Как бы путники не старались, но им уже не суждено было оказаться в безопасном месте на ночлеге. Ближайший пункт, где можно было остановиться, находился еще очень далеко и не оставалось ни единого шанса добраться до него засветло. Дорога оставалась пустынной на всем пути следования, так что единственным человеком, встреченным сегодня оказалась только Аделина. Именно ею оказались заняты все мысли Константина. Внутри неожиданно возникла давно забытая зависть, что девушка разжилась столь удобным средством передвижения, а он, в свою очередь, никак не мог скопить даже на нормальную походную обувь, прозябая в старых стоптанных ботинках, периодически натиравших левую пятку.
– Дядя Костя, – мальчишка обратился к своему спутнику, устало переставляя ноги, – а что если мы просто переночуем прямо на дороге?
– В целом, я бы согласился с такой идеей, – задумался курьер, – но мне никак не дают покоя те люди, что столь лихо расправились с твоими провожатыми, да и чертов медведь не прибавил решимости коротать ночь посреди дикой природы.
– Прошло почти два дня и за это время мы встретили лишь девушку, – проговорил Миша, – может никто на меня уже не охотиться?
– Может – да, а может – и нет, – Костя не стал бы доверять чутью ребенка, полагая, что в округе происходит нечто экстраординарное, но он понятия не имел что именно, поэтому предпочел бы остаться настороже, нежели успокоить себя мыслью, что все закончилось.
Стало темнеть. Черные силуэты кустов подбирались к дорожному полотну. Сети плесени, опутавшей ветви, лохмотьями свисали до самой земли, превращая обычный земной пейзаж в нечто неведомое и инопланетное, словно Землю захватили фантастические бактерии. К несчастью, всему виной оказалось именно людская безалаберность и неосмотрительность, но какая теперь разница кто прав, а кто виноват?
– Все – привал, – курьеру надоело бессмысленно тащиться по дороге в сгущающихся сумерках, все равно они уже не дойдут до ближайшей деревни и придется ночевать под открытым небом.
– Прямо здесь? – удивился мальчишка.
– Особого выбора у нас нет, – Костя пожал плечами, скинул рюкзак со спины и бросил его на пыльный асфальт.
– Может лучше сойти с дороги, – мальчику было не по себе оказаться на трассе ночью, будто в полной темноте по дороге неожиданно мог промчаться многотонный грузовик и ненароком переехать путников.
– Не лучше, – бросил курьер и стал копаться в рюкзаке, собираясь полакомиться сушеной рыбой и завалиться спать, пока еще окончательно не стемнело.
– Разве не нужно собрать хворост для костра, чтобы ночью огонь отпугивал диких зверей? – мальчишка никак не унимался, словно впервые оказался в походе без взрослых.
– В этих местах хворост запросто может тебя схватить за ноги и утащить глубоко в лес, где какое-нибудь плотоядное дерево обглодает твои косточки так быстро, что ты даже не успеешь позвать на помощь, – усмехнулся курьер, лакомясь рыбой и запивая трапезу водой из пластиковой бутылки.
– Тогда нужно спать по очереди, – авторитетно заявил Миша, чем знатно позабавил курьера, который не смог удержаться и рассмеялся.
– Что? – Смутился мальчишка. – Я что-то не так сказал?
– Ты похож на юного скаута, – Костя отсмеялся, понимая, что мальчик вполне может обидеться.
– На кого? – растерялся Миша, раньше он никогда о таком не слышал.
– Черт, все время забываю, что ты родился намного позже…
Странно было разговаривать с человеком, который никогда не видел многочисленных благ навсегда утерянной цивилизации, не пользовался интернетом, не прозябал часами в телефоне, не смотрел кинофильмы в переполненном кинотеатре и наверняка ничего не знает о музыке, хотя в больших поселениях изредка встречались люди, умеющие играть на гитаре. Даже приблизительно рассказать о потерянном мире оказалось чрезвычайно сложно, тем более, что Костя был уверен, что мальчишка ничего толком не поймет.
– Сейчас я немного подремлю, а ты растолкаешь меня, когда на небе взойдет Луна, – предупредил он Мишу.
– Я буду сидеть в темноте один? – он оказался не на шутку напуган.
– Ну, я же все это время буду рядом, – курьер нахмурился, не понимая, чего он так боится, – если что-то тебе не понравится – звук, тень. Да даже если просто что-то померещится – сразу смело буди меня. Поверь, это может спасти жизнь нам обоим.
