— Чего ты там копаешься, Маш? Такси уже пять минут ждет у подъезда.
— Да иду я, иду! Господи, ну куда я сумочку положила? Только что здесь была!
Душа пела. Суббота, вечер, впереди — караоке, девчонки, коктейли и полная свобода от кастрюль и отчётов. Мы с подругами планировали встречу целый месяц. Андрей, конечно, поначалу кривил лицо — мол, чего тебе дома не сидится, замужняя женщина всё-таки. В прошлые выходные он явился домой в три часа ночи, источая запах перегара, — после этого ему уже было нечем крыть. Тот его «корпоратив» стал моим козырем, и теперь он сидел смирно, изображая понимающего мужа.
— На комоде лежит, «маша-растеряша»! — крикнул он, выглядывая из-за двери. — Прямо под носом у тебя.
— Ой, точно. Всё, давай, пока, буду поздно, не теряй!
Я на бегу чмокнула его в небритую щеку, подхватила сумочку и выскочила на лестничную площадку. Лифт, как назло, застрял на десятом этаже, пришлось бежать по ступеням, цокая каблуками.
У подъезда стояла чистенькая серебристая иномарка. Я запрыгнула на переднее сиденье, тяжело дыша.
— Добрый вечер! Простите за задержку, — выдохнула я. — Долго ждёте?
Таксист, мужчина лет сорока с добрым приятным лицом, кивнул невозмутимо. На счётчике ожидания было пусто.
— Да ничего! Всякое бывает, — отозвался он, плавно трогаясь с места. — Пять минут — это не задержка.
— Спасибо. Я просто раньше заказала, — я начала оправдываться, хотя сама не знала зачем. — У нас двор тут такой коварный... вечно все блуждают ещё минут пять, прежде чем заезд найти.
Водитель хмыкнул, ловко объезжая припаркованную «Газель».
— Чего тут блуждать-то? Слева от дороги — бетонная плита возле мусорного контейнера, а справа — заезд к детскому саду. Схема простая, если хоть раз здесь был.
— О, я смотрю, вы тут часто бываете, раз так хорошо ориентируетесь.
— Ну, скажем так, на прошлой неделе только мужика подвозил к вашему подъезду.
— Ничего себе! Вы всех своих клиентов запоминаете?
Таксист ухмыльнулся.
— Этого не забудешь! Устроили мне тут любовные утехи со своей спутницей прямо в салоне. Я, конечно, человек ко всему привычный, но там чуть машину мне не раскачали.
Я невольно рассмеялась, представляя картину.
— Молодёжь! Что с них возьмёшь, кровь кипит, гормоны играют.
— Да ну, какая там молодёжь. Нашего с вами возраста примерно. В костюме такой был, весь солидный, при галстуке. В очках, типа интеллигент.
Я замерла.
— Тёмные волосы? Кучерявый немного? Слегка заикается, когда волнуется? — слова вылетели раньше, чем я успела их обдумать.
Таксист радостно закивал, довольный тем, что беседа так оживилась.
— Да-да! В точку! Соседа своего признали, да? — он посмеялся.
А внутри меня всё похолодело. Описание сходилось до мелочей. Мой муж Андрей всегда ходил на работу в костюмах, эти его дурацкие кудряшки, и это его «за-за-за», когда он начинал оправдываться или нервничать…
— Неловко как-то получилось, — усмехнулся таксист, не замечая, как я побелела. — Соседа вашего вам заложил. Наверное, в подъезде ходит такой весь из себя воспитанный, здоровается вежливо, а теперь вы будете смотреть на него и думать: «Ну ничего себе, интеллигент!». А он вон какой жеребец оказался.
— Да вы не переживайте, он... он часто так выходные проводит. Гулёна тот ещё. Я даже ресторан знаю, где они обычно заседают. «Дориан», вроде?
Таксист щёлкнул пальцами.
