Вардерон просыпался медленно, как огромный зверь, наконец-то получивший право на отдых. Солнце золотило шпили академии, и даже горы, вечно хмурые и насупленные, казались сегодня мягче. Дымок от печей поднимался в небо ровными столбиками — домовики уже хлопотали, готовя завтрак, но без обычной спешки. Сегодня никто никуда не торопился.
Лера проснулась оттого, что кто-то настойчиво тыкался мокрым носом ей в щёку.
— Виз, — простонала она, не открывая глаз. — Ещё пять минут.
— Никаких пять минут, — голос кота был твёрд. — Там такое… Ты должна это видеть.
Она открыла глаза. Визард сидел на подоконнике, и его шерсть стояла дыбом — но не от страха, а от изумления.
— Что там? — Лера подошла к окну.
Внизу, на главной площади, Берегиня сидела на скамейке, и вокруг неё собрались Ягиня, Велес, Кощей, Настасья, Джонс и… сам Садко. Они просто разговаривали. Смеялись. Как обычная семья. Берегиня что-то рассказывала, и Ягиня утирала слёзы — но это были слёзы радости.
— Она впервые за тысячу лет видит солнце, — тихо сказал Визард. — Настоящее. Не тьму Нави.
Лера улыбнулась и, не одеваясь, в одной рубашке, босиком выбежала на балкон.
— Доброе утро! — крикнула она вниз.
Берегиня подняла голову, увидела её и улыбнулась. Тепло, по-родственному.
— Доброе утро, правнучка!
Сердце Леры сжалось от этого слова. Правнучка. У неё была прабабушка. Настоящая, живая.
Джонс тоже поднял голову, усмехнулся:
— Ты бы хоть причесалась, сестра.
— А ты бы хоть иногда не был занудой, брат, — парировала она.
Снизу донёсся смех. Кощей, обычно мрачный и серьёзный, смеялся так, что закашлялся.
— Вот это семья, — сказал он, глядя на Велеса. — Ты только посмотри на них.
— Смотрю, — ответил Велес, и голос его был тихим, но счастливым.
Декан пригласил всех на завтрак в свои покои — неофициально, по-семейному. Стол ломился от яств, домовики постарались, но Садко только разводил руками:
— Это не я, это они. Говорят, праздник так праздник.
За столом собрались те, кто был в Нави, и те, кто ждал. Места хватило всем. Берегиню усадили во главе стола — она отказывалась, но Ягиня настояла.
— Матушка, ты у нас теперь главная.
— Я-то главная, — усмехнулась Берегиня. — А вы, дети, всё равно меня не слушаетесь.
— Привыкай, — подмигнул Кощей.
Ирина сидела рядом с Фёдором, и он то и дело подкладывал ей еду.
— Федя, я не съем столько, — смеялась она.
— А ты не себе, — серьёзно ответил он. — Ты за двоих.
Ирина покраснела, но спорить не стала.
Мирослав сидел рядом с Лерой, и Визард, поглядывая на них, сделал вид, что его гораздо больше интересует сметана.
— Мирослав, — вдруг сказала Берегиня. — Подойди-ка сюда.
Он встал, чувствуя, как напряглись плечи. Подошёл.
Берегиня посмотрела на него долгим взглядом, потом взяла за руку.
— Ты — тот, кто выбрал свет, когда мог остаться во тьме. Ты — сын Дмитрия, а значит, наша кровь. Я хочу, чтобы ты знал: у тебя есть дом. И есть бабушка, которая будет тебя любить, даже если ты снова ошибёшься.
Мирослав не нашёл слов. Он только кивнул, и Лера видела, как его глаза блестят.
Дмитрий, сидевший напротив, положил руку на плечо сына.
— Слышишь, сын? У тебя теперь есть бабушка.
— Слышу, — голос Мирослава дрогнул. — Спасибо.
Борислав, сидевший за соседним столом, вдруг встал и громко сказал:
— А я! Я тоже хочу быть частью семьи!
Все обернулись. Борислав покраснел до корней волос.
— Ну… я же медведь. Я защищать могу. И камни дарю. И вообще…
— Иди сюда, — улыбнулась Берегиня. — И ты будь частью семьи. Все мы с вами одна большая семья.