– Мне все равно не по себе, – подросток поежился, хотя все еще было достаточно тепло и даже немного душно, словно неподалеку собиралась гроза.
– Ладно, – Костя вынужден был признать, что сегодня можно сделать небольшое исключение и запалить костер, тем более не понаслышке знал, что ночью никто из людей по дороге не бродит, а значит непрошенных гостей ждать не стоит. – Можно сообразить небольшой костерок, но только в целях личной безопасности.
Мальчишка сразу расцвел, в два счета очутился на ногах, собираясь тотчас заняться поисками хвороста и дров, но курьер жестом остановил его.
– Не торопись так, малец.
– Что еще? – Он нетерпеливо переминался с ноги на ногу.
– Пойдем вместе. Еще не хватало, чтобы тебя утащил какой-нибудь мутант.
Мальчик тотчас побледнел, наслышанный о разнообразных тварях, населяющий новый мир, но сам он еще ни разу ни с чем таким не сталкивался, за исключением разъярённого медведя, которого удалось застрелить сегодня утром.
– Не хватай все подряд, – предупредил его Костя, выбирая сухие ветки, не зараженные плесенью. – Ты и так без перчаток.
– А разве они помогают? – Вопрос оказался скорее риторическим, и Костя вынужден был признать, что понятия не имеет.
– Все равно лучше не брать эту гадость руками, иначе она в два счета переселиться на кожу и к утру ты можешь превратиться в мумию, опутанную этой дрянью, которая высосет из тебя все соки. Уж поверь, я тут такого навидался.
Он и сам не знал, почему вдруг стал так переживать за парня, ведь по сути он едва с ним знаком и наверняка вскоре их дороги разойдутся. Возможно даже, что они больше никогда не встретятся, так какая разница, поразит его плесень сейчас или он погибнет немного позже. Костя вообще не верил, что у человечества есть шанс победить заразу и склонялся к мысли, что население планеты в ближайшие годы полностью исчезнет, оставив Землю новому хозяину.
Как курьер не старался присматривать за мальчишкой, тот все равно набрал плохих дров, на которых то тут, то там виднелись вкрапления фиолетовой плесени, но что было с этим поделать? Нельзя же следить за парнем все время.
– Честно говоря, я бы на твоем месте сжег всю одежду, – курьер указал Мише на заразу, что уже перебралась на рукав куртки и пятном выделялась на светлом фоне бежевой ткани.
– Вот черт! – мальчишка впервые выругался и стал спешно стягивать одежду, намереваясь на самом деле сжечь ее в огне, но Костя остановил испуганного подростка. Взял его куртку и одним махом оторвал пораженный рукав.
– Так будет лучше, – он вернул одежду мальчишке, – впредь будь осторожен и старайся вообще не прикасаться к этой дряни, иначе тебе уже ничего больше не поможет.
– Но как это вообще возможно? – Подросток выглядел расстроенным. – Мы же наверняка вдыхаем ее споры?
– Я в этом практически уверен, – больно было это признавать, но Миша наверняка оказался прав, жаль, что проверить эту теорию было нельзя. – Именно поэтому наш век теперь так недолог.
В памяти тотчас возникли лица людей, что безвозвратно ушли из его жизни – мать, отец, брат и многие-многие другие, некоторых имен он уже не мог вспомнить, но знал, что когда-то все они были рядом с ним.
– Думаю этого хватит, – Костя опустился на четвереньки, сложил сухие веточки, поднес зажженную спичку и тотчас заполыхал крохотный костер, – а теперь советую тебе немного подкрепиться и заступай на вахту, а я пока немного передохну. День, знаешь ли, выдался так себе.
Раненое плечо все еще давало о себе знать и Костя много отдал бы за одну-единственную таблетку обезболивающего. Парнишка по-турецки уселся перед костром, вооружился палочкой и стал ворочать угли, изредка вздрагивая, когда над лесом ухал филин. Курьер вытянул ноги к огню, подложил под голову рюкзак и поправил кобуру на ремне, чтобы сразу выхватить оружие в случае опасности, а закрывая глаза невольно подумал, что вынужден довериться первому встречному и понял, что парнишка за столь короткий срок действительно стал своим.
