Они сидели в полутемном кафе за столиком у окна. За стеклом уже был ранний вечер: горели фонари, зажглась иллюминация. На эстраде негромко играл саксофонист. Они почти не разговаривали. Но часто просто улыбались друг другу.
Друг мой милый,
давай помолчим.
Пусть за нас говорят только взгляды.
— Ты сам это сочинил?
— Стихи не сочиняют, стихи — пишут… Нет, конечно… Прочитал где-то.
— Прочти еще что-нибудь.
И снова ночь,
и тишина,
и звезды,
и маттиолы нежный аромат.
— Хорошо как… А я уже давно стихов не читала. Совсем не знаю современных поэтов.
Из кафе Мила поехала домой. Попросила Художника не провожать ее. Прежде чем Мила села за руль, он поцеловал ее. Мила ехала не спеша и мечтательно улыбалась. Настроение у нее было лирическое. «…и маттиолы нежный аромат…» Хорошо то как! И это только от общения.
****
Дома Милу ждала неприятность. Андрей вышел к ней в прихожую и, помогая снять пальто, сообщил: «Максим заболел. Затемпературил: тридцать девять и один. Других симптомов никаких. Сейчас спит, но, кажется, снова «горит».
— Сынуля, родной мой! Андрей, ты давал ему какое-нибудь лекарство? А почему ты мне не позвонил?
— Думал, ты с работы рано придешь. Я дал ему жаропонижающее. Температура спала, но через два часа снова то же самое. Дал еще одну таблетку. Чай с малиновым вареньем. Мила, может, «скорую» вызвать? Я без тебя не решился.
— Да, Андрюша, давай вызовем. Пусть врач посмотрит. Ночь впереди, мало ли что. Ему кроме чая с малиной хорошо бы еще апельсины и молоко с медом.
— Я сейчас схожу. Может, еще что-то?
— Завтра бы хорошо на рынке курицу домашнюю купить. Для бульона. Кушать ему вряд ли будет хотеться.
Андрей пошел в магазин, а Мила позвонила в «скорую» и стала ждать врача. Она смотрела на спящего сына и кляла себя на чем свет стоит. «Я плохая мать! Мой сын лежит с температурой, а я гуляю, да еще не одна! Господи, прости!»
Врач сказал, что это сейчас грипп такой «ходит». Ни кашля, ни насморка, только высокая температура. Продержится она дня три. Больше питья. Если температура спадет до тридцати восьми — жаропонижающие больше не давать. Можно на лоб класть салфетку, смоченную в разведенном уксусе.
Мила проводила врача. Вскоре вернулся Андрей. Он застал Милу, тихо плачущую на кухне, у окна.
— Что-то случилось? Врач был?
— Был. Сказал: грипп.
— Ну и чего ты плачешь?
Подошел, обнял ее: «Ч-ш-ш, успокойся, все будет хорошо. Ч-ш-ш…» Он баюкал ее как ребенка: «Ч-ш-ш». Мила постепенно успокоилась, затихла в объятиях. Они стояли и смотрели на ночной город. Падал лохмотьями влажный снег. Андрей стал легонько целовать ее в шею.
— Андрюша… Не сейчас…
— Да я ни на что и не надеюсь. Просто ты очень красивая.
— Андрюш, пойдем спать… Вместе.
— Наконец. А то я уже стал привыкать к дивану…
И они вместе пошли в спальню.
Рассказ "Семейная жизнь Милы" 12 часть
А еще, в дзене появились донаты. Поддержать автора можно 👉ТУТ👈