Моя жизнь, мама,
Как черно-белое кино.
Все вроде бы неплохо,
Но всегда есть одно "НО".
Понять нелегко, почему все именно так,
Именно так, и не иначе.
Что это значит?
Пожелай мне удачи, мама!
Баста
Встреча с новым боссом прошла без эксцессов: он был не в курсе наших похождений недельной давности. Невероятное облегчение.
Правда, немало напряглись, когда он повёл нас знакомиться с охраной.
Острый момент! Кто-кто, а эти ребята запросто могли нас опознать.
Если мы оказались правы, и фотограф всё-таки наделал шуму, подняв переполох в отеле, нас могли ждать крупные неприятности.
Но страхи эти гнездились исключительно в наших головах. В действительности всё прошло тихо, «без шума и пыли»:
В народе верно говорят
И ошибаются навряд:
«У страха глаза велики:
Чего нет, и то видят!»
Поэтому от страха не беги,
Будет то, что будет.
Иди навстречу страху смело
И делай своё дело!!!
Б.Аверин
Босс – по прошествии стольких десятков лет имя его не вспомню, да и тогда оно было чрезвычайно сложным для воспроизведения – вкратце рассказал про отель и подвёл нас к нашему рабочему месту.
Каких-то 50 метров отделяло нас от нашего прошлого. Проблемного, непрезентабельного, срамного.
Нынешнее рабочее место, позволившее нам выйти «из сумрака» и сменить статус нелегалов на статус особ, приближенных к стаффу, находилось аккурат у бассейна детского клуба.
Именно это «подполье» было ареалом обитания «персон нон-грата – особого вида приматов, к коим мы причислялись в ту пору.
Здесь мы кидали наши вещи, дабы не привлекать внимание, и разбредались по отелю в поисках еды и развлечений.
Эпизоды наших приключений, как следы назойливых мух, перепачкали всю память. Мы на них натыкались через каждый пройденный метр.
По спине в разные стороны сиганули мурашки. Ощущения были совсем не из приятных. Я поёжился.
И в этот самый момент босс задал вопрос. Хлоп! И «мухобойка» расплющила муху.
Этот вопрос вывел нас из состояния равновесия, которое и без того было настолько шатким, что на него и дышать-то было нельзя.
Неудобный, невыгодный, оголивший нерв.
«Парни, а что у нас с французским?» – невзначай поинтересовался пока ещё наш работодатель.
Не знаю, как у вас, босс, но у парней отмечалось полное отсутствие всякого присутствия французского языка.
Надо признаться, в школе я учил французский, но всё, что от него осталось, – это несколько слов, неуклюже барахтающихся на «заднем дворе».
Почувствовав, что «операция» близка к провалу, внутренний голос зафыркал, напыщенно завозмущался – не зря ж нападение зовётся лучшей защитой: «Какой такой французский?! Ишь ты, чего удумали! Не в Париж, чей, попали!»
А французский, собственно, вот для чего был необходим.
Стояла середина августа – время, когда сезон на курортах Эгейского моря потихоньку начинает сворачиваться и двигаться к своему эпилогу.
Отели ещё не пустуют, гости по-прежнему приезжают на отдых, но уже не в том количестве, как, скажем, месяцем ранее.
В нашем отеле основной контингент отдыхающих состоял из бельгийцев.
Основное население Бельгии условно можно разделить на три части: фламандцы – их примерно 58% – они говорят на нидерландском языке, валлоны – их 40% от общей массы – говорят на французском (столичный регион практически весь говорит на французском) и часть, населяющая восточные районы Бельгии (самая малая из всех), шпрехает по-немецки.
Наши гости и их дети говорили исключительно по-французски. Ну а мы… Как поросёнок из анекдота про цирк.
Яркая цирковая афиша: «Поросёнок, говорящий по-французски. Спешите видеть и слышать!»
Пестрота, разгул, волненье,
Ожиданье, нетерпенье,
Веселится и ликует весь народ.
М.Глинка
Конферансье пафосно объявляет: «На арене поросёнок Кошон, в совершенстве владеющий французским языком».
Выбегает Кошон – хвост крючком, рыльце пятачком – за ним выскакивает мужик в ватнике и ушанке с криком: «Parlez‑vous français? (с фр. – «Вы говорите по-французски?») Свинья ты такая!»
Хватает хрюнделя за хвост, а тот ему отвечает: «Уиии!» (от фр. «Oui» – «да»)
Вот так же и мы: только «уиии» да «уиии».