Борислав подошёл, и Берегиня поцеловала его в лоб, как внука. Он растерянно моргнул, потом расплылся в улыбке.
— Я буду самым лучшим медведем в этой семье!
— Ты и так лучший, — сказала Лера, и он засиял.
После завтрака все разбрелись по своим делам. Кто-то ушёл отдыхать, кто-то — гулять по окрестностям. У фонтана собрались те, кто хотел поговорить без лишних ушей.
Джонс и Марфа
Джонс сидел на краю фонтана, глядя, как Марфа бросает в воду мелкие монетки — традиция, которую она привезла из человеческого мира.
— О чём загадываешь? — спросил он.
— Чтобы ты всегда возвращался ко мне, — просто ответила она.
Он взял её за руку.
— Я всегда буду возвращаться. Теперь у меня есть куда.
Она повернулась к нему, и в её глазах плескалось счастье.
— Джонс, а ты останешься в Вардероне? Или вернёшься в свой мир?
— Мой мир теперь здесь, — ответил он. — Здесь отец, мать, сестра. И ты. Да и учёбу-то нам никто не отменял.
Она улыбнулась и прижалась к его плечу.
— Тогда я тоже останусь. Здесь хорошо. И вода вкусная, — она кивнула на фонтан.
— Ты загадала желание?
— Загадала. Но не скажу, иначе не сбудется.
— А я и так знаю, — усмехнулся он.
— Откуда?
— Потому что я загадал то же самое.
Фёдор и Ирина.
Фёдор нашёл Ирину в саду, где она сидела на скамейке, подставив лицо солнцу. Он сел рядом, взял её за руку.
— Устала?
— Немного, — призналась она. — Но это хорошая усталость.
— Ир, я хочу тебя кое о чём спросить, — начал он, и в его голосе вдруг появилась неуверенность.
Она посмотрела на него.
— Что?
— Мы… мы ведь теперь семья. Лера меня папой называет. Ребёнок скоро. Но я… я хочу, чтобы всё было по-настоящему.
Он полез в карман и достал маленькую коробочку, обитую бархатом. Ирина ахнула.
— Федя…
— Я не умею говорить красиво, — сказал он, открывая коробку. Внутри лежало простое серебряное кольцо. — Я — человек простой, участковый. Но я тебя люблю. И хочу, чтобы ты стала моей женой. По-настоящему.
Ирина смотрела на кольцо, и слёзы текли по её щекам.
— Федя, ты… ты серьёзно?
— Серьёзней не бывает, — ответил он.
Она протянула руку, и он надел кольцо ей на палец.
— Да, — сказала она. — Да, конечно, да!
Он обнял её, и они сидели так, пока солнце не поднялось высоко.
Из-за куста донёсся шёпот:
— Ну наконец-то!
— Зий, ты опять подглядываешь? — крикнул Фёдор.
— Я не подглядываю, я радуюсь за друга, — каджит вышел из укрытия, ведя за собой Пантеру. — Поздравляю, командир!
— Спасибо, — Фёдор улыбнулся. — Теперь твоя очередь.
— Моя? — Зий покосился на Пантеру.
Та усмехнулась:
— Посмотрим.
Зий и Пантера.
Они ушли в горы сразу после того, как все разбрелись. Шли по тропе, которая вилась между скал, и луна освещала путь.
— Зий, — вдруг сказала Пантера. — А ты правда хочешь семью?
— Правда, — ответил он. — Я столько лет был один. Ну, с Фёдором, но это не то. А с тобой…
— Со мной?
— С тобой я чувствую, что могу быть собой. Что я не просто каджит, который дерётся и ворчит. Я могу быть… отцом.
Пантера остановилась.
— Ты хочешь детей?
— Хочу, — кивнул он. — Маленьких, пушистых, чтобы они бегали и всё ломали. Чтобы мы учили их охотиться, защищать, быть сильными.
— И чтобы они были такие же упрямые, как ты, — усмехнулась она.
— Это неизбежно, — развёл лапами Зий.
Пантера подошла ближе, коснулась его лба своим.
