В этом выпуске «Тайной двери» о фэнтези мы говорим с Еленой Ядренцевой, автором цикла «Нарушители», который вышел в 2025 году в издательстве «Абрикобукс».
Елена родилась 27 декабря 1994 года в Москве, живёт в Москве и Подмосковье. Окончила журфак МГУ, Высшие литературные курсы, магистратуру НИУ ВШЭ «Литературное мастерство».
Участник ежегодного совещания молодых писателей Союза писателей Москвы (2015, 2018), финалист конкурса на лучшее произведение для детей и подростков «Книгуру» (2020) и конкурса «Книга года 2022» в номинации «Поколение Некст».
Печаталась в журналах «Юность», «Таллинн», писала для журнала «Мир фантастики» в качестве рецензента. Сотрудничает с издательствами «Время» и «Абрикобукс». Работает репетитором и редактором.
Пишет, чтобы кому-то стало грустно, а потом снова радостно, а потом — и так, и эдак; чтоб человек мог перенестись в воображаемый мир, перевести в нём дух и с новыми силами вернуться в мир реальный. В детстве и юности о других мирах просто мечтаешь; иногда, вырастая, ты можешь рассказать о них другим, и это — самый большой подарок.
— Какая фэнтези-книга стала для вас первой (или самой важной) в детстве или подростковом возрасте?
«Властелин колец» Толкина. Дело в том, что до того я читала в основном советскую и зарубежную классику (Гайдар, Жюль Верн, Том Сойер), немножко советских и около литературных сказок, очень это всё любила, но тут вдруг встретила что-то совершенно новое — другой мир! магия! другое всё! размах! придуманный язык! Мне было девять лет, я лежала в больнице, и старший брат вдруг передал первый том. И всё. «Хоббита» прочитала раньше, лет в семь, тоже очень любила, но мир перевернулся всё-таки попозже.
— Какая фэнтези-книга вам сейчас ближе всего — как читателю?
Первой на ум приходят «Дамы из Грейс-Адье» Сюзанны Кларк. Про неё часто говорят «это как если бы в книгах Диккенса была магия», мол, стилизация под XIX век с фантастическими допущениями, но мне в ней нравится не столько основательность, хотя она достойна восхищения тоже, сколько смешение чудесного и обыденного — вот герой выбирает путь священника, приезжает в свой приход и почти случайно принимает роды у похищенной эльфом женщины (рядом попросту нет других врачей), и потом этому же эльфу оказывается родственником, а эльф так-то людей не любит, мягко говоря — и что герою со всем этим делать?
И всё это происходит вперемешку с чаепитиями, верховыми прогулками, всякими обсуждениями наследства, и так сразу и не поймёшь, в обычном ты мире или уже в волшебном; и вот эта обманчивая будничность чудес для меня самое главное.
— Какой фэнтези-книги (своей или чужой) вам самой не хватало в юности?
Такой, где наш, обычный, мир и другой мир смешиваются, а не противопоставлены; и где герои не вырастают из сказки, не отвергают её, не закрывают навсегда дверцу в волшебный сад (и не перестают в неё пролезать, поскольку взрослые), а учатся жить с опорой на знание о том, что условный волшебный сад — есть и их всегда там ждут. Не исключают сказку из жизни, а вплетают в неё — и делаются сильнее.
Читайте также у нас на Дзене:
«Нарушители» Елены Ядренцевой — изнанка сказки
Ещё ужасно не хватало книги, где пережитые чудеса и испытания меняют героя — где он не просто растёт и линейно становится круче и круче, чтоб сразиться с главным злом/добиться цели, и не просто движется из точки А в точку Б, а проживает происходящее — как мы с вами. Да, конечно, у того же Толкина всё это есть, и тот же Фродо никогда уже не станет прежним после своего пути, но в среднем этого так мало! Вот герой встретил наставника, а вот он уже — хоп! — и в сердце чуда, а сам ещё первую встречу толком не осмыслил.
Я часто думаю, что даже одного рядового события из фэнтезийных книг обычному человеку хватило бы, чтобы обдумывать всю оставшуюся жизнь;
и вот такую книгу я написала сама — «что остаётся от сказки потом, после того, как её рассказали». Как себя чувствуют герои в паузе между ключевыми событиями, на изнанке экшна, до и после битвы. Что с ними делают их приключения, и хотят ли они всю жизнь совершать красивые, сюжетогенные поступки или в какой-то момент решат просто пожить. Что бывает после того, как рыцарь отвоевал свою принцессу. Пару раз мои книги называли психологическим фэнтези, и мне это очень нравится.
— Поделитесь своим топ-3 или топ-5 фэнтези авторов — на любом языке, любого времени, не обязательно книги.
- Дж. Р. Р. Толкин (потому что с него в моём случае всё началось).
- Терри Пратчетт (потому что в его историях невероятно много любви к людям и надежды).