Тем не менее шефа нам удалось убедить, что наших коммуникативных навыков, невероятной харизмы, чертовского обаяния и атомной смеси белгородского с английским будет вполне достаточно для того, чтобы вместе с детишками месить глину и «выпекать мастеписы» (от англ. «masterpieces» – «шедевры»). Ну и опыта до кучи подкиньте в топку.
Кстати, про опыт… А был ли опыт?.. Не было и в помине. Но ведь не боги горшки обжигают, верно, друзья?
Вот такими hurluberlus (с фр. – «чудаки») мы были в то время.
Но, как говорил колоритный персонаж Костик из фильма «Покровские ворота»: «Спокойствие! Молодость — это мгновение. Вы не успеете оглянуться, как я изменюсь. И не в лучшую сторону. Каким рассудительным я буду! Каким умеренным стану я!»
Каким я стал по прошествии двадцати с лишним лет – судить не мне, но моё окружение довольно😊
Однако, как говорят французы: «Revenons à nos moutons» (с фр. – «Вернёмся к нашим баранам»).
Шеф, желая свернуть неприятный разговор, бросил нам: «Peki!» (с тур. – «Ладно!»
Пробурчав себе под нос: «Ak koyunun kara kuzusu da olur» (с тур. – «И у белой овцы бывают черные ягнята»), он отправился показывать нам наше рабочее место изнутри.
Нам, «последователям» Антонио Кановы, предстояло трудиться в «мастерской», состоящей из двух помещений.
В первом проходило «таинство» создания «нетленных произведений искусства», коими детишкам, резво щебечущим по-французски, предстояло хвастаться перед своими предками.
Здесь была масса интересного – по большей части даже не знакомого нам – инвентаря: всевозможные шпажки, направляющие, керамические ножи, палитры, скалки, молды и пр. И, конечно, разнообразные смеси, глина, шликеры.
Во втором помещении вершилась настоящая магия. В нём находилась печь для запекания глиняных поделок.
Она безмолвна и покорна,
Ей так союз по нраву ваш,
Меняет образы и формы,
И станет тем, что ты создашь.
А вот и он - момент рожденья,
Берёшь как чадо, чуть дыша,
Ведь даже в маленьком творенье
Твоё тепло, твоя душа...
Н.Пирогова
Удивительно, но мы довольно быстро освоили ремесло керамистов и даже умудрились не накосячить при работе с печью.
Ну что, всё, как в песне поётся?
Да, я на чиле, на раслабоне.
Я не спешу, времени море.
Делаю то, что хочу, ты понял.
Двести пропущенных на телефоне.
Белый песок под моими ногами.
Жаркое лето, мы отдыхаем,
На позитиве, я благодарен.
Д. Устименко (Джиган)
Ага! Как же! «На чиле» мы были ровно до того момента, пока не встал колом вопрос оплаты.
Она же составляла 10 евро в день (одному человеку). Неплохо, да?
«C'est fantastic! С`est magnifique! С`est formidable! С`est ёлки-палки!» – отвечу словами героини из фильма «Ребро Адама». Если коротко, то «всё хорошо, прекрасная маркиза».
Загвоздка была лишь в том, что на место керамиста нужен был только один человек. А нас было двое…
Опа! Танцуй, Россия, и плачь, Европа!
Выходило, что лишний должен был «выйти вон» – из детской считалочки слов не выкинешь:
Едем, едем темным лесом
За каким- то интересом!
Еретик- стук-звон!
Кто же лишний?
Выйди вон!
Не на таких напали! До сих пор нам удавалось выходить сухими из воды. Даже после «погружений по абонементу», с барского плеча пожалованных судьбой – и даже не с плеча, а с барского пинка.
Неужто мы не сумеем договориться с новым боссом и разрулить ситуацию в нашу пользу? Мы были уверены, что сможем.
Но шеф, не церемонясь, молча взял листок и нарисовал нам конструкцию с тремя опорными точками.
Будь он индейцем, подумали бы, что он имел в виду вигвам.
Но он был турком… Это был «фигвам». И нечего больше домысливать!
Фигу и луку мешок в придачу – это всё, что нам удалось выклянчить в ходе переговоров.
Фантазии о двух ставках нам пришлось оставить при себе.
Тем не менее мы были полны решимости: раз уж пришли вдвоём с Женей, то и работать будем вместе. Нам не привыкать выкручиваться. Как?
Немного терпения, друзья.
Продолжение следует.