Миша посмотрел на заснувшего мужчину и удвоил бдительность, понимая, что теперь отвечает не только за свою, но и за чужую жизнь. Время тянулось нестерпимо медленно, веки, то и дело, норовили сомкнуться, бесконечная зевота совсем измучила ребенка и казалось, что рот просто порвется. Курьер спал так крепко, что начни прямо сейчас стрелять пушки, то вряд ли бы проснулся. По крайней мере, Мише так казалось, ведь дядя Костя даже не шевелился и порой чудилось, что даже не дышит. В такие тревожные минуты мальчику хотелось броситься к нему и начать тормошить за одежду, лишь бы убедиться, что с мужчиной все в порядке и он не остался на дороге в полном одиночестве, но он никогда бы не посмел так сделать, хотя справляться со страхом с каждой минутой становилось все сложнее и сложнее. Мерещилось, что вокруг двигаются незримые существа, подползают невидимые щупальца, за спиной встает недруг, готовый напасть в любую минуту, а каждый шорох ветра будит неведомое зло в лесной чаще.
Когда дядя Костя неожиданно всхрапнул и повернулся на бок, Миша чуть не умер от страха. Вскочил на ноги и замер на месте, уставившись на курьера, который вскоре снова замолк и тихонько засопел.
К счастью, ночь оказалась не столь темной, какой представала в воображении мальчика. Небольшой круг света от огня, освещал пятачок, где ютились путники. Миша изредка подбрасывал в костер дрова, не давая ему совсем зачахнуть, но, в то же время, старался экономить топливо, зная, что рассвет наступит еще не скоро.
До его слуха внезапно донеслось подозрительные шлепки. Мальчик напрягся и застыл на месте, вслушиваясь в звуки леса, что продолжали тревожить не на шутку разыгравшееся воображение. Звуки напоминали шлепки босых ног, но какой безумец отважился бы путешествовать ночью, да и еще без обуви? Зверь? Стоит ли будить в это случае уставшего и раненого спутника или еще немного подождать? Но тогда не станет ли слишком поздно, ведь дядя Костя сам предупреждал, что лучше перестраховаться.
Когда звуки стали слышны достаточно отчетливо, подросток не сумел совладать с нервами и начал дергать мужчину за левую брючину, боясь даже шептать, полагая, что враг вполне способен его услышать. У него напрочь вылетело из головы, что любой, кто находится вне круга света костра наверняка прекрасно их видит, тогда как сам скрывается в темноте.
– Дядя Костя! Да проснитесь же вы! – Мальчик уже перестал дергать его за штанину и откровенно хлопал по ноге, стараясь привлечь внимание и наконец разбудить.
– А? Что? – Костя осоловело оглядывался вокруг, с трудом понимая где находится и что произошло. Он выхватил из кобуры револьвер и устремил свой взор в темноту, как будто мог хоть что-то разглядеть.
– Там кто-то есть, – заявил подросток, – прислушайтесь.
Шлепки как назло тотчас затихли и теперь слышалось только стрекотание цикад в зарослях близ дороги.
– Ты уверен? – он мгновенно проснулся и сейчас внимательно вслушивался в каждый посторонний звук, который бы не имел отношения к обычному ночному фоновому шуму.
– Кажется – там, – Миша ткнул пальцем Косте за спину, заставляя его тотчас повернуться и попытаться хоть что-то разглядеть в темноте, но, как назло, ничего там не видел, за исключением тёмного полотна асфальтовой дороги.
– Ничего не слышу, – Костя неожиданно разозлился на мальчишку, что тот позволил уговорить себя разложить костер, благодаря которому к ним теперь мог беспрепятственно подобраться незамеченным любой идиот, особенно если у него совсем недобрые намерения.
– Пожалуйста, не стреляйте! – казалось, что тёмный силуэт возник из ниоткуда, он вырос перед двумя изумленными путниками в мгновение ока.
– Мать твою! – Костя не смог сдержаться и чуть не выстрелил в неожиданно появившегося мужчину, который выглядел так, словно в одиночку пересек Сахару на свои двоих. – Ты совсем спятил? Я же мог тебя пристрелить!
Курьер и сам не понимал как ему удалось сдержаться и не спустить курок, внутренняя дрожь никак не желала его отпускать, а незнакомец продолжал нависать над ними, переминаясь с ноги на ногу. В его глазах читался неподдельный ужас. Он беспрестанно оглядывался, словно его преследовал адский цербер, взявший след и возжелавший забрать душу грешника обратно в преисподнюю.