- Сюзанна Кларк (за обстоятельность и будничность чудес).
- Джо Уолтон (за изнанку сказок и за понимание, что сказки не избавят от необходимости взрослеть, но могут в этом помочь).
- Мелисса Альберт (за персонажей страшных сказок, расхаживающих по улицам; за адаптацию этих персонажей в нашем мире после того, как их сказка наконец закончилась).
— Почему вы пишете фэнтези? Что именно привело вас в этот жанр?
Волшебство. Возможность писать взрослые (внежанровые) сказки.
— Какой была ваша первая фэнтези-история или даже фэнтези-замысел (не обязательно ставшие книгой) — о чём, в каком возрасте вы её задумали, поделились ли с кем-то?
Лет в десять–двенадцать их было сразу несколько: про попадание героини к каким-то совершенно безумным родственникам в волшебный мир, вот она ждёт в гости подругу — а тут вдруг такое, и как же подруга, она ведь обидится; про попадание целого класса (кажется, вместе с учительницей) в волшебную крепость…
Я все их записала, показала часть одноклассникам (странный способ коммуникации, но я до сих пор так делаю — просто показываю тексты всем, кто хочет читать), разозлилась, что не могу закончить ни одну, и вскоре выбросила.
Потом, лет в тринадцать, появилась история про девочку-мага, которая ни в одном месте не может задержаться надолго, её буквально вышвыривает некой зловещей волшебной силой, и это значит — надо есть впрок, спать впрок, всё своё держать при себе, ни к кому не привязываться, ни во что не верить, и из этого замысла в итоге выросла первая изданная книга — «Фуга».
— Есть ли в фэнтези такое, чего нет ни в одном другом жанре?
Магия как основа мира, чудо как часть мироздания.
— Фэнтези и реализм часто считаются противопоставленными. Как вы относитесь к этой точке зрения?
Очень плохо отношусь, потому что чаще всего это противопоставление происходит в духе: «Вот у нас реализм, литература с большой буквы, а вот фэнтези — ну это так, всё баловство, для развлечения». И неважно, что книги, написанные в реалистическом методе (нет чудес, мир обычный) тоже могут быть низкого качества (плохой язык, сюжетные штампы, плоские герои, etc) и что фэнтези превосходно может нести высокие идеи, и расширять кругозор, и растить опыт души.
Ещё больше меня расстраивает связка: «реалистичный = грустный, печальный, мрачный». Почему, откуда? Да, печали в мире хватает, но и хорошие истории ведь вполне случаются. Я до сих пор помню, как в одной из своих первых, юношеских повестей сравнила продавщицу в ларьке с феей (старенькая, участливая, милая), а тогдашний мастер с ходу исправил: ты что, какая фея, у неё же муж-алкаш. Вот почему наличие условного пьющего мужа как-то приравнивается к а) реалистическому тексту, б) качественному тексту, и почему вообще нам так нужно добавить чернухи даже в самую светлую историю, и как эта любовь к печальному делает фэнтези хуже реализма, а реализм — якобы лучше, выше, правильнее, чем фэнтези?
Почему под реализмом мы автоматом подразумеваем лучшие образцы текстов, игнорируя все романы категории «Б», а под фэнтези — наоборот, худшие? «Пиши о том, что видишь из окна». А если я не хочу или хочу не только об этом, что тогда?
Фэнтези тоже может быть вполне реалистичным — в рамках того мира, где разворачивается история. Для меня важнее всего художественная целостность и психологическая достоверность, а не метод/жанр.
— Что бы вы ответили человеку, который считает фэнтези «вторичной», «низкой» литературой?
Что фэнтезийный сеттинг никак не мешает сложности, многоплановости, психологической достоверности; что дело в авторе и в его авторской задаче, а не в жанре; что качественный развлекательный роман написать не так-то просто, а фэнтези давным-давно выросло из детских «развлекательных» штанишек (если вообще когда-либо в них оказывалось); что в основе того же «Властелина колец» лежит не только эрудиция профессора-лингвиста, но и опыт человека, участвовавшего в Первой мировой войне; что в романах Терри Пратчетта поднимаются вопросы межрасовой вражды, предвзятости, служебного долга, той же самой зависимости от алкоголя, посмертной жизни, в конце-то концов, и того, что вообще такое — честный человек; и если кто-то видит в героях гномов и троллей и закрывает книгу, то он сам себя многого лишает.
— Есть ли такие темы в детской и подростковой литературе, которые лучше всего раскрываются именно через фэнтези?
Взросление, поиск себя, понимание Другого (с большой буквы). Потому что именно в фэнтези герой может встретить кого-то максимально на себя непохожего, оказаться в максимально странных местах, и сюжет будет всё это предусматривать, не надо будет «натягивать сову на глобус», т.е. изощряться и придумывать случайности.
— Почему фэнтези так сильно «цепляет» подростков?
