Они стояли у истоков армии, которая изменила историю двадцатого века. Прошли через три войны, десятки восстаний, командовали фронтами и округами. В ноябре 1935 года советская власть дала им то, чего ни у кого ещё не было — звание Маршала Советского Союза.
Ни один из них не умер своей смертью.
Это не случайность. Это закономерность — и, пожалуй, самый красноречивый портрет эпохи, который только можно нарисовать.
В ноябре 1935 года постановлением ЦИК и СНК СССР маршальские звёзды получили пятеро: Ворошилов, Тухачевский, Будённый, Блюхер и Егоров. Но одновременно с ними, в той же системе координат, существовали командармы первого ранга — звание на ступень ниже, но по реальному весу и влиянию едва ли уступавшее. Именно они командовали округами, строили авиацию, формировали армию. И именно о них — забытых, замолчанных, вычеркнутых — этот текст.
Павел Дыбенко родился в 1889 году в черниговской крестьянской семье. В армию идти не хотел категорически — в 1911-м его арестовали и этапировали на призывной участок буквально силой. Окончил минную школу, попал на штрафной корабль «Двина», потом на линкор «Император Павел I».
Февраль 1917-го перевернул его жизнь. Из матроса-штрафника — в революционные вожди. Уже в ноябре того же года Дыбенко стал наркомом по морским делам. Крестьянин без образования — во главе флота великой державы.
Но ненадолго.
Зимой 1918 года немцы двинулись на Нарву. Дыбенко, по свидетельствам современников, находился в очередном запое. Город был сдан. Дело шло к трибуналу и расстрелу — но за него заступилась Александра Коллонтай, видный деятель партии и его фактическая жена. Дыбенко перевели на Украину, подальше от скандала.
Там он нашёл себе применение. Подавлял восстания — жёстко, методично, без лишних слов. Потом — Тамбовщина, где крестьянское восстание под руководством Антонова утопили в крови с применением химического оружия. Дыбенко был одним из командиров этой операции.
В 1922 году он окончил Военную академию РККА. Дальше — стремительный карьерный взлёт: командующий войсками Среднеазиатского округа, Приволжского, наконец Ленинградского.
В феврале 1938 года его арестовали. Обвинили в военно-фашистском заговоре и шпионаже в пользу США. Дыбенко писал Сталину покаянные письма. Ответа не было.
29 июля 1938 года его расстреляли.
Яков Алкснис прошёл совершенно другой путь — и пришёл к той же точке.
Родился в 1897 году в Лифляндской губернии, нынешняя Латвия. Окончил учительскую семинарию, был мобилизован, прошёл ускоренные офицерские курсы, едва успел добраться до фронта — как случился октябрь семнадцатого.
Алкснис сделал ставку на новую власть осознанно. Воевал в Орловской губернии против белогвардейцев, потом — Военная академия РККА, потом неожиданный поворот: школа военных лётчиков в Каче.
Авиация стала его страстью и карьерой. В 1931 году Алкснис возглавил ВВС РККА. Под его руководством советская военная авиация из кустарного дела превратилась в серьёзную силу. В январе 1937-го — назначение заместителем наркома обороны по авиации.
Казалось бы — вершина. Но уже в ноябре того же года его отстранили, исключили из партии и арестовали.
29 июля 1938 года — расстрел. В один день с Дыбенко.
Реабилитирован в 1956-м. Посмертно.
Иоаким Вацетис — единственный в этом списке, кто пришёл к большевикам уже сложившимся военным профессионалом.
Родился в 1873 году в Курляндии. Окончил Виленское пехотное училище, затем — Николаевскую академию Генерального штаба. Участник Первой мировой, командир Латышского стрелкового корпуса. Когда в октябре 1917-го встал вопрос о выборе стороны — полковник Вацетис перешёл к большевикам.
В январе 1918 года его латышские стрелки воевали против 1-го Польского корпуса. Потом — Восточный фронт. Вацетис дослужился до поста Главнокомандующего Вооружёнными силами Республики — фактически, первого главкома Красной Армии.
Летом 1919-го его карьера внезапно оборвалась. Конфликт с высоким руководством, отстранение, арест. Но тогда — отпустили. Через полтора месяца он был на свободе, в распоряжении Реввоенсовета.
С 1921 года Вацетис преподавал в Военной академии имени Фрунзе. В 1927-м стал профессором. Писал труды по военной истории, читал лекции.
В ноябре 1937-го его арестовали снова. На этот раз — без шансов.
28 июля 1938 года приговорили к расстрелу. Исполнили на следующий день.
Иван Федько — один из самых молодых в этой компании. Родился в 1897 году в Полтавской губернии, в крестьянской семье. Окончил ремесленное училище, работал на мебельной фабрике.
В 1916-м мобилизован. В конце того же года — учёба в Киевской школе прапорщиков. После октября семнадцатого прапорщик Федько организовал ревком в Феодосии, сформировал красногвардейский отряд и ушёл воевать.
Воевал хорошо. Командовал дивизией, группой войск. В 1921 году участвовал в подавлении Кронштадтского мятежа и тамбовского восстания — тех же крестьян, из которых вышел сам.
Потом — академия, округа, повышения. В январе 1938 года Федько стал первым заместителем наркома обороны СССР. Выше некуда.
7 июля 1938 года его арестовали.
26 февраля 1939 года расстреляли.
Иван Дубовой был сыном шахтёра из Киевской губернии. Поступил в Киевский коммерческий институт — образование совсем не военное. Осенью 1916-го мобилизовали, он окончил школу прапорщиков, на фронт не попал, вернулся на Донбасс — как раз к революционным событиям.
С марта 1918 года — в Красной Армии. Оборонял Царицын, Камышин. Поднимался по должностям неторопливо, но уверенно. В 1935-м возглавил Харьковский военный округ.
21 августа 1937 года арестован. Обвинение — стандартное для тех лет: военно-фашистский заговор.
28 июля 1938 года расстрелян.
Вот пять судеб. Пять биографий, которые начинались в разных губерниях, шли через разные войны и должности — и сошлись в одной точке.
Большинство из них были расстреляны в один день: 29 июля 1938 года. Как будто система решила закрыть этот вопрос разом, списком.
Историки до сих пор спорят о природе Большого террора. Одни говорят о паранойе, другие — о рациональном уничтожении потенциальной оппозиции, третьи — о системе, которая пожирала собственных создателей логично и неизбежно, как любая машина, требующая постоянного обслуживания.
Но есть деталь, которая не укладывается ни в одну простую схему.
Все эти люди сами участвовали в строительстве этой системы. Они подавляли восстания, расстреливали «врагов», приводили в исполнение решения, которые казались им верными. Дыбенко на Тамбовщине. Федько в Кронштадте. Дубовой на Донбассе. Они знали, как работает механизм — потому что сами его запускали.
И всё равно не успели.
Покаянные письма Сталину, которые писал Дыбенко в камере, остались без ответа. Не потому что вождь был занят. А потому что ответ уже был дан заранее.
Все пятеро были реабилитированы в 1956-1957 годах — через год-два после смерти Сталина. Официально признаны невиновными. Посмертно возвращены в историю, из которой были вычеркнуты.
История эпохи — это не только портреты победителей. Иногда это списки расстрельных приговоров, исполненных в один день, с пометкой «реабилитирован» через восемнадцать лет.
Вот и весь портрет.