Чеченцы спустились вниз, на широкой площадке перед входом в ресторан бывший спецназовец задержался, обвёл взглядом слева направо берег "Первого городского пляжа", усмехнулся и, демонстрируя опыт, спросил у стоящего в двух метрах Ильдара:
(часть 1 - https://dzen.ru/a/aa0AxMiGDyIfM6el)
– Снайпера на лодку посадил?
– На море качка! А наш человек устроился на спасательной вышке справа.
– До вышки, как минимум, полкилометра!
– Мы стреляли и с больших расстояний… – Крымский татарин, прибывший из Германии, добил опытного человека. – Американская винтовка Remington 700 М40 со специальным прицелом. Рустэм, не парься и поверь на слово, сейчас специалист просчитывает силу ветра и размышляет о том, куда лучше стрелять: в твою грудь или в голову? Поэтому, я не стою рядом с тобой. Ветер сильный!
– Ильдар, а ты в каких войсках служил?
– Официально на полигоне под Берлином, а на самом деле часто приходилось бывать на учебном центре Боксдорф, это под Дрезденом. До вывода была секретная часть под видом стрельбища мотострелкового полка. Больше ничего не могу сказать.
– Здесь, на полигоне Чауда, тоже ваши люди?
– Рустэм, а вот это уже военная тайна! И ты сам знаешь, что это значит… – Представитель клана Умеровых протянул правую ладонь. – Мой тебе совет – больше без глупостей! И если что, знай, ты меня переживёшь максимум на неделю. Да ещё семью подставишь. Говорю открытым текстом, и этот вопрос даже не обсуждается!
Крымский татарин всё же ответил на рукопожатие соплеменника.
– Начнёшь воевать с женщинами и детьми?
– Не надо было трогать мою семью! После смерти дяди и избиения сестёр у меня нет границ, так и передай старшему брату.
Оба услышали звук подъезжающих машин, из-за угла показались два джипа. Рустэм, услышав последние доводы, кивнул и сбежал по лестнице. Надо выиграть время…
***
Пока гости выбирались из автомобилей, к Танкисту подошёл Эмиль, встал слева и поправил пистолет под пиджаком.
– Я всё правильно сделал?
Старший татарин улыбнулся и, разглядывая сверху прибывший народ, протянул руку.
– Эмиль, с боевым крещением тебя! Молодец… – Ильдар шагнул вперёд. – А теперь будем встречать наших дорогих друзей.
Первыми по длинной лестнице прибрежного склона поднимались положенец Феодосии Шурик-Два вместе с бригадиром «солнцевских», последний оправдывал кличку Полтора Ивана баскетбольным ростом и шириной плеч.
Москвич шагал в модных туфлях и был одет в классическую чёрную кожаную куртку, накинутую на белую рубашку. Голову с аккуратной причёской русых волос (скорее всего, здесь постарался земляк из Солнцево, имиджмейкер Рысев…) украшали очки в тонкой позолоченной оправе.
Следом шли охранники, переговариваясь между собой о достоинствах ближайших пляжей. Сегодня безопасность взяла на себя принимающая сторона, можно расслабиться.
Два столичных бодигарда отличались от босса не только меньшим ростом, но и обувью: чёрные кроссовки вместе с теми же джинсами и кожаными куртками. Москвичи, одним словом! Держат фасон, где надо и где не надо…
Шурик-Два ступил на площадку и, протянув ладонь Ильдару, весело спросил:
– Что, Танкист, проводил абреков? – Положенец перевёл взгляд на рядом стоящего сотрудника милиции в гражданском костюме. – Эмильчик, и ты здесь?! А я смотрю, ты не ты? Форму скинул, на человека стал похож.
Молодой человек вежливо улыбнулся.
– Я тоже рад вас видеть, Александр Александрович.
– Да вот сержант распугал чехов ксивой и чёрным пистолетом… – Ахметов поздоровался с авторитетом и протянул руку московскому бригадиру. – Иван Васильевич, вот мы и встретились в Феодосии...
Ещё при начальных переговорах Танкист и Полтора Ивана договорились о том, что якобы крымский татарин и солнцевский бригадир давно знакомы по старым делам, но близко не контачили.
Не будем долго объяснять знакомство, вспоминая лишний раз стилиста. Нашего "Couturier Rysev" надо беречь! Слишком известным стал…
Москвич улыбнулся, поправил очки и аккуратно пожал ладонь нового компаньона:
– А ты изменился, Танкист!
Ильдар сделал шаг в сторону и представил второго татарина:
– Эмиль! Родственник, близкий мне человек, работает в ментовке Симферополя.
Полтора Ивана придерживался более демократичных взглядов в отличие от авторитетного уголовника и, протянув руку сотруднику милиции, сообщил:
– Родня – это святое! Да и менты бывают разные… Эмиль, можешь называть меня Иван Васильевич.
Крымский татарин кивнул, пожал огромную ладонь, развернулся и пошёл первым. Всё, как инструктировал опытный родственник. Ильдар махнул рукой, приглашая гостей идти следом. Сегодня мы обеспечиваем безопасность!
