Тринадцать человек лежали в снежной пещере. Стены таяли от их дыхания. Талая вода собиралась внизу, пропитывая одежду. У входа — узкой дыры, которую заметало каждые двадцать минут — сидел дежурный и разгребал снег руками. Если бы он перестал, пещеру засыпало бы за час. Они бы задохнулись раньше, чем замёрзли.
Снаружи выл ветер.
Трое суток назад они садились в школьный автобус и смеялись.
Испытание 1986 года
Орегонская епископальная школа гордилась тем, что её ученики получают не просто образование, а нечто более ценное — опыт преодоления. Поэтому они организовывали поездки, обязательные для всех старшеклассников. Походы, выживание, командная работа в условиях, где нельзя позвонить маме. Идея была в том, что подросток, прошедший через настоящее испытание, выходит из него другим человеком. Более уверенным, стойким, готовым к жизни.
В 1986 году испытанием выбрали гору Худ.
Гора находилась в полутора часах езды от школы — красивый, величественный вулкан, на нижних склонах которого располагается горнолыжный курорт Timberline Lodge. Тот самый отель, фасад которого Стэнли Кубрик использовал в «Сиянии». Открыточное место. Но выше зоны подъёмников гора перестает быть открыткой. Ледовые трещины, скрытые под снегом. Лавиноопасные участки. Маршруты, требующие верёвок и ледорубов. Серьёзная гора, на которую каждый год поднимались тысячи людей, и почти все возвращались. Почти.
Группу вёл Томас Гоман — священник, преподаватель математики, этики и философии. Отец Гоман. Так его называли ученики, и в этом обращении не было формальности, скорее уважение. Он руководил десятками подобных экспедиций, и его знали как человека осторожного. Гоман славился именно тем, что поворачивал назад. Портилась погода — разворот. Кто-то из детей выбивался из сил — разворот. Никакой вершины ценой чьего-то здоровья. Коллеги считали это его сильной стороной. Родители доверяли ему детей именно поэтому.
Помимо Гомана, в группу входили: Мэрион Хорвелл, декан по работе со студентами. Мать одной из учениц, вызвавшаяся сопровождать, и двое нанятых проводников — Ди Здуняк и Ральф Саммерс. Пятеро взрослых на 15 подростков от пятнадцати до семнадцати лет. Дети прошли подготовку, включая курс первой помощи. Но у них был один спальный мешок и одна лопата на всех. Почему? Тут однозначного можно сказать только одно, что они собирались уложиться в день и даже не рассматривали варианта, что что-то пойдет не так. В этом и был просчёт.
Начало похода
12 мая 1986 года они выехали затемно. Школьный автобус довёз их до Timberline Lodge, где группа передохнула, получила дополнительное снаряжение и двинулась вверх ещё до рассвета. В группе было 20 человек: 15 подростков и 5 сопровождающих. Погода стояла холодная, но ясная. Настроение было приподнятым, ведь эта экспедиция завершала учебный год.
Первой остановилась пятнадцатилетняя Хилари Спрей.
У неё болел живот, ничего серьезного, просто тянущая боль, из-за которой каждый шаг давался чуть тяжелее. Гоман уговаривал продолжить. Группа подбадривала. Но девушка решила: нет. Ей было неловко, может быть, даже стыдно и всё-таки она повернула. Её мать, Шерон, пошла с ней вниз.
Они вернулись к отелю и стали ждать возвращения группы.
У хижины Силкокс — перевалочного пункта для альпинистов — заколебались ещё двое. Шестнадцатилетняя Лорка мучилась от судорог, а её подруга Кортни отказалась оставлять её одну. Потом развернулись ещё двое. А около половины двенадцатого Ди Здуняк, страдавшая от лёгкой снежной слепоты, тоже решила спускаться. Это сократило группу до тринадцати человек. К тому же погода стала портиться. Чуть больше ветра. Чуть меньше видимости. Пошел снег — сначала редкий, потом гуще. Температура поползла вниз.
Тринадцать человек продолжили подъём. И здесь нужно остановиться и задать вопрос. Почему Томас Гоман не повернул назад?
Буря не была сюрпризом. Прогноз обещал ухудшение погоды в течение дня, и сильный удар намечался к вечеру. Гоман знал это, но, по всей видимости, рассчитывал, что группа успеет подняться и спуститься прежде, чем погода испортится.
Гоман вёл группу дальше.
Он знал эту гору. Он водил сюда детей не в первый раз. Он видел, как погода менялась, и прежде, и десятки раз принимал решение развернуться. Что случилось 12 мая? Был ли это азарт, ведь до вершины оставалось немного? Давление «финальной экспедиции» — последнего испытания в учебном году, к которому все так долго готовились? Или самая опасная из ловушек компетентности — уверенность, что ты справлялся и не с таким?
Ответа нет. Гоман не вернулся, чтобы его дать.
Первые жертвы
В 14:00 Ральф Саммерс, наёмный проводник, потребовал разворота. Видимость к этому моменту упала настолько, что люди с трудом различали идущего впереди. Гоман согласился. Группа начала спуск.
Но спускаться было некуда. Точнее — было непонятно, куда именно спускаться. Следы замело. Ориентиров не видно. В белой мгле не существовало ни верха, ни низа, ни направления. Группа шла и шла, и с каждым часом становилось яснее: они движутся не вниз, а вбок. Вокруг горы, по склону, без малейшего представления о том, где находятся.
Первым сдал Патрик МакГиннесс.
