Юля приехала из маленького тихого городка с чемоданом, набитым мамиными закатками, и святой верой в студенческое братство. В её воображении общежитие рисовалось как в старых фильмах: гитара по вечерам, совместная подготовка к сессии и подруги, которые становятся ближе сестер. Но в реальности четвертый этаж старого кирпичного здания встретил её запахом жареного лука и осознанием того, что у «студенческого братства» есть очень специфический побочный эффект.
Девушку поселили в комнату №402 к двум третьекурсницам: Свете и Кате. Соседки встретили первокурсницу радушно.
— О, новенькая! — Света, не вставая с кровати, окинула взглядом Юлины сумки. — Я Света, это Катя. Правило у нас одно: мы тут не чужие люди, у нас всё по-простому. Если что надо — бери, не стесняйся. Мы тоже у тебя будем одалживать, если припрет. Мы же банда.
Юля кивнула, польщенная таким приёмом. В первый же вечер она полезла в сумку, которую мама собирала на случай, если дочь припрёт в городе и достала банку домашнего тушёного мяса. Света и Катя уплетали мясо за обе щеки, весело рассказывая Юле о коварных преподавателях. Через десять минут банка была пуста. Скоро новенькая узнала, что у её соседок «одолжить» чаще всего имеет значение «присвоить».
Проблемы начались через неделю. Юля вернулась из университета голодная, предвкушая, как разогреет свой вчерашний борщ. Открыв холодильник, она обнаружила кастрюлю пустой и тщательно вымытой.
— Ой, Юльчик, — Катя, крася ресницы перед зеркалом, даже не обернулась. — Мы тут со Светкой проспали, на пары бежали, а твой борщ так вкусно пах. Ты же не в обиде? Мы завтра сварим сосиски и тебя угостим.
«Завтра» не наступило ни на следующий день, ни через неделю. Зато Юля стала замечать, что её шампунь тает со скоростью звука, хотя она моет голову раз в два дня. Потом исчезла новая пачка кофе. А однажды вечером она застала Свету, которая примеряла Юлину нарядную блузку.
— Юль, ну ты чего так смотришь? — Света недовольно дернула плечом. — Я просто прикинула. Она тебе всё равно чуть великовата в плечах, а на мне сидит идеально. Я на дискотеку схожу и верну, честное слово.
Юля пыталась поговорить с девочками. Она вежливо объясняла, что ей неприятно, когда вещи берут без спроса. Что бюджет у неё ограничен, и еда рассчитана на неделю.
— Ой, ну началась бытовуха, — закатывала глаза Катя. — Ты такая мелочная, Юль. Мы же делимся с тобой всем. Помнишь, Света тебе дала свой фен волосы посушить? Вот! А ты за тарелку супа готова удавиться. Не по-студенчески это.
И Юля терпела. Хотя предел всё-таки наступил, когда она обнаружила, что её дорогой корейский крем для лица, на который она копила с двух стипендий, закончился. Баночка была пуста.
— Девочки, кто взял мой крем? — голос Юли задрожал.
— А, этот в розовой баночке? — Света зевнула. — Слушай, мы вчера после душа так обгорели в солярии, кожа на пятках и локтях шелушилась. Мы им намазались. Хороший крем, кстати, жирный.
Это стало последней каплей. Пятки. Дорогим кремом для лица. В ту ночь Юля долго не могла заснуть. Она поняла, что её добротой не просто нагло пользуются, её буквально ни во что не ставят и откровенно смеются.
Юля не стала орать и ругаться, просто решила сменить тактику. На следующее утро она пошла в хозяйственный магазин. Купила небольшой, но крепкий навесной замок. Вернувшись, она прикрутила ушки к своему шкафчику.
— Ты что, с ума сошла? — вытаращилась Света. — Это же оскорбление! Ты нам не доверяешь?
— Я доверяю фактам, — спокойно ответила Юля. — Мой кофе исчез, мой крем испарился, а вещи вы берёте даже не спрашивая. Теперь это под замком.
И это было только начало. Юля знала, что Света продолжает втайне пользоваться её шампунем. Она купила точно такой же флакон, но вместо шампуня налила туда дешевое жидкое мыло, смешанное с синим пищевым красителем, который она купила в отделе для выпечки. Через полчаса из душа раздался визг. Света выскочила с полотенцем на голове, а её лоб, уши и шея были ярко-василькового цвета.
— Что ты туда налила? — орала соседка. — Я теперь как аватар! Мне завтра на зачет!
— Ой, — невинно хлопала глазами Юля. — А зачем ты взяла мой шампунь? Я же говорила, что он экспериментальный, лечебный. Его только по капле и только на корни можно. Ты же не хотела его брать без спроса, правда?
Девушка прожила в этой комнате до конца учебного года. С ней почти не разговаривали, её считали «психованной» и «жадиной». Но зато её еда оставалась в холодильнике, её крем был на месте, а блузки больше не гуляли по дискотекам без её ведома.
Прошло уже несколько лет. Теперь у Юли своя квартира и очень четкое понимание границ. Но иногда, заходя в ванную и видя на полке свой дорогой крем, она невольно улыбается, вспоминая синий лоб Светки. Это был её самый важный жизненный урок: дружба дружбой, а границы должны быть на замке.
Фото: ru.freepik.com