— Ну да, точно! Они про него и говорили. Сидели там, отмечали что-то. Только эту сладкую парочку я забрал уже не из ресторана, а из гостиницы. Сначала соседа вашего до подъезда довёз, он ещё просил подальше остановиться, чтоб не светиться под окнами. Потом даму его подкинул. Я ещё сначала подумал, что это жена его — так они слаженно ворковали. Потом думаю: «Какая к чёрту жена? Жён по гостиницам среди ночи не водят». Он, кстати, холостой, видать. Кольца на пальце не было. С мамой, наверное, живёт, вот и шифруется по отелям.
Он закатился громким смехом над своей же шуткой. А я сидела и видела перед глазами ту самую ночь. Прошлую субботу. Андрей пришёл поздно, сказал, что пил с друзьями в «Дориане», а потом они долго не могли вызвать машину.
— А вот спутница его точно замужняя, — продолжал таксист, входя во вкус рассказа. — Кольцо при ней, золотое, с камушком. И муж ей, бедолага, названивал без конца, пока они там у меня на заднем сиденье.... Она звонок сбрасывала и хихикала. Я, конечно, в шоке с некоторых женщин! Ни стыда, ни совести.
Он посмотрел на меня, ожидая поддержки, но наткнулся на мой гневный взгляд.
— Эй... с вами всё в порядке? — испуганно спросил водитель.
— И куда она поехала? — спросила я гробовым голосом.
Таксист резко замолчал. Кажется, до него начало доходить.
— Так это... — пролепетал он. — Это что, не сосед ваш был?
— Сосед, — я посмотрела ему прямо в глаза. — Очень близкий сосед. Уж сколько лет на одной кровати спим.
— Вы знаете... может, я путаю чего, — начал он быстро-быстро бормотать, заикаясь не хуже моего муженька. — Кажется, и дом не ваш был. Точно! Улицы похожи, заезды эти... И мужик без кольца был, я точно видел.
— Кольцо в кармане брюк у него было. Нашла на следующий день, когда стирку затеяла. Я, дура, и значения не придала. А зря.
— Ох, мамочки... — выдохнул таксист. — Что ж я наделал-то...
— Так куда она поехала? Адрес. Мне нужен адрес.
— Простите, но я не могу разглашать… Это же, ну, почти подсудное дело.
— Но вы же мне про мужа моего всё рассказали!
— О чём сейчас очень жалею, — буркнул он, прибавляя газу, лишь бы скорее избавиться от меня. — Да и вообще, ну вот что вы сделаете с этой информацией? Допустим, дам я вам адрес. Приедете вы туда среди ночи. Будете стоять под окнами и кричать: «Выходи!»?
Таксист поглядывал на меня в зеркало заднего вида с явным сочувствием. Видно было, что ему жутко неудобно за то, что он заварил эту кашу.
— Да ладно, не напрягайтесь вы так, — успокоила его я. — Я адекватная женщина, честное слово. В истерику не впаду, машину крушить не стану. Сейчас немного отпустит, я всё обдумаю. Не хочу рубить с плеча. Всё-таки столько лет вместе…
— А вот это правильно! — таксист заметно воодушевился. — Вот это я поддерживаю! Золотые слова. Эмоции — они плохой советчик. Переспать с этой мыслью надо, а завтра на свежую голову решите, что к чему. Может, там и не так всё серьёзно было?
— Ой, да ладно вам! — Вот только прикрывать его не надо! Знаю я её, эту вашу мужскую солидарность.
— Какую солидарность? Вы вообще о чём?
— Ну а как же? Вот вы, например… Вы женаты?
— Нет, я разведён, — отрезал он.
— Во-от! Значит, у вас просто в нужный момент не нашлось такого человека, который бы вас прикрыл…
— От чего прикрыл? От того, что я в ночь «бомбить» ушёл на двенадцать часов, чтобы дочке на брекеты заработать, а жена в наш же дом любовника привела?