Ему было пятнадцать. Самый младший, самый невысокий и потому самый уязвимый. Гипотермия проявлялась по учебнику: сначала неконтролируемая дрожь, потом спутанная речь, потом ноги перестали держать. Группа остановилась. Дети сделали то, чему их учили. Патрика уложили в единственный спальный мешок, согревали. И это сработало. Патрик пришёл в сознание, перестал дрожать, смог встать.
Маленькая победа. Обучение не подвело. Первая помощь — как в учебнике. Но этот час стоил группе того, чего у неё уже не было: времени, тепла, сил. Все остыли. Все устали.
Идти дальше было невозможно. Ветер сбивал с ног. Видимость — ноль. Под ногами мог оказаться карниз или трещина и никто бы не увидел этого до последнего шага. Гоман принял решение: копать снежную пещеру, укрыться, переждать.
Он и Саммерс работали одной лопатой по очереди.
Снежная пещера — надёжное укрытие, если сделана правильно. Спрессованный снег держит тепло. Внутри — тишина, изоляция от ветра, температура около нуля даже при морозе снаружи. Так написано в учебниках. Но учебники предполагают достаточно инструментов и достаточно места.
Пещера, которую выкопали Гоман и Саммерс, была крошечной. Тринадцать человек набились в неё, как в жестяную банку. Тела лежали вплотную. Дыхание тринадцати человек нагревало стены, и те начинали течь. Ледяная вода скапливалась на полу, пропитывала одежду, превращала единственный спальный мешок в мокрую тряпку. Вход в узкую нору заваливало снегом каждые двадцать минут. Если бы никто его не расчищал, пещеру засыпало бы целиком. Они бы задохнулись раньше, чем замёрзли.
Кто-то должен был постоянно сидеть у входа и выгребать снег. В метель, в темноте, промокший и замерзающий — разгребать руками то, что наваливало снова и снова.
Первая ночь
Предполагалось, что в этом месте они проведут одну ночь. Главное было переждать, а утром пойдут вниз. Но утро принесло ту же метель, тот же ветер, ту же белую мглу.
Ральф Саммерс понял: медлить нельзя. Он видел, как плох Гоман — тот едва мог досчитать до десяти. Он был профессиональным проводником. Он понимал, что пещера — это медленная смерть, а не спасение. Каждый час внутри забирал у людей: тепло, калории, волю. Саммерс объявил, что уходит искать помощь. С ним вызвалась Молли Шула — ей было шестнадцать.
Они вышли в метель. Двое, без видимости, без карты, без уверенности, что выбрали верное направление.
Через несколько часов блуждания они случайно наткнулись на горнолыжный курорт. Саммерс немедленно вышел на связь со спасателями. Как только позволила погода, он поднялся на вертолёте, пытаясь сверху определить, где находится пещера.
Не смог. С воздуха склон выглядел одинаково — белое на белом, без единого ориентира. Пещера была где-то там, под метрами снега, и снег шёл не переставая.
Поиски
В какой-то момент, точное время неизвестно, трое подростков покинули пещеру.
Элисон Литценбергер, пятнадцать лет. Эрин О'Лири, шестнадцать лет. Эрик Сандвик, пятнадцать лет.
Что ими двигало? Отчаяние? Невозможность больше лежать в ледяной воде и ждать неизвестно чего? Они выбили ногами заваленный вход и вылезли наружу. Снег тут же запечатал дыру за ними.
Трое пошли по склону.
Их тела нашли утром в среду, недалеко от пещеры. Они не ушли далеко. Холод забрал их быстро.
И здесь произошло то, что бывает на каждой спасательной операции, когда находят мёртвых: надежда на живых начала таять. Если эти трое не выжили, пройдя совсем немного, — что с теми, кто лежит в пещере уже третьи сутки?
Но находка дала поисковикам кое-что ценное: точку отсчёта. Если тела здесь, значит, пещера где-то рядом. Район поиска сузился.
Среда. Третий день. Метель наконец стихала. Но время уходило быстро, световой день подходил к концу. Спасатели решили, что еще минут 20, и нужно отступать — работать в темноте на лавиноопасном склоне не мог позволить себе никто.
Зонд провалился в пустоту.
Пещера. То, что нашли внутри, спасатели потом описывали скупо.
Всех извлекали и погрузили в вертолёты. Восемь человек, из которых не все подавали признаки жизни. Врачи в ближайших больницах делали всё. Реанимация, обогрев, капельницы.
Спасти удалось двоих.
Бринтон Кларк, шестнадцать лет. Она восстановилась и со временем вернулась к нормальной жизни.
Джайлс Томпсон, шестнадцать лет. Он выжил, но ему пришлось ампутировать обе ноги.
После
Следствие искало ответ на один вопрос. Не «что случилось» — это было понятно. А «почему».
Почему Томас Гоман не развернул группу?
Он делал это раньше. Многократно. Его осторожность была задокументирована, подтверждена коллегами, известна родителям. 12 мая погода портилась не внезапно — она ухудшалась постепенно, давая достаточно времени для решения. И всё-таки он шёл дальше. Часами.
Следствие честно признало, что не знает ответа.
Школа выплатила семьям компенсации. Часть претензий урегулировали вне суда, но не все готовы были молчать. Родители Ричарда Хейдера-старшего дошли до суда, и в апреле 1990 года школу признали ответственной за гибель его сына. Ральф Саммерс при этом был освобождён от гражданской ответственности.
После трагедии школа приостановила свои испытания на прочность в таких местах, как горы, но не отказалась от идеи, что подростки должны столкнуться с чем-то настоящим, с тем, что нельзя отменить нажатием кнопки.