Ну, конечно, важную роль играют сам авторитет положенца Феодосии и слава о группировке «солнцевских», известная далеко за пределами Российской Федерации. Сегодня вряд ли кто посмеет нарушить покой в ресторане «Джеваль».
По пути, поднимаясь по мраморной лестнице заведения, Танкист коротко, на ходу, поделился с положенцем о стычке с Рустэмом и его охраной. Когда Шурик-Два с хмурым взглядом вошёл в зал, гостей встречал взволнованный Марлен.
Сегодня впервые управляющий оказался свидетелем вооруженной стычки между гостями, хотя старший брат неоднократно заверял братишку в безопасной работе семейного заведения. В его ресторане никто не посмеет нарушить порядок!
А тут разборки прямо перед прибытием московских гостей, да ещё вместе с главным уголовником города! Что подумают уважаемые люди? А Ильдар тоже хорош! Пришёл в «Джеваль» с пистолетом, да ещё привёл мента в гражданке и с оружием. Не мог выбрать другое место для претензий?
И надо же такому случиться, что именно сегодня Сейт-Мамуту понадобилось ехать в Симферополь за дочерью. Марлен не знал, что делать и как себя вести…
Ильдар Ахметов выручил управляющего, сам представил младшего брата владельца ресторана, с улыбкой объяснив производный смысл необычного имени.
Двухметровый гигант в стильных очках, вошедший вслед за авторитетом, развеселился и проявил учтивость, интеллигентно поинтересовавшись у молодого человека в костюме и при галстуке:
– Здравствуйте, Марлен! Порадуете нас сегодня крымско-татарской кухней?
– Венера как раз разбирается с очередностью блюд. – Работник общепита, услышав родную тему, успокоился и указал на огромную дверь из чёрного дерева с витиеватой ручкой. – Прошу всех в банкетный зал!
Эмиль распахнул дверь и шагнул в сторону. Четверо охранников остались в главном зале. Первым в уютное помещение с дизайнерским интерьером в виде панорамы черноморского побережья, выполненной вдоль стен, вошёл положенец Феодосии и, заметив Венеру, что-то указывающую двум официанткам, широко улыбнулся.
Александру Александровичу нравилась умная, яркая женщина, которая в одиночку управляла семейным бизнесом.
Однако Шурик-Два чтил не только воровские традиции, но и семейные. Поэтому тут же поздоровался с главой клана и сам представил чету Умеровых московскому гостю:
– Иван, знакомься: Рефат и его жена Венера.
Бригадир «солнцевских» со слов Ильдара знал о родителях близняшек, за которых отомстили его люди. Сегодня, во время поездки из аэропорта Шурик-Два ввёл коллегу в курс дела, объяснив расклад по расстановке сил в Феодосии.
Рефат оказался чуть ниже москвича, последовало крепкое рукопожатие, мужчины начали рассаживаться за накрытый стол. Женщины замерли, уставившись на колоритного молодого человека в очках. И пока Венера отдавала последние распоряжения, слово взял Шурик-Два:
– Рефат, Ильдар, пока суть, да дело, давай я расскажу, в честь кого назвали нашего московского друга.
Родственники переглянулись, глава семьи улыбнулся и кивнул. О чём ещё можно поговорить при посторонних? Положенец принялся объяснять:
– В Магаданской области долгое время одним из наиболее авторитетных людей на Колыме был вор в законе по имени Бабаков Иван Федорович, которого за его рост и силу звали «Полтора Ивана». Убили его в «сучьей войне» в 1950 году на прииске «Новый». И вот в честь великого человека и назвали нашего гостя, который по своим габаритам, и по своим делам ни чем не уступает легендарному человеку… – Шурик-Два взглянул на москвича. – Я прав, Иван Васильевич?
– Мне далеко до легенды…, – задумчиво сообщил гость, разглядывая расставленные салаты.
Венера отправила официанток, закрыла дверь и присела за стол. Ильдар решил продемонстрировать осведомленность:
– Если бы не легендарный вор в законе, то нашего друга могли легко назвать «Доцентом»!
Москвич улыбнулся, снял очки и принялся протирать стёкла салфеткой. Чета Умеровых уставились на племянника, Шурик-Два оторвался от меню и спросил:
– Обоснуй!
– Да потому, что наш Иван Васильевич самый настоящий доцент Московского технического университета. Бауманка! И, если не ошибаюсь, приборостроительный факультет?
Мужчина с ученой степенью водрузил очки и подтвердил версию Танкиста:
– Не ошибаешься! Я даже успел почитать лекции, но затем ушёл в бизнес. Сами знаете, в какой…
Единственная женщина за столом похлопала в ладоши.
– Иван Васильевич, какой вы разносторонний человек! А я вот так и не смогла закончить аспирантуру.
– Почему? – на лице доцента технического университета читалось искреннее любопытство.
