часть 1
Когда Матвей немного подрос, свекровь предложила Вере выйти на работу.
Женщина мечтала об этом: снова быть в коллективе, получать пусть небольшую, но свою зарплату, отвлекаться от бесконечного кошмара дома.
Но Матвею было всего два года, а в деревенский сад брали только с трёх.
— Я посижу с ним, не переживай, — успокоила свекровь. — Выходи спокойно, всё будет хорошо.
Вера с облегчением шагнула в новую жизнь. На работе, среди людей, у неё будто открылось второе дыхание: вдруг оказалось, что она добрый, интересный человек, а не «ведьма, старуха и дура», как внушал Сергей. Чувствовать уважение и принятие оказалось невероятно важно. Появились и деньги — немного, но лучше, чем ничего.
Однажды Сергей вытащил из её кармана всю пачку хрустящих купюр — первый аванс. Ушёл ночью и не возвращался несколько дней, очевидно, пропивая заработок жены с приятелями.
Вера тогда долго плакала: она собиралась купить на эти деньги зимние вещи для Матвея. Но затем вытерла слёзы, взяла себя в руки и решила не повторять эту ошибку: с тех пор она тщательно прятала деньги.
Иногда, не найдя зарплату жены, Сергей переворачивал вверх дном всю комнату, кричал, угрожал. Матвей, слыша эти сцены, пугался и плакал в кроватке. У Веры сердце разрывалось от страха, беспомощности и жалости к сыну.
Сколько бы это продолжалось, неизвестно. Возможно, Вера в итоге смирилась бы: в деревне у многих мужья пили, и коллеги-поварихи на работе нередко пересказывали «подвиги» супругов, иногда даже посмеиваясь. Но однажды Сергей перешёл все границы.
Это случилось тёмным декабрьским вечером. Матвей уже ходил в садик. Вера забрала его по дороге с работы, приготовила ужин. Сергея дома не было — он мог появиться в любой момент: через пять минут, глубокой ночью, под утро. Это постоянное ожидание, словно жизнь на вулкане, изматывало Веру.
Сергей явился уже после ужина — как обычно, пьяный. Увидел на полу в гостиной разбросанный Матвеем конструктор — и именно эта мелочь стала спусковым крючком.
— Дома вечно бардак, ногу поставить некуда! — заорал он. — Что за свиньи здесь живут?
Вера, видя состояние мужа, молчала: любое слово могло только подлить масла в огонь. Сергей как будто ждал повода сорваться.
— Хозяйка из тебя никудышная, жена никакая, — продолжал он. — Сына воспитать не можешь, такого же свинью растишь, как сама…
Говорил это человек, который стоял в куртке, покрытой слоем грязи — похоже, по дороге пару раз падал в снег и грязь. Вера всё ещё молчала.
— Что ты тут встала, дура?! — орал он. — Сейчас как дам по твоей глупой роже!
Вера уже почти не воспринимала эти угрозы: за годы слышала и похуже. Но всё изменил Матвей. Оказалось, он всё слышал и испугался за маму.
Мальчик влетел в комнату и замолотил по отцу маленькими кулачками:
— Не трогай маму!
Вера не успела его остановить. Сергей, не до конца понимая, что делает, грубо оттолкнул ребёнка — ногой. Матвей перелетел через всю комнату и ударился о стену. Несколько секунд он только моргал, а потом разрыдался от боли и ужаса.
В тот момент Вера ненавидела Сергея так сильно, как никогда. Она кинулось к сыну, проверила, не ушиб ли он голову, прижала к себе. Мальчик быстро затих в материнских руках. Сергей, кажется, что-то сообразил своими затуманенными алкоголем мозгами: помрачнел, замолчал и ушёл в спальню.
А Вера ещё долго сидела на полу, раскачивая в объятиях вцепившегося в неё Матвея. Именно тогда она поняла: оставаться с Сергеем больше нельзя. Его поведение становится всё агрессивнее и непредсказуемее, а выпивка вытесняет из него того когда-то неплохого человека, которым он был в начале. Кто знает, что придёт ему в голову в следующий раз.
Вера могла терпеть многое, но не удар по сыну. Матвей отлетел к стене плечом, и мысль о том, что он мог удариться головой или спиной, холодком прошла по её спине: последствия могли бы быть ужасными. Она не имела права дальше рисковать жизнью и здоровьем собственного ребёнка.
Вера быстро собрала самые необходимые вещи — свои и Матвея — в большую дорожную сумку и отправилась к свёкрам. Больше идти было некуда.
Мать Сергея, увидев на пороге заплаканную невестку с всхлипывающим внуком на руках, всё поняла без слов: заохала, засуетилась, устраивая их на ночлег. Отец Сергея, напротив, был явно недоволен, ворчал себе под нос: «Милые бронятся — только тешатся», «Бабы нынче пошли уж больно капризные».
Матвей, наевшись бабушкиных пирожков, быстро уснул. Свёкор ушёл в гостиную к телевизору, а Вера со свекровью остались на кухне.
— Тяжело тебе, вижу, — сказала свекровь, глядя на Веру с жалостью. — Раз уж из дома ушла, значит, терпеть стало невмоготу.
— Да, — выдохнула Вера. — Сергей всё злее, всё агрессивнее. Мне больно это говорить… Он ведь ваш единственный сын.
