Домой Таня возвращалась в полном расстройстве — словно по ней прошлись тяжелым катком, раздавив все внутри.
Она слишком хорошо знала упрямый нрав отца и понимала: продолжать спор бесполезно. В итоге он только усилит контроль, и шанса увидеться с Кириллом как не бывало. Этого Таня допустить не могла.
Решив сыграть по его правилам, она притворится, будто Николай ей по душе. Отец успокоится, ослабит vigilance, и она ухватится за момент.
Вечер она ждала с трепетом. С одной стороны, любопытно было разглядеть "жениха", навязанного отцом. С другой — пугала перспектива, если он окажется совсем никудышным. На отца ведь никакие доводы не подействуют, раз решение принято.
Николай должен был появиться к восьми. Отец велел одеться нарядно и быть наготове. Таня не спорила: приняла душ, уложила волосы, выбрала элегантное платье. Странно, но ей даже захотелось сразить гостя наповал.
Он прикатил минута в минуту — воплощение пунктуальности и учтивости.
Таня спустилась с лестницы второго этажа, сердце колотилось. В гостиной стоял Николай вполоборота: высокий, подтянутый, вполне привлекательный. Он повернулся — и она застыла. По левой щеке тянулся уродливый шрам — от века до челюсти, глубокий и броский.
"Боже, кошмар!", — мелькнуло в голове, и Таня еле удержалась от вопля.
— Танюша, солнышко, познакомься: это Николай, мой деловой партнер, — произнес отец. — Коля, вот моя красавица-дочка. Знакомьтесь, а мне надо ненадолго отлучиться.
Он вышел, оставив ее на пороге, словно парализованную. Николай шагнул ближе — Тане захотелось закричать, но она прикусила язык: глупо же!
— Рад знакомству, Татьяна. Игорь Степанович столько о вас рассказывал, — улыбнулся он.
— Взаимно. Хотя о вас я узнала только сегодня, — буркнула Таня с язвительной ноткой.
Николай пропустил укол мимо ушей и галантно указал на диван.
— Присядем?
— Давайте.
Она села на безопасном расстоянии, в метре от него. Николай пристально посмотрел и вдруг рубанул прямо:
— Танюша, я в курсе, зачем нас свели, и вижу ваши сомнения. Моя внешность вас отпугивает — это ясно. Планирую серию операций, чтобы убрать эту дрянь, но до свадьбы не успею. Почему раньше не сделал? Сначала денег не хватало, потом времени, потом нужды не было. Теперь все сошлось — средства, возможность и мотив. Иду к хирургу. Так что не переживайте, этот пункт скоро закроем.
Таня молчала, уставившись на него. Слова не шли. "Интересно, он всегда будет монологами разводить, или мне хоть слово вставят?" — усмехнулась она про себя.
— Вас что-то позабавило? — не понял Николай.
— Нет-нет, извините, о другом подумала, — соврала Таня, чувствуя, как краснеет от собственной грубости.
И чтобы хоть немного сгладить неловкость, Таня решила поддержать разговор:
— Вы большой молодец, что решились на операцию. Многие так боятся хирургов, что просто смиряются и живут как есть.
— Я, если честно, тоже давно смирился, — спокойно ответил Николай. — Но понимаю, что молодой девушке рядом с таким… — он чуть помедлил, — человеком, как я, может быть некомфортно. Поэтому я всё-таки решился на операцию.
— Вы не урод, — тихо сказала Таня. — Просто шрам очень сильно бросается в глаза.
— И поэтому вы испугались, когда меня увидели? — прямо спросил Николай.
— Я… не то чтобы испугалась, — Таня вздохнула. — Просто не ожидала. И мысленно обругала отца: мог бы предупредить.
— Всё в порядке, я не обижаюсь, — он чуть улыбнулся. — Я привык к такой реакции девушек.
«Странный какой-то, — подумала Таня. — Раз столько раз видел такую реакцию, почему раньше не сделал операцию? Полгода назад, год… Он же не вчера разбогател».