— Тогда давай сначала построим дом. А потом подумаем о маленьких.
— Договорились, — мурлыкнул Зий.
Они пошли дальше, и их шаги звучали в унисон.
Берегиня попросила собраться всех в малом зале. Когда все расселись, она встала и обвела взглядом присутствующих: Ягиня, Велес, Кощей, Настасья, Лера, Джонс, Дмитрий, Мирослав, Ирина, Фёдор, даже Визард и Аждаха заняли почётные места.
— Я хочу поговорить о будущем, — сказала Берегиня. — Вардерон — наш дом. Но мы не можем оставаться здесь вечно. У каждого из вас есть своя дорога.
— Я остаюсь, — сказала Ягиня. — Здесь моё место. Учить новых вед, защищать границы.
— И я, — кивнул Велес. — Вардерон нуждается в богах, которые помнят, что свет и тьма должны быть в равновесии.
— Мы с Настасьей хотим пожить в человеческом мире, — сказал Кощей. — Тихо, спокойно. Узнать, что такое обычная жизнь.
— Я хочу увидеть мир, — добавила Настасья. — Тысячу лет я спала. Теперь — время просыпаться.
Дмитрий посмотрел на сына.
— А мы? — спросил он.
— Я остаюсь в Вардероне, — сказал Мирослав. — Я хочу учиться. Хочу стать тем, кем должен был стать.
— Я тоже остаюсь, — добавила Лера. — У меня здесь семья, друзья. И… — она посмотрела на Мирослава, — есть ради кого.
— А я? — спросила Ирина. — Я-то тут при чём?
— Ты — мать Веды, — сказала Берегиня. — Твоё место там, где ты хочешь быть. Но если спросишь меня — ты нужна здесь. Вардерон — это не только магия. Это и люди, которые её хранят.
Фёдор обнял Ирину за плечи.
— Мы останемся, — сказал он. — Пока не родится малыш. А потом — посмотрим.
— Значит, решено, — кивнула Берегиня. — Вардерон — наш дом. И мы будем его беречь.
В городе, где жил Костя.
Почтальон с самого утра принёс посылку, открыв её, Костя посмеялся, там было зеркало, он сразу почувствовал колдовство, но не опасное, он произнёс слова и увидел в зеркале Садко.
- Привет из Вардерона! Скучали – начал декан.
- Ещё не успели, но спасибо, будем на связи – улыбался Костя.
— Спасибо вам, — сказал Садко. — Если бы не вы…
— Если бы не вы, мы бы до сих пор не знали, кто мы, — ответил Костя. — Так что мы в расчёте.
— Вы всегда будете желанными гостями, — добавил Велес.
— Мы придём, — пообещал Андрей. — Как-нибудь в гости.
— Обязательно, — улыбнулась Лера.
Мир подошёл к зеркалу и помахал Лере.
— Ты хорошая, — сказал он. — Если этот, — он кивнул на Мирослава, — будет тебя обижать, я приду и замурчу.
— Договорились, — рассмеялась Лера.
Яр увидел Джонса.
— Береги себя, тёмный колдун.
— И ты, стихийник, — ответил Джонс.
Диша посмотрела на Ирину.
— Ты сильная, — сказала она. — И ребёнок будет сильным.
— Спасибо, — прошептала Ирина.
Костя посмотрел на всех, улыбнулся и поговорив ещё не много о планах, а также о том, чтобы преподавать в Вардероне, отключил связь, им теперь есть о чём подумать.
Они ушли тогда, но не сейчас, каждый хотел помнить и возможно помочь другим, если придётся. Всё у них получится, их мир наполняется колдовством, а значит и им найдётся место.
Жизнь продолжается.
Шли недели. Месяцы.
Вардерон жил своей обычной жизнью. Студенты учились, преподаватели преподавали, домовики наводили порядок. Но что-то изменилось. Стало меньше вражды между светлыми и тёмными, меньше подозрений, меньше страха. Берегиня часто сидела у озера, и студенты приходили к ней за советом. Ягиня и Велес вели занятия вместе, показывая, что свет и тьма — не враги, а две стороны одного целого. Джонс и Марфа часто сидели у фонтана. Он учил её управлять тьмой, она учила его слушать природу. Они были разными — и это делало их сильнее. Однажды вечером Джонс подарил Марфе маленький кристалл, в котором застыл кусочек северного сияния — такой же, как крылья Леры.
