дальше в тех или иных производственных условиях?
Справка:
Профпатология – раздел медицины, который изучает и диагностирует заболевания, полученные под воздействием вредных профессиональных факторов.
А как это можно узнать?
– Может ли человек работать в тех или иных производственных условиях, выясняется в ходе обязательных медицинских осмотров. Порядок их проведения регламентируется приказом Минздрава РФ, и ответственность за соблюдение приказа несет работодатель. Причем наблюдать, оздоравливать и поддерживать здоровье работника, в первую очередь, «выгодно» именно работодателю! В заключительном акте, которым медицинский центр, проводивший медосмотр, отчитывается перед заказчиком, прописана информация по каждому сотруднику: кто допущен до работы, а кто нет, кому нужно пройти дообследование.
Есть ли связь между заболеванием и условиями труда – это решает специальная врачебная комиссия. Мы работаем в тесном контакте со всеми профильными ведомствами края, в первую очередь, с Роспотребнадзором: они проводят замеры вредных производственных факторов, составляют санитарно-гигиенические характеристики условий труда работника, которые мы, врачи, анализируем. Также сотрудничаем с Росздравнадзором, всеми медицинскими организациями края, предоставляющими нам выписки из амбулаторных карт пациентов, проведенных медосмотров.
Если связь профессии и заболевания доказана, мы оформляем все необходимые документы и направляем пациента на медико-санитарную экспертизу. Там ему определяют процент утраты профессиональной трудоспособности (то, что у обычных пациентов называется группой инвалидности). Согласно этому проценту, работник получает компенсацию от Фонда социального страхования. Также человек с установленным профзаболеванием получает гарантированную медицинскую помощь: наблюдается в нашем центре, по программе реабилитации получает лекарства, санаторно-курортное лечение.
Вы сказали, что поддерживать здоровье работника – в интересах самого работодателя. Почему?
– Сегодня вся медицина ориентирована на профилактическое наблюдение, ведь легче предотвратить, чем потом лечить. И во главе угла у профпатолога – сохранение здоровья работающего населения, что и нужно работодателю. Цель и медосмотров в целом, и установления профзаболевания в частности – не найти заболевшего и отстранить от работы, а не допустить его в те условия, которые могут навредить здоровью человека, сформировать группу риска и не дать заболеванию развиться.
Как часто работодатель должен проводить медосмотры?
– Есть медосмотр периодический (раз в год или раз в два года, в зависимости от условий труда), предварительный – при устройстве на работу, и внеочередной. Последний проводится в случае, если работник долгое время находился на больничном (например, перенес инфаркт, сломал ногу). Лист нетрудоспособности закрыли, но работодатель не знает – может сотрудник работать, как раньше, или нет, и направляет его на внеочередной осмотр.
Отмечу, что пройти медосмотр можно и в государственных, и в частных медицинских организациях, главное, чтобы учреждение имело лицензию на их проведение.
Какие заболевания обычно относят к профессиональным? И как их отличить от других болезней?
– У нас совершенно особые болезни: есть вызванные физическими факторами, например, вибрационная болезнь (профессиональное заболевание, вызванное длительным воздействием производственной вибрации и поражающее нервную, сосудистую и опорно-двигательную системы – прим. ред). Ей подвержены те, кто работает с вибрирующими инструментами (проходчики, обрубщики), на крупной технике – самосвалах, бульдозерах, тракторах.
Есть болезни, вызванные производственным шумом – например, профессиональная тугоухость. Также к числу профессиональных заболеваний относятся вызванные пылевым воздействием (пневмокониоз, хронический бронхит), воздействием токсических веществ и многие другие. В пандемию у нас прошло много медицинских работников (врачей, среднего и младшего медицинского персонала медицинских организаций, водителей автомобилей скорой медицинской помощи), перенесших в ходе исполнения ими их трудовых обязанностей новую коронавирусную инфекцию после непосредственного контакта с пациентами, у которых подтверждено наличие COVID-19. В этом случае ковид рассматривался как острое инфекционное профессиональное заболевание.
Как попасть на прием к профпатологу?
– По направлению от врача одной из медицинских организаций края. Человек может на медосмотре предъявить специалисту жалобы, и тогда по результатам медосмотра он будет определен в группу риска по возникновению профессионального заболевания. Кроме того, медицинская организация, проводившая медосмотр, должна направить пациента к профпатологу. Можно также прийти в свою поликлинику и рассказать терапевту о жалобах – на кашель, боли в руках и так далее. В этом случае сам пациент или врач-терапевт инициируют направление к профпатологу.
