Это отделение – пограничная зона, между обычной жизнью и тем, что лежит за ее пределами. На стене у входа можно прочитать имена врачей – у всех высшая категория. Они точно стражники на берегу Стикса, пытаются не допустить отплытие.
На границе
Родители ждут больше часа в маленьком закутке с диванчиком. Мужчина со стажем отцовства длинною в сутки проваливается сон и снова распахивает глаза. Так спят в аэропортах и на вокзалах, тревожно, прерывисто. В одно из пробуждений, он рассказал, что его жена ещё в роддоме, а младенца привезли сюда. На границу между мирами.
Потом родителям разрешают войти. Они идут по лабиринту коридоров за дежурным врачом и видят палаты крошечных новорожденных, детей постарше и подростков. Последних тут, пожалуй, больше всех. Самоинициация, сложный возраст. За трёхлеткой уследить вполне реально, а вот эти люди на границе между детством и большой жизнью, уже практически не поддаются контролю.
Что-то не так во всех этих палатах. Сначала не понятно, что именно. А потом приходит осознание – детей много, но очень тихо. Никто не плачет и не смеется.
Поехали в носках
Большое счастье для родителя, когда ребенка из этого отделения переводят в любое другое. Простое, не пограничное. В гастро или куда-то ещё. Звонишь утром, а там говорят по-деловому, привычно: «Записывайте телефон, ребёнка перевели на такую-то улицу». Ещё не выписали, но увели далеко от опасных берегов. От той реки, по которой плавает утлая лодка Харона.
Иногда на другой край района. «Мы вообще поехали в носках, вышли на улицу в носках, нас на машине повезли. Сапоги-то вы забрали. Теплые штаны я потеряла», - радостно рассказывает переведенный в другое, обычное, отделение человек двенадцати лет. Никто не знал о переводе, обувь не подготовили.
Внимание родители
В другом отделении уже кипит жизнь. Детишки снуют по коридорам, как муравьишки в туннелях, ходят в гости по палатам. По ним и не скажешь, что что-то не так.
А вот родителям ещё предстоит потрудиться. Начинается жизнь на два-три фронта: дом, где живут другие дети, работа. Нужно быть очень внимательным к себе. «Накроет» родителя, вся конструкция зашатается.
Это не редкость, что у родителей, которые проходят через подобные истории, могут проявляться симптомы ПТСР: флешбеки, беспокойный сон, гиперчувствительность к звукам, постоянное состояние «как перед стартом», уход на свою глубину, оцепенение или чрезмерное возбуждение. Симптомы могут чередоваться, проявляться вместе или по одному.
При этом родитель запрещает себе отдых. Многие чувствуют, что должны находиться при больнице 24 на 7. Некоторые даже учатся обращаться с медоборудованием, смотрят инструкции на ютyбе (ну или где-то еще).
Хотя у ребенка все-таки есть рядом специалисты, пусть и занятые, с большим объемом работы, но знающие эту работу, а у родителя нет. Ребенок там тоже отдыхает, играет, спит, ходит на процедуры, в душ. Родитель постоянно глубоко в ситуации. Даже если находится дома, а не лежит с ребенком в палате.
«Первые дни я просто сидела там, как прикованная. У больницы был красивый парк, осыпанный листьями кленов. Было начало октября. Я запрещала себе даже на пять минут выйти подышать. На четвертый день «взбунтовалась», гуляла по этому скверу. Ничего не случилось. К ребёнку подходила медсестра»
Мы должны быть очень добры к себе, принимать помощь, устраивать небольшие перерывы. Если нужно лежать с ребенком, то хотя бы выходить на пятнадцать минут, пройтись по территории. Иногда целебно просто попить кофе в ближайшей «Пятёрочке» и с новыми силами вернуться.
Другое время
В больнице течет свое время. Не такое, как во внешнем мире. Оно то замедляется, то укорачивается. График, на который рассчитывали, сбивается: требуются новые обследования, анализы, долго готовятся результаты.
А иногда в самый неожиданный день врач объявляет о выписке. Поэтому лучше ничего не загадывать, спокойно радоваться маленьким моментам повседневности. Подготовится морально к тому, что сроки гибкие и непредсказуемые.
«Приближался Новый год, а нас ещё не выписывали. Приступы, которые дома были чаще, в больнице случились только два раза. У врачей было мало данных. Они сказали, что надо еще понаблюдать. Я уже так устала там находится. Но потом подумала, что это всего двадцать дней из жизни, и они могут повлиять на годы. В итоге оказался самый яркий Новый год. Мы подружились с другими мамочками, с медсестрами. Днем приходил Дед Мороз со Снегурочкой, а вечером папы сделали салют около больницы».
«Подошли к главврачу отпросить дочку на выходные, чтоб она хотя бы помылась в комфортных условиях. А он говорит: «Отпустить не могу, могу выписать». Взял и выписал. Ей на самом деле нужно было только один анализ дождаться, не самый глобальный. Дочка расстроилась, у нее там целый этаж друзей. Просила оставить ее, но врач сказал: «У нас тут не лагерь по путевкам».
Бардак равно стресс
Лечение может быть плановым. А может быть как гром среди ясного неба. Утром люди ещё живут обычной жизнью, а уже вечером обустраиваются в палате. Как бы не получилось, не нужно брать много вещей. Минимум, который вы использовали бы в поезде, в купе или плацкарте (только в самом поезде). С учетом того, что там кругом люди. Что-то вам донесут, что-то просто окажется ненужным.
Больничные пространства – очень маленькие. Чем больше вещей вы принесете, тем больше они будут загромождать и без того крошечную инфраструктуру. Беспорядок – еще один фактор стресса.
Мы продолжим цикл статей для родителей, которые проходят лечение с ребенком. Приходите.
предыдущий материал:
Будем рады, если поделитесь опытом, советами о том, как организовать быт в больничке в комментариях.
книга, которая поддержит в больнице, санатории, при посещении поликлиники ССЫЛКА