Потому что показывает другие миры, подспудно или напрямую сравнивает их с нашим и одновременно показывает, что
человеческие проблемы во всех мирах одинаковы; ещё именно фэнтези даёт возможность понаблюдать за героями в пограничных ситуациях
— и при этом в фэнтези героям есть что противопоставить обстоятельствам.
— Что вам больше всего вдохновляет в фэнтези и возможностях жанра: мифы, история, магия, возможность выдумывать миры, что-то другое?
Отсутствие границ. Сюжет может повернуть буквально куда угодно, и никто не упрекнёт в недостоверности (если только ты не выйдешь за рамки собственного мира, но ведь и мир может расти и расширяться). Твой мир — твои (и его собственные) правила. А ещё можно именно нашему миру добавлять (более явную, чем в действительности) сказочную подкладку или сравнивать с другими, а контраст — всегда интересен.
— Какая тема/образ/мотив из фэнтези вам никогда не надоест?
Наставничество! И переход из одного мира в другой, и возвращение в родной мир с новыми знаниями, в том числе и о самом себе, и резкое перемещение из мира, где всё (ситуативно) против тебя в мир, где тебе рады, и наоборот. Разница биографий, разница культур, поиск общего языка между героями, которые и встретиться-то не должны были.
— Есть ли какой-то вопрос, который вы бы хотели задать другим авторам фэнтези (или конкретному автору, не обязательно из современников) — и почему?
Если только сказать спасибо (всем, кого выше перечислила, но Толкину — особенно).
— Как фэнтези может помочь подростку пережить трудное время?
Во-первых, фэнтези качественно отвлекает, позволяет буквально набрать воздуха, прежде чем снова нырять в трудную (разноплановую, порой непонятную, порой печальную) реальность; а во-вторых,
с героев фэнтези отлично брать пример (они смогли выиграть битву — ну и я напишу контрольную). Этакое дистанционное наставничество.
— О чём бы вы хотели написать в жанре фэнтези, но пока не решились?
Ещё недавно сказала бы, что о девочке-подростке, которая после жизни в волшебном мире пытается адаптироваться к нашему, вот только тот мир её не поддержал, а наоборот, сломал, почти уничтожил; но как раз недавно такую книгу я всё-таки написала, называется «Неверморе».
И ещё одну, вот вокруг этой пока хожу кругами: как человек настолько привык, что ему плохо, и его не любят, и он сам себя не любит, что, когда попадает в более дружелюбную среду, где никто никого не ненавидит за ошибки — не может там освоиться, не может её принять, ему некуда положить любовь, нечем освоить.
И ещё: историю о человеке, которому в силу обстоятельств вдруг стало легче жить, и он с ужасом обнаружил, что до того с ним было нелегко. Что ревновал по мелочам, завидовал, переворачивал чужие слова в голове на 180 градусов, видел ущемленную гордость там, где никто на неё и не покушался и т.д., и т.п. Сколько же нужно было со мной говорить, думает человек, как же нужно меня любить, как они все меня терпели. А штука-то в том, что он и до того был ничего и что вот эти его мелкие грехи и несовершенства — новость только для него самого.
— Что самое важное, что может дать фэнтези подростку — прямо сейчас?
Ответ на вопрос: кто я, на кого я похож, как мне найти своих, к чему мне стремиться, что мне делать дальше.
— Какую бы нонфикшн-книгу (или две, или три, или пять) вы бы посоветовали почитать начинающему автору, который только планирует попробовать себя в создании фэнтези-истории?
Письма или мемуары своего любимого автора, даже не обязательно фэнтези, просто того, от чьих историй сердце бьётся быстрее. Я читала письма Толкина (о, эти сложные отношения с издателями!), «Дзен в искусстве писательства» Рэя Брэдбери, «Комментарии к пройденному» Б. Н. Стругацкого, «Опечатки» Терри Пратчетта, «Золотую розу» Паустовского и много чего ещё. Мне кажется, тут важны даже не секреты мастерства (они у каждого свои, каждый сам выбирает способы и инструменты, чтобы добиться выполнения собственных задач), а ощущение «мы в одной лодке, ты и я, я тоже это проходил, я справился — и ты сможешь»; и в случае фэнтези-писателей: «да, я ТОЖЕ мучился (и наслаждался, не без этого), когда пытался продумывать мир».
Ещё мифы и саги! Лучше не сами по себе (да и тогда это уже был бы самый что ни на есть фикшн), а с комментариями. Тысячи их: Якопо Сильвестре «Мифы леса», Б. И. Пуришев «Зарубежная литература средних веков» и прочее, и прочее. Тут главное почувствовать себя в мире, где всё — небо и реки, поля и леса — было живым, и отзывалось, и взаимодействовало, и каждая тропа могла вести в другой мир (подземный ли, изнанку ли обычного, ещё какой-то).
О фэнтези нам рассказали и другие его авторы:
🟢 Все выпуски проекта «Тайная дверь»