— Чтобы ты всегда помнила, что свет есть даже во тьме, — сказал он.
Она повесила кристалл на шею и больше никогда не снимала.
Фёдор и Ирина поженились в мае, когда зацвели яблони. Праздник был скромным — только свои. Лера была свидетельницей, Зий — шафером. А в конце лета Ирина родила дочку. Назвали её Марией.
— Машенька, — шептала Ирина, глядя на крошечное личико. — Ты — моя маленькая волшебница.
Фёдор, держа дочь на руках, смотрел на неё и не мог надышаться.
— Она похожа на тебя, — сказал он.
— А глаза — твои, — ответила Ирина.
Лера стояла рядом и чувствовала, как сердце переполняется счастьем.
— Я теперь старшая сестра, — сказала она.
— И самая лучшая, — добавил Фёдор.
Визард, сидевший на подоконнике, фыркнул:
— Ещё одна девочка. Скоро здесь будет целый детский сад.
— Виз, ты не рад? — спросила Лера.
— Я рад, — ответил кот. — Просто теперь сметану придётся делить на троих.
Зий и Пантера построили дом в горах — недалеко от Вардерона, чтобы всегда быть рядом. Дом был тёплым, уютным, с большой верандой, где они любили сидеть вечерами. А через год у них родились двое — мальчик и девочка. Зий ходил такой счастливый, что даже Фёдор удивлялся.
— Ты чего сияешь? — спросил он.
— У меня дети, — ответил Зий. — Дети, командир!
— Поздравляю.
— Спасибо. А у тебя как Машенька?
— Растёт. Уже говорит первые слова.
— Скоро наши подружатся, — мечтательно сказал Зий.
— Обязательно.
Борислав после долгих раздумий решил, что его сердце принадлежит не Лере, а другой. Той самой, что подарила ему камень-сердце (который он, конечно же, сам и нашёл). Её звали Агата, она училась на целительницу, и она была единственной, кто не смеялся над его «талисманами».
— Это самое красивое, что мне дарили, — сказала она, когда он протянул ей очередной камень.
— Правда? — Борислав покраснел. — Я… я могу дарить их каждый день.
— Буду ждать, — улыбнулась она.
И Борислав понял: вот оно, настоящее счастье.
Саша и Василиса тоже нашли своё счастье. Они вместе тренировались, вместе патрулировали границы, вместе защищали тех, кто слабее. А вечерами сидели на крыше и смотрели на звёзды.
— Ты когда-нибудь думал о будущем? — спросила Василиса.
— Думаю, — ответил Саша. — Хочу, чтобы оно было с тобой.
— И у меня с тобой.
Он поцеловал её, и звёзды над ними засияли ярче.
Кощей и Настасья уехали путешествовать. Они объездили полмира — были в горах, в лесах, в маленьких деревушках, где никто не знал, кто они. Иногда приезжали в Вардерон, и тогда Лера видела, как Джонс светится изнутри.
— Скучаешь? — спросила она однажды.
— Скучаю, — признался он. — Но они счастливы. А я могу их видеть. Этого достаточно. Пусть побудут вдвоём, они и меня хотят каждый раз утащить, но я хочу доучиться, а потом уже путешествовать.
Дмитрий остался в Вардероне — рядом с сыном. Они учились быть семьёй, говорить, слушать, прощать. Это было трудно, но каждый день приносил что-то новое.
— Отец, — сказал Мирослав однажды. — Я никогда не думал, что смогу быть счастлив.
— А теперь? — спросил Дмитрий.
— Теперь — счастлив.
Они стояли на балконе и смотрели на закат, и впервые за много лет Дмитрий не чувствовал пустоты.
Аждаха часто сидел на скале, глядя вдаль. Он вспоминал Юху, свою любимую, которая ушла тысячи лет назад. Но теперь в его сердце было место и для других — для Джонса, который стал ему напарником, для Полоза, который наконец простил отца.