— Вот как? Извините… я не знала.
— Да ладно. Бывает. Мы, кстати, приехали. Вот ваш бар. Идите, развейтесь. Спасибо за то, что выбрали наше такси, и… ещё раз простите, что язык за зубами не удержал.
Я кивнула и вышла из машины.
Стоило мне только войти в полумрак бара, как ко мне подлетели девчонки.
— Машка! Ну наконец-то! — подруга Света, уже изрядно выпившая, потянула меня к нашему столику. — Мы уже заждались! Давай, заказывай скорее, мы тут уже по второй приговорили!
Я смотрела на их накрашенные губы и всё это казалось мне каким-то дешёвым спектаклем. Но стоило выпить первый коктейль, потом второй… и я не удержалась. Меня просто прорвало.
Весь оставшийся вечер я была в центре внимания, только не в том смысле, в каком планировала. Я рассказала подругам всё, что узнала от таксиста.
— Ну и гад! — причитала Женя, подливая мне чего-то крепкого. — А ведь такой тихушник! Интеллигент! Слушай, Маш, тебе по-любому нужно отомстить. Такое прощать нельзя, он же ноги об тебя вытер!
— Точно! — подхватила Света, глаза её хищно блеснули. — Клин клином вышибают. Давай мы тебе сейчас здесь кого-нибудь присмотрим.
Они начали активно «присматривать» мне кавалеров, тыча пальцами в случайных посетителей. Но все они казались мне какими-то блёклыми подобиями мужчин. Один слишком молод, другой слишком пьян, третий вообще страшненький. В итоге, не найдя никого путного, подруги просто решили, что мне нужно «забыться», и старательно накачали меня шотами, пока я не перестала понимать, где нахожусь.
Когда в два часа ночи они вызвали мне машину и буквально загрузили меня на заднее сиденье, я едва держала голову.
— Маш, ты доедешь? Ключи в сумке! — крикнула Светка, захлопывая дверь.
Я прикрыла глаза, чувствуя, как машина трогается. Медленно подняла веки и сфокусировала взгляд на зеркале заднего вида. На меня смотрели те же самые глаза. Виноватые, немного удивлённые.
— Ну и ну! — раздался знакомый голос. — Ну и накачали вас ваши подруги!
Это был он. Тот самый таксист. Надо же, какая ирония судьбы — в огромном городе попасть в ту же машину. Я смотрела на его затылок, и в голове, затуманенной алкоголем, вдруг вспыхнули слова подруг: «По-любому нужно отомстить».
Отомстить. Ему. Мужу. Всей этой жизни, которая дала трещину. А передо мной сидел единственный свидетель моего позора, человек, который знал правду и который сам был обижен такой же женщиной, как та, из гостиницы.
— Простите… а можно поменять маршрут? — спросила я, стараясь выговаривать слова чётко, хотя язык заплетался.
— Поменять? — он удивлённо приподнял брови. — Куда это?
Я подалась вперёд, почти касаясь его плеча, и посмотрела ему прямо в глаза через зеркало. Взгляд мой, наверное, был шальным и немного пугающим.
— Давайте к вам домой, — заигрывающе выдала я. — Вы ведь сказали, что не женаты? Свободный мужчина, свободная… почти свободная женщина.
Он вздрогнул. Машина даже вильнула в сторону. Он молчал секунд десять, разглядывая меня в зеркало, будто проверяя, не шучу ли я. Потом он медленно притормозил у обочины, бросил взгляд на экран телефона и одним решительным движением отменил мой текущий заказ и закрыл приложение.
— Ну, домой, так домой, — спокойно, без тени насмешки, сказал он.
Включил поворотник и уверенно развернул машину в сторону спальных районов. А я ехала совершать тот поступок, о котором завтра, когда хмель выветрится, я, возможно, буду жалеть. Завтра… Но только не сегодня.