— Татьяна, расскажите, чем вы увлекаетесь, что любите? — мягко спросил Николай. — Мне бы хотелось узнать о вас побольше.
Таня в нескольких фразах обрисовала детство, занятия, кружки и секции. Николай слушал внимательно, словно записывая каждую деталь.
— Это вы рассказали то, чем вас заставляли заниматься, — заметил он. — А я спрашиваю, что вам нравится для души. Какая музыка? Какие фильмы? Какую кухню предпочитаете?
Таня удивлённо подняла глаза:
— Почему вы так удивлены моим вопросом? — не понял Николай.
— Не думала, что вас это интересует, — честно призналась она.
Ей начинал нравиться этот мужчина — просто как человек. Разумеется, не больше. Ни о какой влюблённости речи не шло.
— Таня, я не монстр и не Синяя Борода, — тихо сказал Николай. — Я нормальный человек. И вы мне действительно очень нравитесь. Я впервые увидел вас три года назад на одном мероприятии, вы тогда были с отцом. С тех пор никак не могу вас забыть. Мне бы очень хотелось сделать вас счастливой. Если вы позволите, конечно.
Он говорил, глядя ей прямо в глаза. Таня молчала, не зная, что ответить.
— Если я вам совсем не нравлюсь или отвратителен, — продолжил Николай, — я не стану вас преследовать, давить или навязываться. Я отступлю. Но мне бы очень хотелось получить маленький шанс. У каждого человека есть право надеяться.
Последняя фраза задела её особенно сильно: сегодня она сама говорила почти то же самое.
— Хорошо, — наконец произнесла Таня. — Давайте попробуем.
— Благодарю вас, — искренне сказал Николай и наклонился, чтобы поцеловать ей руку.
— Николай, давайте перейдём на «ты», — предложила Таня. — Так гораздо комфортнее общаться. И это всё-таки сближает.
— Я буду очень рад, если ты станешь говорить мне «ты», — улыбнулся он. — Тогда просто Коля.
— И просто Таня, — ответила она, тоже улыбаясь.
Вернулся отец, и они втроём прошли в столовую ужинать. За столом в основном разговаривали мужчины: обсуждали дела, какие‑то общие знакомые, планы. Таня почти не вмешивалась, молча следила за ними и одновременно пыталась продумать, как всё‑таки встретиться с Кириллом.
На следующее утро она набрала его номер. Кирилл ответил почти сразу.
— Да? — прозвучал уверенный голос.
— Здравствуйте, Кирилл, — нерешительно сказала Татьяна.
— Танюша, — моментально узнал он её. — Я так рад, что вы позвонили. Как у вас дела? Не было из‑за меня проблем вчера с отцом?
— Нет, всё в порядке, не волнуйтесь, — поспешно заверила она. — Мы можем сегодня встретиться?
— Конечно, буду очень рад. После часа дня я совершенно свободен.
— Отлично. Тогда давайте в два, в Центральном парке, у фонтана.
— Договорились. Буду очень вас ждать.
Едва Таня отключила телефон, в дверь постучали, и в комнату вошёл отец.
— Доброе утро, родная. Как ты? Как спалось?
— Доброе утро, папуля. Всё хорошо, — улыбнулась Таня.
— Какие у тебя планы на сегодня?
— Хочу съездить в салон и сменить причёску, — после короткой паузы ответила она. — Почему‑то захотелось немного изменить стиль. Новая жизнь — новая причёска. Так обычно девушки делают. Ты не будешь возражать?
— Нет, конечно, — отец удовлетворённо кивнул. — Вчера не успел спросить: как тебе Николай?
— Ты знаешь, он мне понравился, — вполне искренне ответила Таня. — Очень интеллигентный и внимательный.
— Вот видишь, я же говорил. Когда вы встречаетесь?
— Надеюсь, завтра, — солгала она, стараясь не отводить глаз.
— Надеешься? — прищурился отец. — Это хорошо. Думаю, если ты ему позвонишь, ничего страшного не будет.
