Чайный рынок, как рынок глобальный и, употребим такие слова, многополярный и децентрализованный, реагирует на все те кризисы, свидетелями которых мы стали в 2020-х, очень разнообразно.
С одной стороны, можно считать, что чайному рынку все по барабану. Посудите сами. Когда началась ковидная замятня, мы с Ольгой по долгу службы контактировали с большим количеством чайных специалистов и собирали их мнения и соображения о том, что будет с чаем в такое заразное время. Мнения и соображения были очень разными. Иногда драматургичными. Иногда — философскими. А иногда — забавными.
Например, ланкийские коллеги тогда резко подсуетились и объявили о том, что цейлонский черный чай защищает от ковида. Никаких подтверждающих это заявление исследований у наших цейлонских чайных братьев, конечно, не было. Но они ссылались на исследования, в которых цейлонский чай проверялся против какой-то предыдущей болячки — против атипичной пневмонии, кажется. Здраво рассудив, что если чай, возможно, помогает при одном недуге, то он, возможно, поможет и при другом недуге. Тут не поспоришь, конечно.
Турецкие коллеги сетовали на то, что из-за перекрытия границ в Турцию не смогут приехать сезонные чайные рабочие из Грузии. И некому будет собирать чайный лист. Одновременно с этим грузинские коллеги радовались, что из-за перекрытия границ в этом году квалифицированные сборщики чая не уедет на заработки в Турцию и будет кому собирать чайный лист.
Андрей Иванов из Риги, когда мы у него спросили, как на его работу повлиял ковидный кризис, ответил, что никак, потому что у него всегда кризис… Ну и на фоне всего этого импортеры чая переживали по поводу нехватки контейнеров.
С тех пор прошло больше пяти лет. Цейлонский чай успел пережить валютный кризис, топливный кризис и кризис отказа от сельхозхимии. Но сохраняет свои позиции на мировом рынке, остается самым дорогим массовым черным чаем, как-то справляется с постоянно возникающими сложностями и не особенно изменился ни качественно, ни количественно. В Турции открылся чайный центр в Ризе и выросло потребления чая на душу населения. Грузия продолжает искать свой чайный путь, балансируя между совсем уж крафтовыми чайными решениями и небольшими индустриальными проектами. Андрей Иванов запустил симпатичный проект An Shim Tea и возит туристов по чайным странам. И проблема контейнеров тоже как-то незаметно рассосалась. Нельзя сказать, конечно, что у всех все хорошо. У всех все как всегда, скажем так.
Весной 2022 года по чайному интернету прокатилась волна вангования, связанного с введенными против России санкциями и уходом из нашей страны чая Lipton и ряда других, менее заметных, чайных брендов. Но после мощного ковидного задора все эти переживания были не очень убедительными. Кто-то пытался, конечно, превратить уход Липтона в цивилизационную драму — но получалось не очень, ковидная вакцина от апокалиптической чайной суеты оказалась надежной. А сейчас про все эти переживания никто уже и не вспоминает. На липтоновском оборудовании, кажется, производят СТМ-чай и чай для разных небольших проектов, не имеющих собственных купажных и фасовочных мощностей. А чайные рынки и чайные проекты и в России и на Украине развиваются вполне себе динамично.
Ну а теперь вот появляются статьи о том, как жить чайному рынку без Ормузского пролива. С учетом общих энергетических обстоятельств и того, что в Дубаи находится один из крупных чайных логистических хабов. На который в значительной степени завязан африканский чайный экспорт. Но статьи эти уже робкие и усталые, по ним сразу становится понятно, что чайный рынок, скорее всего, переживет и этот расколбас.
Короче говоря, возникает ощущение, что глобально чайному рынку все по барабану. Потому что он большой и гибкий.
Но при этом, конечно, на многие конкретные чайные проекты все переживаемые нами кризисы повлияли очень сильно. Иногда — фатально. И продолжают влиять. Но люди превращают проблемы — даже глобальные — в рабочие задачи. И как-то умудряются с ними справляться. Обеспечивая чайному рынку ту самую гибкость. Или не справляться — но на глобальном фоне и на фоне справившихся с вызовами проектов эти неудачи никто особо не вспоминает.
Я, собственно, все это к тому, что в Индии прямо сейчас происходит кризисное переформатирование инфраструктуры уличных чайных. Тех самых, которые подают всем желающим черный чай с молоком, сахаром и пряностями в разных стаканчиках и разной степени гигиеничности.
До недавнего времени подавляющее число индийских (а также пакистанских и бангладешских) чайных работало на газе. В таких обшарпанных баллонах, которые можно перезаряжать. Но после начала войны на Ближнем Востоке газ резко подорожал — пишут, что минимум в три раза. И сейчас эти чайные выкручиваются самыми разными способами. Самыми распространенным из которых являются два.
Первый — поднять цены на чай. Это, конечно, всегда огорчительно. Особенно с учетом общего снижения потребительской активности. Но вот прямо сейчас потребители — которые тоже обычно работают с газом — все понимают.
Второй — перейти на альтернативные источники энергии. Каковых два: дрова и электричество. Большая часть альтернативщиков, конечно, выбирает индукционные плитки и разные вариации на тему электротитанов — это технологичнее. Но кое-где в Индии и печки задымили. А где-либо, возможно, и самовары.
Я совершенно не представляю энергетической экономики Индии. Но вполне допускаю, что переход на электричество окажется для индийских чайных достаточно безболезненным. И, в перспективе, сделает индийскую уличную чайную торговлю чуть менее чумазой.