— Пошла вон из-за стола! И из дома моего тоже вон! Чтобы духу твоего здесь через десять минут не было! — Игорь орал так, что на шее вздулись багровые вены.
Алина замерла с салатницей в руках. За столом сидела вся его многочисленная родня: тетки, кузены, старший брат. Десять человек в праздничных нарядах вдруг притихли, но в этой тишине не было сочувствия.
— Игорек, ну зачем так громко? — Зинаида Сергеевна, свекровь, довольно поджала губы и поправила золотую брошь на груди. — Девочка просто не понимает своего положения. Привыкла на всем готовом сидеть, вот и капризничает.
— Не понимает? Я сейчас объясню! — Муж вскочил, опрокинув стул. — Десять лет я тебя кормил, одевал, по заграницам возил. А ты мне сегодня смеешь заявлять, что не поедешь к моей маме на дачу помогать?
— Игорь, у меня работа... Срочный заказ, я же говорила, — тихо ответила Алина, чувствуя, как внутри всё начинает дрожать.
— Работа? Твои картинки — это работа? Хобби это твое бесполезное! Ты здесь никто и звать тебя никак. Всё, что на тебе надето, куплено на мои деньги. Даже эти сережки! Снимай и убирайся!
— Прямо сейчас? При всех? — Алина обвела взглядом гостей. Тесть сосредоточенно ковырял вилкой в тарелке, золовка хихикала в кулак. Никто не заступился.
— Да! Ты мне больше не жена! — выкрикнул Игорь, хватая её за плечо и толкая к выходу. — Родня, вы свидетели! Я эту приживалку больше знать не хочу!
Он выставил её за дверь в одной старой домашней кофте и легких тапочках. На улице моросил мелкий октябрьский дождь. Телефон, кошелек, ключи — всё осталось в прихожей на тумбочке.
Алина постояла у закрытой двери, слушая, как в квартире снова загремели тарелки и раздался радостный смех Зинаиды Сергеевны. Семья праздновала «освобождение» сына.
Она не стала плакать. Просто повернулась и пошла вниз по лестнице. К счастью, соседка по площадке дала ей позвонить подруге и вызвать такси.
Игорь не знал одного: последние три года Алина не просто «рисовала картинки». Она стала востребованным художником по интерьерам, чьи услуги стоили очень дорого. Она тайно копила гонорары на отдельном счете, а старую квартиру, оставшуюся от бабушки, сдавала через проверенную знакомую. Игорь думал, что она тратит его подачки, а она строила свой фундамент.
Первую ночь она провела у подруги, которая привезла ей одежду и документы. На следующий день Алина уже была в своей квартире — ключи хранились у той самой знакомой, что занималась арендой. Жильцы съехали месяц назад, и Алина как раз собиралась делать там ремонт. Теперь это стало её крепостью.
Месяц пролетел незаметно. Суды, опека, бесконечные встречи с адвокатами. Игорь был уверен в своей безнаказанности. Он заблокировал её карты (пустые, к его удивлению) и не отвечал на звонки. Он думал, что она приползет на коленях.
Но Алина не ползла. Она работала по восемнадцать часов в сутки.
Развязка наступила в день большого юбилея его фирмы. Игорь очень дорожил репутацией солидного бизнесмена и примерного семьянина. На фуршете собрались все: партнеры, инвесторы, важные чиновники.
Алина вошла в зал ресторана в самый разгар тостов. На ней было элегантное черное платье, которое она купила на свои первые большие деньги. Волосы уложены, взгляд спокойный и холодный.
Игорь, увидев её, поперхнулся шампанским. Он быстро зашагал ей навстречу, пытаясь перехватить у входа, пока никто не заметил.
— Ты что здесь делаешь? — прошипел он, хватая её за локоть. — Ты в зеркало себя видела? Оборванка, иди отсюда, пока охрану не позвал!
Алина аккуратно высвободила руку и мило улыбнулась, голос её зазвучал на весь зал, перекрывая музыку.
— Игорь, ну зачем же так грубо? Мы же цивилизованные люди. Я просто пришла напомнить: ты забыл передать документы по алиментам. Твой юрист говорит, что ты внезапно стал безработным? Как же так, на глазах у всех твоих уважаемых партнеров?
В зале воцарилась напряженная тишина. Гости начали переглядываться. Главный инвестор Игоря, старый и очень принципиальный человек, нахмурился.
— И маме твоей, Зинаиде Сергеевне, передай огромный привет, — продолжала Алина, не меняя тона. — Слышала, у неё давление подскочило после вчерашнего скандала, когда она пыталась вывезти мою мебель из квартиры.
— Какая мебель? Ты о чем? — Игорь начал бледнеть, чувствуя, как почва уходит из-под ног.
— О той самой, которую ты в суде назвал «имуществом матери». Знаешь, Игорь, врать партнерам о своих доходах — это одно. Но выкидывать жену на мороз без гроша — это уже диагноз.
Она подошла к столу, взяла бокал с соком и слегка приподняла его, обращаясь к застывшим гостям.
— За честность в бизнесе и в жизни! Надеюсь, ваши контракты с этим человеком стоят дороже, чем его слово, данное жене десять лет назад.
Она развернулась и вышла. В зале повисла неловкая тишина, в которой было слышно, как кто-то нервно откашлялся. Игорь пытался что-то кричать ей вслед, но к нему уже подошел тот самый главный инвестор. Разговор предстоял тяжелый.
Крах наступил стремительно. Партнеры, узнав о «серой» бухгалтерии и скандальном разводе, начали один за другим разрывать договоры. Выяснилось, что бизнес Игоря держался на личных связях и репутации «порядочного человека». Без этой маски он оказался обычным хамом с кучей долгов.
Алина же оформила развод. Она больше не прятала свои доходы и не спрашивала разрешения купить себе лишнее платье.
Прошел месяц. Субботнее утро началось для Алины с тишины и аромата свежесваренного эспрессо. Она сидела на своей новой кухне, смотрела на спящий город и чувствовала странную, непривычную легкость.
Вдруг зазвонил телефон. Номер был незнакомый, но она ответила.
— Алло, — раздался в трубке хриплый, почти неузнаваемый голос. — Алина... Это я.
— Слушаю тебя, Игорь. Что случилось? — Она спросила это без злобы, просто как у постороннего прохожего.
— У меня... у меня счета арестовали. Мать слегла, лекарства дорогие нужны. А мне даже за квартиру платить нечем. Ты не могла бы... занять немного? Хоть на еду на пару дней.
Алина долго молчала. Она вспомнила тот дождь, холодные тапочки и его крик: «Ты здесь никто!»
— Знаешь, Игорь, — спокойно произнесла она. — Твоя мама всегда говорила, что я недостойна вашей семьи. Вот я и ушла. А тебе советую поискать работу. Слышала, в соседнем супермаркете грузчики нужны.
Она положила трубку. К утру бывший муж наконец-то «открыл рот», но только для того, чтобы расписаться в собственном бессилии.
Алина встала и подошла к большому панорамному окну. Отодвинула штору и долго смотрела на город, который медленно просыпался. На столе лежал новый договор на проектирование огромного загородного дома. Её жизнь шла дальше, и в ней больше не было места людям, которые ценят человека только за его кошелек.
Она налила себе второй эспрессо и улыбнулась. Впервые за долгое время она не боялась будущего. Потому что она сама была творцом этого будущего, и больше никто не мог выгнать её за дверь.