— Он сказал, что сегодня сам мне позвонит, и мы договоримся, где встретимся, — добавила Таня.
Это было правдой: именно так они и условились вчера.
— Отлично, — обрадовался он. — Очень рад, дочка. Он хороший человек.
— Мне тоже так кажется. Спасибо, папочка.
Таня поднялась с кровати, подошла к отцу и легко чмокнула его в щёку.
— Ты у меня умница, — довольным голосом произнёс он. — Я всегда это знал. Вот пристрою тебя в надёжные руки — и буду спокоен. Ладно, беги в душ, жду тебя к завтраку.
По дороге в ванную Таня чуть ли не вприпрыжку радовалась своей сообразительности.
После завтрака она вернулась к себе и принялась перебирать гардероб. Нужно было подобрать такой наряд, чтобы понравиться Кириллу и одновременно не вызвать подозрений у прислуги, которая, разумеется, обо всём докладывает отцу. Если наденет что‑то слишком нарядное, вопрос «зачем так вырядилась в салон?» возникнет неминуемо.
В итоге Таня выбрала лёгкие хлопковые брюки и светлую футболку. Та удачно подчёркивала зону декольте, но при этом выглядела вполне повседневной и естественной.
Около часа дня она вышла из дома. Такси вызывать не стала, решила ехать общественным транспортом. Таня вообще редко пользовалась автобусами и маршрутками — отец был против, — но сегодня она усмехнулась: «Гулять так гулять», и отправилась на автобусе.
Она смотрела в окно с неподдельным интересом. За стеклом проплывали прохожие, машины, витрины; каждый спешил по своим делам, никому не было никакого дела до того, что творится у неё на душе.
А там бушевал настоящий шторм. Таня лихорадочно прикидывала, как ей дальше выкручиваться и тайком видеться с Кириллом. Хотя он ещё ни о каких «отношениях» прямо не говорил, она почти не сомневалась: он обязательно предложит встречаться.
Доехав до остановки у Центрального парка, она вышла и неспешно направилась в сторону фонтана. Уже издалека Татьяна заметила высокую фигуру Кирилла. Он вертелся на месте, всматриваясь в лица людей. В руках у него был огромный букет роз.
«Куда же я его потом дену? — с грустью подумала Таня. — Жалко будет просто выбросить».
Кирилл заметил её издалека и помахал рукой. Таня ускорила шаг и подошла ближе.
— Привет, — просто сказала она.
— Добрый день. Я так рад тебя видеть, — улыбнулся Кирилл.
— И я, — ответила Таня в тон. — Давай сразу на «ты».
— Давай. Погуляем или куда‑нибудь сядем?
— Давай лучше посидим где‑нибудь, — предложила Таня.
Она прекрасно понимала: прогулка по центральному парку — не лучшая идея. Её знало слишком много людей, кто‑нибудь обязательно донесёт отцу. А вот место, куда ведёт её Кирилл, вряд ли посещают люди её круга. Там можно будет выдохнуть и не оглядываться.
— Отлично. Сегодня я тебя приглашаю и угощаю, помнишь?
— Конечно. Куда пойдём?
— Как насчёт пиццы? — предложил Кирилл.
— С удовольствием. Люблю пиццу, — согласилась Таня.
Правда, внутри она немного напряглась: у неё был очень чувствительный желудок, и к выбору кафе она относилась осторожно. Но, к её удивлению, Кирилл привёл её в известную, аккуратную пиццерию с хорошей репутацией.
— Ты какую пиццу любишь? — спросил он, когда они сели за столик.
— С ветчиной и грибами, и двойной порцией сыра, — улыбнулась Таня. — И обязательно с сырным бортиком.
Кирилл даже приоткрыл рот от удивления.
— Да ладно, ты шутишь?
— В каком смысле? — не поняла Таня.
— Это моя любимая пицца, — засмеялся он.
— Значит, у нас вкусы совпадают, — улыбнулась она.