– Ради всего святого, простите меня, – теперь мужик совсем не выглядел таким пугающим, скорее он сам оказался здоров напуган, боясь, прежде всего подходить к вооруженным незнакомцам.
– Болтаться ночью довольно плохая идея, – проворчал Костя, но когда незнакомец сделал несколько шагов вперёд и огонь костра осветил его одежды, то ненадолго замолк, пытаясь справиться с охватившим его изумлением.
– Мне стыдно просить вас об одолжении, но у вас случайно не найдется хоть немного воды? – он продолжал стоять, не собираясь садиться, пока ему не разрешат.
Мальчишка тотчас полез в свой вещмешок за фляжкой, но Костя знаком показал ему, что сейчас не стоит выдавать незнакомцу все свои секреты, поэтому дотянулся до своей пластиковой бутылки, где плескалось чуть меньше литра и протянул ее мужчине.
– Угощайся, братишка, – тот неожиданно вздрогнул от такого обращения, протянутая рука на мгновение замерла, но вскоре он сумел справиться с собой и принял емкость, аккуратно открутил крышку и сделал несколько долгих глотков. Пока он пил, Костя сумел рассмотреть его получше, отметив, что тот одет в грубое холщовое рубище, подпоясанное обыкновенной веревкой. На ногах не обнаружилось никакой обуви, а из-под рубища выглядывали грязные пальцы. Косте сразу стало понятно, что за звуки почудились мальчишке, мужчина действительно путешествовал босиком, издавая характерные шлепки при ходьбе по асфальту.
По довольно широкой бороде незнакомца скользнули две капли и упали на пыльную дорогу. Напившись он утер рот тыльной стороной ладони и вернул бутылку владельцу, но Костя не спешил принимать ее обратно, предложив мужчине присесть.
– Ты либо очень смел, либо крайне безрассуден, раз пустился в путь под сенью Луны, – иногда Косте нравилось изъясняться таким образом, такая манера речи сбивала с толку собеседника, и тот нередко терялся, не зная, чего можно ожидать от человека, который выражается так высокопарно и поэтично.
– Я – беглец, – без всяких предисловий выдал мужчина и надолго замолчал, боясь встречаться взглядом с мужчиной или мальчиком, который до сих пор не проронил ни слова и смотрел на него как на иноземное чудо-юдо.
– Я не судья, чтобы приговаривать тебя к наказанию, поэтому мне плевать на то, что ты совершил, если ты не замышляешь зла против меня или моего юного спутника, но если ты совершил нечто опасное, то тебе лучше уйти, – после этой тирады Косте пришлось перевести дух и внимательно наблюдать за реакцией собеседника, который даже не взглянул на него, а продолжал безотрывно вглядываться в огненные всполохи.
– Я адепт, точнее сказать бывший адепт «Светоча», – выпалил незнакомец, но ни Костя, ни Михаил ничего не поняли из его путаных объяснений.
– Адепт «Светоча»? – Косте показалось, что он ослышался, ведь раньше ничего подобного он никогда и ни от кого не слышал. – Секта?
Незнакомец грозно зыркнул в его сторону, обжигая гневным взором, но мгновенно успел потушить эту попытку напугать собеседника.
– Я бы не посмел называть «Светоч» сектой, – он сказал это не со злым умыслом, скорее с предупреждением, что впредь не стоит так при нем выражаться.
– Ну извини, – курьер виновато развел руками. Револьвер теперь покоился в кобуре, но та все еще оставалась расстёгнутой, и он мог мгновенно выхватить оружие, если незнакомец вдруг поведет себя агрессивно.
– Тебе не за что извиняться, тем более, что меня с ними более ничего не связывает.
– Так ты покинул братство? – Костя решил, что заменить секту братством будет куда разумнее, чтобы лишний раз не раздражать гостя.
– Нет, – он отрицательно покачал мохнатой головой, – я сбежал.
– Потерял веру? – Костя вообще не представлял, что в новом мире можно еще хоть во что-то верить. В ответ мужчину лишь хмыкнул и промолчал.
