Оля жила у бабушки. Точнее, так было лет пятнадцать назад, когда Оля еще в школе училась. Бабушка Дарья Захаровна ее вырастила и выучила, потому что мать Оли, старшая дочь бабушки, была слишком занята устройством личной жизни, а младшая дочь слишком занята «поисками себя».
Теперь Оля взрослый человек, с хорошей работой и хорошей зарплатой. Оля снимала квартиру и копила на свою.
А бабушка жила одна в своей однокомнатной квартире.
Но есть нюанс: две дочки бабушки: Наталья (мать Оли) и Светлана (ее тетка), регулярно навещали родительницу с душеспасительными беседами.
— Мама, ты посмотри, — говорила Наталья, заглядывая в холодильник и одновременно оценивая взглядом люстру. — Ольга уже вон какую карьеру сделала, квартиру скоро купит, а мы со Светой еле концы с концами сводим.
— Ты это к чему? — настораживается бабушка.
— К тому, что квартиру свою ты, конечно, Ольге оставишь, любимой внучке. А родные дочери опять не при деньгах.
— Наташа, мне еще жить и жить, — вздыхает бабушка.
— А мы не торопим, — встревает Светлана. — Мы просто напоминаем, чтобы справедливость была.
Разговоры эти повторялись с завидной регулярностью, и каждый раз бабушка чувствовала себя виноватой.
В 2008 году Оля решила: хватит снимать, пора покупать свое жилье. Нашла она строящийся дом, двухкомнатную квартиру, цена - 1 миллион 504 тысячи рублей. Для Оли сумма большая, но у нее был план.
Она приехала к бабушке с презентацией:
— Бабуля, у меня к тебе предложение: ты продаешь свою однушку, я добавляю свои накопления и кредитные деньги, мы покупаем двушку, живем вместе. Никто не одинок, всем тепло и выгодно.
Бабушка смотрит на внучку и думает: «Вырастила не зря. И заботится, и не бросает». А вслух говорит:
— А что, это дело, одной мне уже тяжеловато, а с тобой веселее. И квартира общая будет?
— Конечно, бабуля, общая, только давай оформим на меня, чтобы с налоговым вычетом не заморачиваться, а потом переоформим.
— Ну смотри, ты у меня умная, — соглашается бабушка.
О том, что слово «потом» в семейных делах — самое коварное слово в русском языке, бабушка как-то не подумала.
8 мая 2008 года бабушка продает свою однокомнатную квартиру за 1 миллион 200 тысяч рублей. Но деньги получила после регистрации недвижимости, через две недели.
Деньги, по семейной легенде, она делит так:
— 500 тысяч отдает дочери Наталье (матери Оли);
— 500 тысяч отдает дочери Светлане;
— 200 тысяч оставляет себе на черный день.
И переезжает к Оле в съемную квартиру, ждать, пока достроится новое жилье.
Дочери деньгами довольны, на время забывают про мать и про Ольгу.
— Мама, ты настоящий друг семьи, — говорит Наталья, пряча купюры в сумку.
— Мама, ты золото,— вторит Светлана.
Ни та ни другая не спросили: «А как же ты, мама, без квартиры? А где жить будешь?» Но это уже детали.
13 мая 2008 года Оля подписала договор долевого участия. Платежи провела так:
— 13 мая — 752 000 рублей;
— 23 мая — еще 752 000 рублей.
В кассу застройщика деньги внесла лично Оля, квитанции на ее имя.
Бабушка в это время осваивает съемную квартиру и учится жить с внучкой, вернее учатся обе: бабушка тому, что молодежь поздно ложится, Оля тому, что бабушки рано встают.
— Оля, ты когда спать ложишься?
— Часа в два, бабуля.
— А встаёшь когда?
— Часов в одиннадцать на выходных, в 7 утра по будням.
— А завтрак?
— Я не завтракаю.
— Как это не завтракаешь? Ты голодаешь? - Бабушка хватается за сердце.
