Буквально пару месяцев назад АвтоВАЗ выкатил на рынок Ладу Искру. Новая модель, свежая кровь, надежды на реанимацию продаж. Но что это? За январь и февраль дилеры продали меньше 4000 штук. Причём в феврале продажи упали почти вдвое по сравнению с январём. С 2173 машин скатились до 1730.
Для понимания масштаба провала: калужские Tenet T7 и T4 (те самые переименованные китайские Chery) продали по 4 с лишним тысячи каждый. При том, что они стоят 2,5 миллиона, а базовая Искра — всего 1,2 миллиона даже с учётом всех скидок.
Как вообще такое возможно? Машина в два раза дешевле продаётся в два раза хуже, чем машина в два раза дороже. Это что, новая экономика?
А вот ещё занятная деталь: в феврале «Искру» умудрилась обогнать Mazda CX-5. Машина, которую официально в Россию вообще не везут! Параллельный импорт, минимум 2,6-2,7 миллиона ценник. И всё равно россияне купили больше двух тысяч штук за месяц. «Искра» же вылетела из десятки самых продаваемых автомобилей.
Цифры в голове не укладываются. Отечественный бюджетный автомобиль — та самая «народная машина», про которую трубили на каждом углу, которой сделали большую медиа-кампанию — проваливается под лед под тяжестью своих медиа доспехов. Если так пойдёт дальше, за год наберется около 30 тысяч продаж. При том, что конвейер может штамповать по 150 тысяч в год.
Так в чём же дело? Почему «Искра» затухает? Самое простое объяснение — у людей просто нет денег. Костяк покупателей АвтоВАЗа — это небогатые россияне. Те, кто берет машину раз в десять лет, и в кредит. И вот именно эти люди сейчас стали покупать реже.
Проблемы не только у «Искры». «Гранта» продаётся на 28,9% хуже, чем год назад. «Веста» вообще обвалилась на 62,5%. На её фоне у «Искры» все не так уж и плохо.
Банки — одна из немногих прибыльных отраслей в России на данный момент — в прошлом году закрутили гайки по кредитам до небывалых величин. Отказы сыпятся в 80% случаев. «Рисовать» справки о доходах теперь опасно — проверки стали жёстче, и судиться с проблемными заемщиками никому не хочется. Вот люди и не обновляют машины. Ездят на старых, пока те еще живы.
Но тут возникает логичный вопрос: а почему тогда машины за 2,5-3 миллиона продаются? Причем продаются лучше, чем «Искра» за 1,2 миллиона? Получается, в этом, прости господи, бюджетном сегменте деньги у населения есть? Но тратить их на Искру они не хотят.
Есть еще одно возможное объяснение. У АвтоВАЗа почему-то нет таких же выгодных кредитных программ или рассрочек, как у конкурентов. Tenet T7 за 2,5-3 миллиона — это не «Майбах». Его берут те же самые люди, которые могли бы взять «Искру». Но им его продают. Одобряют кредиты. Раскидывают платежи. А АвтоВАЗ что-то молчит.
Или может быть, проблема в другом: народ просто не понял, зачем нужна «Искра»?
У кого денег впритык — берут «Гранту». У кого чуть побольше — «Весту». А кому брать «Искру»? Она застряла между двумя моделями одного и того же B-класса. Похожие машины, похожие цены, похожие салоны.
У АвтоВАЗа нет других соперников в B-сегменте. Все новые модели бодаются между собой. Мы думали, что «Искра» может пустить под откос «Весту». А получилось наоборот — «Веста» с «Грантой» не дают взлететь «Искре». И пока все три модели торчат на конвейере, эту проблему не решить.
Вот и выходит: завод может делать 150 тысяч машин в год, а продать может только 30 тысяч. Потому что сделать — это только половина дела. Самое главное — сбыт.
Честно говоря, у нас нет однозначного ответа на вопрос, в чем настоящая причина провала Искры? Может, дело вообще не в деньгах, а в том, что люди разочаровались в отечественном автопроме. Или АвтоВАЗ просто не умеет продавать свои же машины? Почему китайцы на миллион дороже улетают как горячие пирожки, а наши стоят мертвым грузом? Скорее всего, причина в комплексе факторов, как бывает во всех сложных вопросах. Но что это за факторы и есть ли кто-то, кому это выгодно? На первый взгляд, бенефициар у провала российского автопрома только один — китайский автопром.
Мы как народ почему-то глубоко одержимы идеей создать СВОЕ. Свой автомобиль, свой самолет, полностью свое из своих компонентов. Забывая, что ни один автопроизводитель не делает всего сам. Мерседес не производит амортизаторы, БМВ не делают коробки передач, VW не производит моторного масла, на котором написано VW. Автомобиль — это тысячи компонентов, каждый из которых производится в своем месте. И автомобильный завод в лучшем случае делает половину из них.
Но так было до того, как появилась страна, производящая все сама. Эта Китай. И у него есть самое главное преимущество, которое позволяет создавать что угодно — емкость внутреннего рынка. Если у тебя полтора миллиарда человек, продать 20 миллионов машин не так сложно, как продать их в стране, где живут 140 миллионов человек, которым пять раз в год повышают утиль, а цены в 2,5 раза выше, чем в Китае.
Сделать свой автомобиль можно было в 70-х, когда спрос на машины был в тысячу раз больше предложения. И даже в те времена мы покупали заводы под ключ у иностранцев, превращая в свое тамошний Fiat.
Сделать свой полноценный продукт в сегодняшних условиях — невозможно и, скорее всего, не нужно тратить на это бюджетные миллиарды. Мы должны признать, что с сегодняшней экономикой, покупательской способностью и емкостью внутреннего рынка, мы просто не сможем сделать автомобиль, который будет продаваться достаточно хорошо для того, чтобы приносить прибыль заводу. Чтобы завод перестал просить деньги у государства. То есть у нас с вами.
Так нужна ли нам НАША машина? И был ли шанс у «Искры»?