– Вера здесь совсем не при чем, – он произнес эти слова не сразу, будто мысленно взвешивал, что стоит говорить, а о чем лучше вообще не упоминать. – Я был глупцом, когда решился примкнуть к братству. Думал, что эти фанатики просто затеяли какую-то игру. Меня подкупила бесплатная кормежка, а глупые молитвы я списал на часть дурацкой затеи. Думал, что можно молиться любому истукану, если за эту малость тебе не дают подохнуть от голода.
– Не слышал, что в этих краях все еще остались церкви, – вымолвил Костя, но мужчина вновь взглянул на него странно.
– Ты и вправду ничего не знаешь о «Светоче»? – казалось он все еще сомневается в правдивости Костиных слов.
– Никогда, – здесь курьер слукавил, до него изредка доходили пугающие слухи о некой секте, но он никогда не видел ее адептов вживую и искренне считал все россказни об этом обыкновенными байками.
– Держитесь от них подальше, – предупредил незнакомец и поспешно поднялся на ноги. – Мне лучше продолжить путь. Не хочу, чтобы у вас из-за меня возникли проблемы. Советую никому не говорить, что встретили меня. Я не знаю, как поведут себя эти люди, если узнают, что вы меня видели.
– Что же это за звери-то такие? – неожиданно заговорил Миша, хотя весь разговор молчал и завороженно слушал чужака.
– А вот это вполне точное определение, малец, – он грустно улыбнулся, окинув взором ребенка, которому тоже не следовало оставаться на пустынной дороге кромешной ночью.
– Возьми, – Костя протянул ему бутыль с оставшейся водой, и мужчина благодарно принял этот подарок. – И это.
Курьер держал в руке несколько рыбин, но мужчина отрицательно замотал головой, отказываясь от провианта, и Костя не решился настаивать.
– Вы и так слишком добры, а я вас здорово напугал.
– Это ничего, – проворчал Костя, хотя всего полчаса назад мог поклясться, что запросто выстрелит, если незнакомец вдруг выкинет фортель.
– Пусть будут благословенны ваши дни под этим небом, – бывший адепт поклонился им, повернулся спиной и зашлепал вдоль дороги, вскоре скрывшись в темноте, словно его никогда и не было.
– Мне ведь это не приснилось, – Миша хотел ущипнуть себя, чтобы убедиться, что не спит и этот разговор ему не почудился.
– Если этого парня преследуют сектанты, то я ему не завидую.
– Вы что-то знаете о них? – заинтересовался подросток, хотя совсем недавно безумно хотел спать, а после разговора с незнакомцем сон как рукой сняло.
– Всякие жуткие небылицы, – попытался отмахнуться Костя, но тотчас в памяти возникли обрывки разговоров, которые теперь виделись совсем в ином свете.
И зачем этому человеку понадобилось сбегать от сытой жизни? Что вообще могло так напугать здорового крепкого мужика, что он решил скрыться? Холодок пробежал по спине, заставляя поежиться. Костя подхватил пару поленьев и бросил в костер, ответивший ему снопом искр, взметнувшихся к ночному небу.
– Можешь отдыхать – теперь я подежурю, – не то, чтобы Костя не испытывал большого доверия к юному напарнику, но поймал себя на мысли, что оказался крайне беззащитен, переложив ответственность на ребенка, а ведь этот адепт вполне мог быть обыкновенным сумасшедшим и запросто прирезать обоих во сне, если бы мальчишка не удержался и заснул.
– Я не очень хочу, – рассказ незнакомца произвел на парня большое впечатление.
– Это не просьба, – настаивал курьер, – завтра снова будем идти весь день и тебе надо набраться сил.
Спорить со старшим не имело смысла, поэтому мальчик свернулся калачиком, подложил под голову свою поклажу и уставился на костер. Курьер уселся поудобнее, вытащил револьвер из кобуры и положил прямо на асфальт, полагая, что так будет гораздо проще схватить его, если еще какой-нибудь чужак попытается снова зайти на огонек.
– Вам бывает страшно? – неожиданно спросил Миша, подняв на него глаза.
– Все время, – честно признался Костя. – Если бы я ничего не боялся, то наверняка давно бы сгинул, а теперь спи.
Казалось, что мальчишку полностью удовлетворил такой ответ. Он смежил веки и вскоре заснул, оставляя напарника в одиночестве. Стоило в небесах взойти Луне, как Костя поднялся и затоптал ногой костер, мгновенно оказавшись в темноте, освещаемой лишь ночным спутником.