Редкая специальность
Достаточно ли в регионе специалистов или присутствует «кадровый голод»?
– Дефицит, конечно, есть, как, наверное, во всей медицинской сфере. Мы, профпатологи, стоим немножко особняком от других специальностей, но у нас есть свои институты, федеральные центры, профессиональное сообщество. На сегодняшний день профпатолог – это редкая, интересная специальность. Если говорить о врачах государственных медучреждений, у нас в городе всего несколько специалистов этого профиля, еще по одному профпатологу – в Рубцовске, Заринске, Бийске. Я сама из медицинской династии и точно знаю, что в медицине нет случайных людей, это призвание.
В Алтайском крае нет ординатуры по профпатологии. Профпатологами становятся доктора, окончившие ординатуру по специальности «терапия» или «общая врачебная практика» и прошедшие первичную переподготовку по профпатологии в рамках дополнительного постдипломного образования на базе медицинского университета. И после этого они могут работать профпатологами, быть председателями комиссий (во всех крупных врачебных организациях должна быть создана врачебная комиссия по экспертизе профессиональной пригодности). В состав комиссии входят врачи разных специальностей – неврологи, окулисты, хирурги, дерматологи, терапевты – но возглавлять ее может только профильный специалист.
Как сегодня выглядит сфера профпатологии в крае на фоне России – насколько она развита?
– Знаете, наша профпатология сегодня развита на уровне федеральной: мы держим хорошие показатели и по медосмотрам, и по профзаболеваниям. Так, профпатологический центр края устанавливает порядка ста профессиональных заболеваний в год. Мы хорошо взаимодействуем в плане обмена опытом с другими крупными профпатологическими центрами Сибири – Новосибирском, Красноярском, Новокузнецком.
Находимся в тесной взаимосвязи и с работодателями. Крупные предприятия, такие как «Алтайвагон», «Алтай-Кокс», БКЖБИ, раз в пять лет сами инициируют углубленные медосмотры для сотрудников с большим стажем работы. Также периодически мы выезжаем на «экскурсию» по заводам края, чтобы иметь представление о том, в каких производственных условиях работают наши пациенты.
Сейчас производственные условия, конечно, улучшаются: государство прикладывает значительные усилия по улучшению производственного процесса – применяются роботы и автоматизированные линии, внедряются различные методы улучшения технологических операций (кондиционирование, обеспыливание, увлажнение воздуха, снижение уровня вибрации). И все же все вредные факторы воздействия на организм никуда не исчезают – и вызывают необратимые последствия.
Какие профзаболевания распространены в Алтайском крае?
– На первом месте – вибрационная болезнь, на втором – пылевая патология, на третьем – профессиональная тугоухость. Это «топ-3», но есть, конечно, еще и полиостеоартрозы, интоксикации, инфекционные заболевания (ковид, гепатит, туберкулез – чаще всего встречаются у медработников), онкология, но их процент меньше.
Сколько времени, в среднем, нужно работать во вредных условиях труда, чтобы «заработать» профессиональное заболевание?
– Увы, профзаболевания сегодня молодеют. Если раньше к нам поголовно шли трактористы, машинисты в возрасте 50+, то сегодня сельхозтехника стала современнее, уровень вибрации значительно уменьшился. Зато сейчас среди пациентов преобладают работники промышленных предприятий, и к 40 годам у них могут уже и легкие, и руки, и слух пострадать…
Для физических факторов (шум, вибрация) необходимый стаж работы – минимум 10 лет. Но что такое 10 лет, если молодой человек в 25 лет устроился на вредное производство с регулярным контактом с фактором, многократно превышающим предельно допустимый уровень? Уже в 35 лет он может «заработать» себе профзаболевание!
Профпатологу в своем обследовании нужно учесть много факторов. Вот, к примеру, двое парней работают посменно на вредном производстве. У одного развилась профессиональная болезнь – у другого нет. Почему? Потому что учитывается и анамнез человека, и тот фон, на который воздействует производственная среда. Потому каждая наша экспертиза – это настоящее расследование, мы – те еще детективы (улыбается). Да, у нас много бумаг – законов, приказов, распоряжений, но самое главное – наши пациенты.