Процесс взаимной адаптации шел тяжело, но любовь победила быт.
В марте 2009 года бабушка берет кредит 40 000 рублей на всякий случай, вдруг ремонт, вдруг что, а16 марта Оля внесла последний платеж за квартиру — 23 500 рублей.
23 апреля 2009 года Оля получила свидетельство о праве собственности на квартире. В графе «собственник» значится: Ольга.
5 мая 2009 года бабушка прописывается в новой квартире.
— Ну вот, бабуля, теперь мы тут живем, — говорит Оля.
— Хорошо-то как, — умиляется бабушка. — Своя квартира, просторная. И внучка рядом.
О том, что в свидетельстве о праве собственности ее фамилии нет, бабушка не думает. Зачем? Свои же люди.
Прошли годы.
Оля вышла замуж, родила двоих детей. В квартире прописаны уже четверо: Оля, бабушка, двое детей. Муж Оли, кстати, где-то там тоже есть, но он не прописан.
Бабушке 81 год. Она по-прежнему живет с Олей, нянчит правнуков и чувствует себя вполне счастливой.
Дочери бабушки, Наталья и Светлана, за 11 лет подрастеряли те самые 500 тысяч, которые мама им дала. Деньги имеют свойство заканчиваться. А вот мысли о маминой квартире — нет.
— Мама, как ты там у Ольги? — спрашивала Наталья по телефону.
— Нормально я у Ольги, доченька.
— А квартира, значит, так на Ольге и записана?
— На Ольге, — соглашается бабушка.
— А ты, значит, там живешь приживалкой, ты никто ей.
— Почему никто? Семья.
— Мама, ты глупая, что ли? — звонит Светлана. — Ты свои деньги вкладывала? Вкладывала, а квартира Ольгина. Ты понимаешь, что тебя просто использовали?
Бабушка не понимает, но дочери объясняют долго, настойчиво, с примерами из жизни и ссылками на Уголовный кодекс.
— Мама, она тебя выселить может в любой момент.
— Зачем ей меня выселять?
— Ну, мало ли. Квартиру продаст, например, а ты на улице окажешься.
— Оля не продаст, да и на улицу меня не отправит.
— Мама, люди за деньги всё делают.
Через месяц таких звонков бабушка начинает задумываться, через два задумывается серьезно, через три идет к Оле с разговором.
— Оленька, а помнишь, мы договаривались, что квартира общая?
— Помню, бабуля.
— А когда мы это оформим?
— Бабуля, ну какие проблемы? Оформим. Вот сейчас немного разгребу дела и оформим.
Оля обещает искренне, она вообще человек хороший, просто у нее двое детей, работа, ипотека на вторую квартиру (хоть и небольшая), муж и вообще жизнь.
Проходит год, Бабушка напоминает снова.
— Оля, скоро?
— Скоро, бабуля.
Проходит еще год, бабушка напоминает снова.
— Оля, ты когда на меня долю оформишь?
— Бабуля, ну ты чего? Мы же семья, какая разница, на кого записано? Ты тут живешь и живешь, ухожена, в порядке. Мы тебе не мешаем, в своей квартире живем, за тобой ухаживаем.
В ноябре 2020 года бабушка заходит с козырей:
— Оля, давай оформим дарственную на меня, хоть какую-то часть.
— Бабуль, я тебе позднее подарю, — Оля, кажется, начинает раздражаться.
Но в декабре 2020 года происходит то, что предсказывали дочери. Оля, доведенная до белого каления постоянными разговорами о переоформлении, заявляет:
— Бабушка, хватит, я не буду ничего переоформлять, квартира моя. Я за нее платила. Ты свои деньги раздала дочкам, это твои проблемы, а я тут ни при чем.
Бабушка в шоке, в ужасе, звонит дочкам.
— Вы были правы! Она меня кинула!
Наталья и Светлана потирают руки. Наконец-то справедливость восторжествует.
13 января 2021 года Дарья Захаровна подает иск в городской суд.