— Сама вижу, — свекровь устало опёрлась о стол. — Ни меня, ни отца слушать не хочет. В своём поведении проблемы не видит. Упустили мы его в воспитании. Прости уж.
— Вы тут ни при чём, — покачала головой Вера. — Он взрослый человек.
— Так как же ты дальше жить собираешься? — тихо спросила свекровь. — Может, завтра отвезти тебя к твоим, подальше от этого ирода? Стыдно мне в глаза им смотреть, но ваше с Матвеем благополучие важнее.
— К моим нельзя, — Вера опустила глаза. — Они меня во всём винят. Говорят: раз вышла замуж — терпи, налаживай отношения с мужем, «домострой» у них в головах.
— Понимаю… — вздохнула свекровь. — У нас тебе тоже не житьё: Сергей будет сюда являться, нервы мотать, слишком уж близко. Но есть у меня одна мысль. Послушай, что скажу.
У свекрови была давняя подруга Лариса: они всю жизнь вместе проработали на ферме. Потом почти одновременно вышли на пенсию, но Ларисе отдых был не по карману — деньги семье были жизненно нужны: её дочь развелась с мужем и вернулась к матери с тремя детьми.
Тогда Лариса нашла работу, да не простую: устроилась прачкой в богатый дом. Всю неделю она жила там, а по выходным возвращалась домой.
Хозяин, крупный бизнесмен, платил Ларисе очень хорошие деньги — по деревенским меркам и вовсе большие. И как-то она обмолвилась свекрови, что в этом доме ещё ищут повара.
— Хозяин сейчас как раз человека подыскивает, — пересказала свекровь Вере. — А ты кулинарный техникум закончила, столько лет поваром проработала. Опыт есть, чем не кандидат. Деньги обещают хорошие, жильё дадут. По-моему, отличный выход.
Вера мгновенно загорелась. Всё выглядело почти неправдоподобно хорошо — даже слишком: работа, жильё, шанс увезти Матвея подальше от Сергея. Она боялась поверить в удачу, но решила попробовать.
На следующий день Вера отправилась на собеседование. Свёкор сам отвёз её на своей старенькой скрипучей машине.
Увидев дом, Вера растерялась: перед ней было почти целое поместье. В центре высился большой белокаменный коттедж с башенками, переходами, огромными окнами — скорее замок, чем дом. Перед ним раскинулась ухоженная лужайка с беседками и бассейном; сейчас, в декабре, он стоял пустой, без воды. Чуть в стороне тянулся ряд аккуратных одноэтажных домиков — там, как объяснили, жил персонал.
Веру встретила строгая женщина в наглухо застёгнутом пальто и проводила на кухню, где предстояло сдать своеобразный экзамен. Звали её Елена Степановна, и она оказалась старшим поваром в доме. Вера готовила, стараясь изо всех сил, и по лицу потенциальной начальницы поняла: получилось.
— Думаю, мы остановимся именно на вашей кандидатуре, — наконец сказала Елена Степановна и даже слегка улыбнулась. — Ждите звонка. Вам в любом случае перезвонят.
Оставшийся день Вера не находила себе места: она влюбилась в это место и мысленно уже жила там с Матвеем. Работа, жильё, безопасность для сына — всё в одном. Очень хотелось, чтобы вышло.
Вышло. Вечером позвонила Елена Степановна и сообщила, что Веру берут и уже завтра ждут на рабочем месте. Вера буквально вскрикнула от радости — казалось, жизнь наконец даёт ей шанс.
Свекровь, увидев, как вспыхнули глаза Веры, тоже заулыбалась, а свёкор, по привычке ворча себе под нос, всё же явно радовался удачному исходу. Так началась у Веры совсем другая жизнь.
На следующий день их снова встретила Елена Степановна, уже не такой строгой и колючей, как на собеседовании. Она улыбнулась, подмигнула Матвею, взяла у Веры одну из сумок и провела их в небольшой домик.
— Вот здесь вы и будете жить, — сказала она. — Осваивайтесь. В двенадцать жду тебя на кухне: познакомишься с остальными и узнаешь свои обязанности.
Дом оказался замечательным: две комнаты, маленькая кухня, санузел с душевой кабиной, простая, но аккуратная и стильная мебель, телевизор, холодильник — всё необходимое для спокойной, безопасной жизни. Вера сразу почувствовала: здесь она сможет быть счастлива. И не ошиблась.
Она быстро сдружилась с другими сотрудниками и вскоре познакомилась с хозяевами. Главой семейства был Николай — подтянутый, спортивный мужчина лет сорока, вечно занятый делами. Даже за обедом он то стучал по клавиатуре ноутбука, то отвечал на важные звонки: Николай управлял крупным туристическим бизнесом и, чтобы эта махина работала, трудился без отдыха.
Его жена Анжела была типичной светской львицей: просыпалась ближе к полудню, долго собиралась, а затем уезжала в город, что находился неподалёку от элитного посёлка.
Там она встречалась с подругами, ходила по магазинам, занималась в фитнес-центре, посещала различные психологические тренинги — жила, по сути, для себя. Время от времени Анжела устраивала сцены Николаю, упрекая, что он уделяет ей мало внимания.
Вера в такие минуты искренне жалела хозяина дома: как же эта избалованная «принцесса» не понимает, что её беззаботная жизнь держится на его постоянной работе.
продолжение