Они заказали огромную пиццу и по стакану яблочного сока. И здесь вкусы совпали: Таня не любила экзотические напитки и почти всегда выбирала яблочный сок, а Кирилл признался, что с детства не пьёт никакие другие.
Разговор легко перетёк на другое. Они болтали без остановки, будто были знакомы много лет. Выяснилось, что совпадения не ограничиваются пиццей и соком: взгляды, предпочтения, отношение к многим вещам были удивительно похожи.
— Так не бывает, — покачала головой Таня. — Чтобы люди настолько совпадали.
— Я тоже раньше так думал, — мягко усмехнулся Кирилл.
Им было так хорошо вдвоём, что шум других посетителей словно растворился. Таня опомнилась только тогда, когда зазвонил телефон. Звонил отец.
— Привет. Как твоя причёска? Ты ещё узнаваемая? — пошутил он.
Таня в ту же секунду поняла, что так и не изменила стрижку, и объяснить, где она была всё это время, станет проблемой. Но, глянув на часы, испугалась ещё больше: было уже шесть вечера.
— Привет, папуль. Мне сейчас немного неудобно говорить, можно я тебе позже перезвоню? — быстро проговорила она.
— Да, конечно. Я просто хотел узнать, как у тебя дела, и сказать, что завтра уезжаю на три дня по делам, — сообщил отец. — Говорю, пока не забыл. Надеюсь, вы с Николаем будете хорошо себя вести.
В его голосе слышалась ирония, но тревога тоже проскальзывала.
— Не волнуйся, папочка, обещаю, всё будет в полном порядке, — Таня едва сдерживала улыбку.
«Три дня! — радостно стучало в голове. — Целых три дня с Кириллом!»
— Хорошо. Тебя забрать из салона или ты сама доберёшься? — уточнил он.
— Не нужно, папуль, я ещё не скоро. Возьму такси.
— Ладно. До встречи дома.
Таня убрала телефон в сумочку и посмотрела на Кирилла. Никогда раньше она не сказала бы и не сделала того, что собиралась предложить в ближайшие дни.
— Какие у тебя планы на ближайшие пару дней? — прямо спросила она.
— Пока никаких, — пожал плечами Кирилл. — Я сейчас в отпуске, на работу ходить не нужно, спокойно пишу диссертацию. А почему ты спрашиваешь?
— Ближайшие два дня мы можем провести вместе, — начала Таня и на мгновение замолчала. — Потом…
Она сделала паузу, собираясь с духом.
— Потом я уеду.
— Надолго? — насторожился он.
— На год. В Англию, на стажировку, — произнесла Таня. — Жаль. Я буду по тебе скучать. И ждать. Очень ждать.
— Кирилл, у тебя есть такое место, где нас никто не сможет увидеть и найти? — спросила она, будто не заметив его признания.
— Дача родителей, — после короткой паузы ответил он. — Они там только по выходным бывают, и то не всегда. А завтра четверг, можем поехать туда. У нас хорошая дача, ещё мой дед строил.
По нему было видно, что он волнуется. Кирилл был достаточно взрослым и отлично понимал, зачем девушка хочет уединиться с парнем. Ему, конечно, нравилась сама идея, но скорость, с которой развивались события, ошарашивала.
Ещё меньше он ожидал, что инициатива будет исходить от такой скромной девушки, как Таня. Он не мог знать, почему на самом деле она так торопится.
— Очень хорошо, — наконец сказал он. — Я куплю продукты, возьму такси и заеду за тобой часов в одиннадцать. Подойдёт?
Таня ощущала в себе странную, ранее не знакомую решительность, будто какая‑то внутренняя сила подсказывала, что и как делать.
— Да, конечно, — кивнула она.
— Отлично. Напиши мне адрес. Хотя… — Кирилл задумался. — Ладно, я наберу тебя из такси.
Если хочешь, дальше можем усилить интригу: добавить внутренние сомнения Тани перед дачей или показать сцену подготовки к отъезду отца.
продолжение