— Ты часто думаешь о ней? — спросил Полоз однажды.
— Каждый день, — ответил Аждаха.
— Я понимаю. Я тоже думаю о матери.
— Она была бы рада, — сказал Аждаха. — Что мы наконец вместе.
— Да, — кивнул Полоз. — Рада.
Они сидели на скале, отец и сын, и молчали. Это молчание было теплее любых слов.
Перун и Вий.
Перун стоял у врат Нави. Его доспехи потускнели, амулет погас, но он стоял, не двигаясь. Время здесь текло иначе — минуты, часы, дни, годы. Он смотрел в пустоту и вспоминал.
— Ты можешь уйти, — сказал однажды Велес, навестив его. — Род сказал: ты будешь стоять здесь вечно, но я готов отпустить тебя брат.
— Я знаю, — ответил Перун.
— Ты можешь уйти, — повторил Велес. — Если захочешь.
Перун медленно повернул голову.
— Зачем? Чтобы снова пытаться убить тебя?
— Чтобы жить, — ответил Велес. — Как человек.
Перун долго молчал. Потом спросил:
— А если я не смогу?
— Сможешь, — сказал Велес. — Если захочешь.
Он оставил брату флягу с водой и ушёл. Перун остался стоять, глядя ему вслед.
Вий спал. Его сон был глубоким, но не спокойным — он видел сны о той, кого любил. Амелфа растворилась во тьме, но её голос всё ещё звучал в его голове:
— Ты обещал, Вий. Ты обещал, что мы будем вместе.
— Мы будем, — отвечал он во сне. — Где-нибудь. Когда-нибудь.
Велес сдержал слово: он искал Амелфу. Нашёл. Она была слаба, почти без сил, тьма истаяла, оставив только женщину — старую, уставшую, одинокую.
— Зачем ты ищешь меня? — спросила она, когда он предстал перед ней.
— Чтобы сказать: он ждёт тебя, — ответил Велес.
Она не поверила сначала. Потом заплакала.
— Он любит тебя, — сказал Велес. — Всегда любил. Ты была так ослеплена ненавистью, что не видела этого.
— А теперь? — прошептала она.
— А теперь он спит. И ждёт, когда ты придёшь.
Амелфа ушла в Навь — туда, где спал Вий. Она села у его ног, положила голову ему на колени и закрыла глаза, чтобы быть с тем, кого она тоже любит.
— Я здесь, — прошептала она. — Я вернулась.
Вий улыбнулся во сне. И больше не было ни боли, ни одиночества.
Вардерон.
Прошёл год. Вардерон готовился к новому учебному году. Студенты съезжались со всего мира, и коридоры снова наполнились голосами.
Лера и Мирослав стояли у ворот, встречая новичков.
— Ты волнуешься? — спросил он.
— Немного, — призналась она. — Столько всего изменилось.
— Всё изменилось, — согласился он. — Но мы — остались.
Она взяла его за руку.
— Ты рад, что остался?
— Счастлив, — ответил он. — Впервые в жизни — счастлив.
Сзади послышалось сопение. Борислав, как всегда, тащил очередной «талисман».
— Лера! Смотри, что я нашёл! Это камень, который приносит удачу в учёбе!
— Борь, это просто камень, — устало сказала Лера.
— Но он особенный! — не сдавался Борислав. — Я его у озера нашёл!
— Борь, иди лучше Агату встречай, — посоветовал Мирослав.
— Точно! — Борислав развернулся и побежал.
Лера рассмеялась.
— Он неисправим.
— В этом его прелесть, — ответила Лера.
На площади уже собирались студенты. Садко произносил приветственную речь, домовики разносили угощение, а в небе кружил Финист, проверяя, все ли прибыли.
Ягиня и Велес стояли рядом, глядя на молодёжь.
— Смотри, — сказала Ягиня. — Они уже не боятся.
— Им есть ради чего жить, — ответил Велес.
— Как и нам, — она взяла его за руку.
— Как и нам.
Вечером, когда все разошлись, Лера вышла на балкон. Звёзды горели ярко, и она смотрела на них, вспоминая всё, что было.
— Не спится? — раздался голос.
Мирослав вышел следом.