– Можно сказать, Родина позвала! Мы вернулись в Крым, а здесь стало не до учёбы. Сами знаете, почему… – Венере не терпелось увидеть самую важную причину сегодняшней встречи. Во всяком случае, для неё. – Иван Васильевич, может быть, вы сначала покажете то, для чего мы здесь все сегодня собрались? А потом я перестану мешать своим любопытством и покину мужское общество. Как вы считаете?
– Что вы, что вы, Венера! Вы здесь единственное украшение… – Полтора Ивана, предупрежденный Танкистом о вспыльчивом характере родственника, взглянул на главу семьи. – Надеюсь, Рефат, меня правильно понимает? И ещё хочу сказать, что после просмотра картинок у некоторых пропадёт аппетит…
Женщина, урожденная Чериковой, проявила настойчивость и твёрдость.
– Мой муж понимает правильно! А за наш аппетит можете не волноваться.
– Ну, что же… – бригадир «солнцевских» взглянул на самого молодого за столом. – Танкист, позови Ёкселя!
Ильдар кивнул, вскочил и метнулся к двери. Тут всё понятно! Какой же босс станет носить при себе доказательства организованного и совершенного особо тяжкого преступления, да ещё за отдельную плату? Для этого есть приближенные люди!
Личные телохранители, включая сотрудника милиции в штатском, заняли ближайший стол к двери банкетного зала. Эмиль на равных вошёл в когорту бодигардов и, нисколько не смущаясь торчащего пистолета Макарова под левой рукой, увлеченно объяснял коллегам особенности и преимущество крымско-татарской кухни над всеми остальными.
Вокруг колоритных мужчин крутились молоденькие официантки, близкие и дальние родственницы Сейт-Мамута, пытаясь привлечь внимание молодого соплеменника. Слухи о ближайшей помолвке Зулейхи с женихом из Симферополя дошли до ушек представительниц клана Джемилевых.
А тогда, раз такое дело, не пропадать же добру! Вон, какой сидит и скучает Эмиль Чериков: холостой, красивый и такой мужественный в модной рубашке с галстуком и пистолетом.
Управляющий заведением издали наблюдал за работой персонала, подсчитывая в голове прибыль. Сегодня всё для дорогих гостей!
Ильдару пришлось прервать беседу охранников, вызвав одного из москвичей в банкетный зал. Вошедший телохранитель с псевдонимом Ёксель, вынув из внутреннего кармана куртки небольшой белый конверт, вопросительно взглянул на шефа.
Полтора Ивана безошибочно указал ладонью на главу клана Умеровых. Бодигард протянул конверт и, избавившись от улик, тайно выдохнул и вышел из зала, закрыв за собой дверь.
В конверте оказались всего лишь три фотографии головы молодого человека, снятых крупным планом: лицо до начала процедур, голова в крови ещё живого парня и готовый результат, в котором было невозможно узнать облик первого обидчика Гульнары с Дилярой.
Фотографии по одной переходили от Рефата к Шурику-Два, затем к Танкисту, от которого переход снимков забитого до смерти человека закончился в руках женщины.
Венера всех дольше разглядывала фотографии, улыбнулась при виде последнего снимка и подняла голову с сияющими глазами в сторону москвича:
– Иван Васильевич, большое спасибо! Как вы нас сегодня порадовали…
Затем последовал кивок племяннику, который улыбнулся в ответ и протянул через стол гостю заранее подготовленный небольшой свёрток в белом конверте.
– Здесь в немецких марках. Спасибо!
Иван, выросший в интеллигентной семье и получивший прекрасное образование, умел преподнести себя с наилучшей стороны. Полтора Ивана взглянул на главного мужчину за столом и, подняв в руках свёрток с деньгами, сообщил:
– Рефат, с тобой приятно иметь дело! Осталось только уничтожить улики.
В разговор равных по положению в обществе вмешался молодой татарин:
– Предлагаю сжечь перед уходом! Иначе пойдёт такой аромат, что испортим еду и аппетит. Поверьте на слово, я знаю!
Присутствующим за столом стало понятно, что Ильдар Ахметов не в первый раз сжигает рисковые фотографии в банкетном зале. Или где-нибудь ещё…
Венера с явной неохотой протянула снимки племяннику, оглядела мужчин и остановила взгляд на московском госте:
– Ещё раз спасибо, Ваня! Прямо бальзам на душу… – Женщина поднялась с места, Ильдар с Иваном встали вслед, мужчины постарше остались сидеть на месте. Жена Рефата посмотрела на мужа, словно спрашивая разрешения. – Пойду, перекушу с Марленом, у меня появился зверский аппетит, заодно обсудим меню на завтрашний день. А пока вы обедаете, заберу Эмиля с машиной, проверю гостиницу для Мехмета с людьми. И надо будет продумать ужин в ресторане гостиницы. Нельзя оставлять наших гостей голодными…
Рефат только улыбнулся и согласно кивнул. Венера указала племяннику следить за порядком блюд, не стала прощаться и вышла за дверь. Ещё увидимся…" (продолжение следует)