— Не спится, — ответила она.
Он встал рядом, взял её за руку.
— Знаешь, я никогда не думал, что смогу стоять вот так. Просто смотреть на звёзды и не бояться.
— А теперь?
— Теперь я боюсь только одного. Потерять это. Потерять тебя.
— Не потеряешь, — сказала она. — Я рядом.
Он повернулся к ней.
— Лера…
— М-м-м?
— Я люблю тебя.
Она улыбнулась.
— И я тебя люблю.
Визард, устроившийся на перилах, вздохнул.
— Ну вот, опять.
— Виз, — Лера посмотрела на кота. — Ты что, не рад?
— Рад, — ответил он. — Просто… это так по-человечески. Сложно, долго, мучительно. А потом — просто и ясно.
Он спрыгнул с перил, прошёлся по балкону, глядя на звёзды.
— Свет и тьма не могут быть вместе? Ха. Эти двое доказали, что могут.
Он зевнул, потянулся и направился в комнату.
— А я пойду, у меня там лосось остывает.
— Виз, ты съел его ещё утром! — крикнула Лера.
— Вот видишь, — донеслось из комнаты. — Значит, пора добывать новый.
Лера рассмеялась. Мирослав обнял её, и они стояли так, глядя на звёзды.
Внизу, на площади, зажглись фонари. Где-то смеялись студенты, домовики наводили порядок после праздника. Жизнь продолжалась.
И это было главным.
Конечно, многое пережили, а сколько будет ещё, но это совсем другие истории, Лера и Мирослав закончат университет Вардерон, они примут приглашение Джонса посетить Англию и помогут им с Марфой в организации свадьбы.
Джонс будет беречь любимую, а ради сестры подружиться с Мирославом и они смогут создать приют для всех существ, кто обратится к ним за помощью. Аждах вернётся в чертоги Уральских гор к своему сыну и внучке, чтобы быть с семьёй.
Садко так и останется деканом Вардерона, но он пригласил преподавать туда Костю и его семью, а Яр с Миром будут помогать и обучать стражей Уральских гор. Диша будет помогать мавкам вместе с Ягиней, а Велес начнёт тренировать всех колдунов и вед, чтобы они могли постоять за себя.
Ирина и Фёдор вернутся в Калугу-Соловьёвку, Машенька тоже будет маленькой ведой, когда-нибудь и она придёт учится в эти стены, а сейчас она просто таскает Ваську за хвост. Зий счастлив с Пантерой и детишками, он надеется, что и они найдут своих напарников, как и он, когда-то Фёдора.
Финист и Марья, вместе с Алёной и Макаром, а также Дмитрием будут верными стражами трёх миров, но при этом создадут с помощью дедушки Лежко заповедный лес, где сказки будут жить.
Берегиня наконец сможет найти покой и встретиться в чертогах Рода с мужем, о чём она очень долго мечтала, как бы не переживали Яглая и Колояр, но они отпустили маму, понимали, что такое без любимого человека и как душа к нему плачет.
Ирод пытался скрыться, но когда пал Перун, то и шаманы испугались, заточив его в каменном мешке, чтобы он больше не смог выбраться и навлечь на них гнев богов. Яняньг вернулся в свою общину, женился и стал самым лучшим охотником.
А Визард, Визард и Лера понимали, что им придётся расстаться, она уже выросла, сильна и скоро сама будет мамой. Они оба переживали, но такова жизнь и наш кот должен был уйти. Нет, вы не думайте, Лера его не выгнала, наоборот, просила остаться, но у него совсем другая судьба, да и чувствовал он, что его нить ведёт куда-то, а значит там нужен фамильяр. Тепло попрощавшись и взяв обещание с друг друга, они разъединили нити силы и кот ушёл в новые приключения… он же фамильяр, а это значит, что всегда где-то нужна его помощь.
Лера долго горевала и переживала о нём, он был и остался её семьёй, но она тоже понимала, что Визард очень могущественный и древний фамильяр, он нужен таким же маленьким волшебницам, какой была она когда-то.
Хе-хе, немного хулиганю, я со своими героями.
Автор: Ксения Фир.
Предыдущая глава:
Следующая глава: