Всем привет, друзья!
В истории каждого региона, каждой области есть имена, которые составляют его золотой фонд, его гордость и славу. К таким именам, без сомнения, принадлежит Александр Игнатьевич Рухлядев — человек, чья биография неразрывно связана с трудовыми буднями вятской земли и ратными подвигами на фронтах Великой Отечественной войны. Его жизнь, оборвавшаяся в самом расцвете сил в феврале 1945 года, стала примером беззаветного служения Отчизне, высокой ответственности за судьбу страны и глубочайшей любви к семье. Перелистывая пожелтевшие страницы фронтовых писем и дневников, мы получаем уникальную возможность прикоснуться к судьбе Героя, увидеть в нём не только легендарного командира, но и любящего мужа, отца, сына.
ОТ РАБОЧЕЙ СМЕНЫ К БОЕВЫМ РУБЕЖАМ
Родился будущий Герой в 1915 году в небольшой деревне Рябиновщина, что на Нолинской земле. Здесь, вдали от городского шума, прошли его детские годы, здесь он познавал азы крестьянского труда, здесь сформировался его характер — твёрдый, основательный, устремлённый к высокой цели. Получив неполное среднее образование в школе города Нолинска, Александр Рухлядев, как и многие его сверстники, был готов внести свой вклад в индустриализацию страны. Его трудовая биография была связана с Ново-Вятским комбинатом древесных плит, где он работал механиком. Коллектив, в который влился Александр Игнатьевич, был настоящей кузницей кадров. Молодой специалист быстро завоевал авторитет, став впоследствии заместителем главного механика.
Однако мирный труд был прерван. Уже в 1940 году Александр Рухлядев принял участие в советско-финляндской кампании, получив первое боевое крещение. А с июня 1941 года его судьба, как и судьбы миллионов советских людей, была навсегда перечёркнута Великой Отечественной войной. Он не мог остаться в стороне, когда враг угрожал самому существованию Родины.
ТАНКОВОЕ УЧИЛИЩЕ И ПИСЬМА ДОМОЙ
Осенью 1941 года Александр Игнатьевич — курсант танкового училища в Челябинске, одном из крупнейших промышленных центров, ковавших оружие Победы. Там, в глубоком тылу, шла напряжённая учёба, готовившая офицеров для фронта. В одном из писем домой от 31 августа 1941 года он делится с супругой Таисией Михайловной самыми сокровенными переживаниями, которые не мог заглушить даже напряжённый ритм военного училища. Его мысли постоянно возвращаются к родному очагу, к маленькому сыну Вадиму.
«Если б ты знала, Тася, как нелегко бывает порой вдали от родных, от семейного очага, — пишет он. — Мне часто вспоминаются ноябрь, декабрь 1939 года, когда вернулся из армии, как привыкал к Вадику и он ко мне, как он меня не признавал. Не получится ли снова такое? Ведь сын меня снова может забыть!» В этих строках — вся душевная боль человека, вынужденного разлучиться с самыми близкими людьми во имя выполнения священного долга.
Но жизнь продолжалась, и помыслы командира были устремлены в будущее. Уже в октябре того же года, находясь в городе Копейске, он сообщает родным о важнейшем решении: «Тася, после праздника я поеду на запад. Вчера написал письма А.А. Ермолину, Н.Ф. Созонтову, В.А. Созонтову. Прошу у них рекомендации для вступления в партию»
Вступление в ряды Всесоюзной коммунистической партии (большевиков) было для него не формальностью, а осознанным шагом, стремлением быть в первых рядах защитников социалистического Отечества.
В феврале 1942 года из Челябинска уходит ещё одно письмо, полное сдержанного оптимизма и заботы о семье. Он сообщает о предстоящей отправке на запад и просит жену: «Тася, прошу тебя, береги Вадима». И тут же добавляет деталь, характеризующую его как профессионала: «На днях получаю машину, которую немцы называют «советским мамонтом». Не знаю, проеду ли через Киров. А если и проеду, то увидеться всё равно не придётся: движение быстрое». «Советский мамонт» — так враг прозвал тяжёлые танки КВ.
ПЕРВЫЕ БОИ: ХРОНИКА МУЖЕСТВА
В начале марта 1942 года эшелон с танкистами прибыл в Москву, а затем в подмосковные Люберцы. 25 марта Александр Рухлядев был зачислен в действующую армию. Скупые, лаконичные строчки его фронтового дневника позволяют нам сегодня восстановить хронику тех огненных дней с почти документальной точностью.
30 марта 1942 года. 8 часов утра. Рота, в составе которой сражался старший лейтенант Рухлядев, пошла в атаку. В том бою бок о бок с ним шли Шевчук, Осадчий, Автомонов, Машуков. Результат боя — уничтожено два вражеских танка, противотанковое орудие, четыре пулемёта, три дзота. Но и машина Александра Игнатьевича получила серьёзные повреждения: три попадания, два из них сквозные, выведены из строя бак с горючим, масляный радиатор, разбит каток. Танк нуждался в ремонте. Последующие дни, 31 марта и 2 апреля, были посвящены восстановлению боевой машины.
Уже 1 апреля в бригаде появился приказ о представлении экипажа к правительственным наградам. А 3 апреля — новый жестокий бой за населённый пункт Усово. Рота атаковала трижды. В третий раз, оставшись с одним пулемётом, экипаж Рухлядева продолжал выполнять боевую задачу. В том бою был уничтожен ещё один танк, одно противотанковое орудие, четыре пулемёта, два дзота противника. Высока была и цена победы: экипажи Батищева, Борисова, Зайцева из атаки не вернулись — их машины сгорели. На следующий день, 4 апреля, в разведке погиб товарищ Машуков.
Вновь и вновь дневник фиксирует боевые будни: атаки на Овсянниково, бои в районе Самойлово, уничтожение вражеских блиндажей и наблюдательных пунктов. В этих скупых записях — огромное внутреннее напряжение, мужество и стойкость советского командира. В одном из коротких писем тех дней он сообщает жене: «Сообщаю: нахожусь на передовой. Ходил первый раз в атаку. Здоров. Представлен к правительственной награде».
В конце апреля 1942 года Александра Игнатьевича командируют на учёбу. С 6 апреля, как он с гордостью сообщает родным, он уже не кандидат, а член партии. Он направляется в Военно-политическое училище имени Фрунзе, готовившее политработников для Красной Армии. «Можете меня поздравить, — пишет он из Горького. — …Понимаете, как это здорово! Вот почему моё письмо сегодня развернулось на три страницы». Учёба должна была продлиться до сентября, но обстоятельства на фронте диктовали иные сроки.
ПРИЗНАНИЕ ЗЕМЛЯКОВ И ВНОВЬ НА ПЕРЕДОВУЮ
Весть о том, что бывший механик Ново-Вятского комбината древесных плит Александр Рухлядев награждён орденом Красного Знамени, молнией облетела его родное предприятие. На лесозаводе имени Степана Халтурина, где он начинал свой трудовой путь, партком поместил сообщение о подвиге земляка на самом видном месте. Ветераны и молодёжь, все, кто знал Александра, гордились его боевыми успехами. В цехе, где он работал, провели беседу о его боевых делах. Это было естественным проявлением единства фронта и тыла, неразрывной связи рабочего класса с армией.
Заводоуправление и партком обратились с ходатайством к начальнику училища: «Нельзя ли предоставить тов. Рухлядеву по окончании училища отпуск на несколько дней для приезда на завод и встречи с земляками. Его приезд вызовет в коллективе новый трудовой подъём». Это обращение — яркое свидетельство того, как высоко ценили на родине вклад Александра Игнатьевича в общее дело.
Но планам этим не суждено было сбыться. Уже в конце декабря 1942 года, после ускоренного выпуска, Рухлядев снова на фронте. «Спешу сообщить, что нахожусь на фронте, в действующей армии, — пишет он поздней ночью 23 декабря прямо из машины. — В боях ещё не участвовал, но скоро придётся. Сейчас думаю отдохнуть и увидеть хороший сон». Он уже не просто командир танка, он — заместитель командира роты по политической части. Новый, 1943 год он встречает на передовой, в кругу боевых друзей.
ГОСПИТАЛЯ, ЗАБОТА О СЫНЕ И ВНОВЬ В СТРОЙ
Война есть война. В июне 1943 года Александр Игнатьевич оказывается в госпитале в Челябинске. Ранение, к счастью, оказалось не тяжёлым. Он бодр и полон решимости вернуться в строй: «Очень быстро идёт дело на поправку. На днях выпишусь». Даже находясь на излечении, он думает не только о себе. В письме от 6 июня он сообщает: «Подписался на заём на 800 рублей, внёс 700 рублей на постройку танковой колонны». Это был личный вклад в ускорение Победы, жест солидарности со всем советским народом.
Сквозь все письма тех лет красной нитью проходит мысль о сыне. Вадим растёт без отца. В марте 1944 года из Челябинска уходит письмо, полное щемящей тоски: «Тася, ты не представляешь, как мне хочется побывать дома. Ведь Вадим уже большой. Ему 6 лет, седьмой. А видел я его в течение одного года. Приеду и снова не будет признавать. Как это горько и грустно!» Он переживает, что война крадёт у него самое дорогое — возможность быть рядом с ребёнком, видеть, как он растёт.
В конце июля 1944 года — новое ранение. На этот раз госпиталь находится под Казанью, в живописном месте Татарской АССР. «Скоро месяц, как ранен. Уже начинаю ходить без костылей, с тросточкой. Дней тридцать придётся полежать. Погода здесь чудесная. Место очень красивое, а скучновато», — делится он с Таисией Михайловной. Но скучает он не по отдыху, а по дому, по семье, по делу, которому посвятил себя.
ОСВОБОЖДЕНИЕ ПОЛЬШИ: ПОСЛЕДНИЙ БОЙ ГЕРОЯ
1945 год. Красная Армия, сокрушая врага, стремительно продвигается на запад, освобождая народы Европы от фашистского ига. Танковая рота под командованием старшего лейтенанта Александра Игнатьевича Рухлядева действует в авангарде наступающих частей на территории Польши и Восточной Пруссии. Как свидетельствуют строки наградного листа, он проявил себя исключительно смелым, мужественным и решительным офицером, умело ведущим своих подчинённых на врага.
Особого внимания заслуживают события, развернувшиеся 18 января 1945 года. Путь наступающим частям преградил опаснейший барьер — на переезде пылал эшелон с боеприпасами. Промедление грозило срывом наступления и неоправданными потерями. В этот критический момент командир роты принял единственно верное решение, требовавшее величайшего мужества. Не щадя собственной жизни, Александр Игнатьевич лично расцепил горящие вагоны, расчистив путь для бригады. Этот поступок, совершённый на грани человеческих возможностей, позволил развить наступление и спас жизни многих его бойцов. В результате умелого и стремительного маневра рота товарища Рухлядева захватила железнодорожную станцию Дзялдово. Трофеями советских танкистов стали три эшелона с вражескими танками и автомашинами.
Развивая успех, рота Рухлядева первой ворвалась в город Эльбинг (ныне Эльблонг). Внезапное появление советских танков вызвало панику в рядах вражеского гарнизона. Умело маневрируя в сложных условиях ночного уличного боя, командир нанёс противнику значительный урон в живой силе и технике и, что особенно важно, сумел вывести свою роту из боя без потерь. Действуя в авангарде наступающих частей, его танкисты одними из первых достигли побережья Балтийского моря, сыграв ключевую роль в стратегической операции по отсечению восточно-прусской группировки врага от Центральной Германии.
За период с 15 по 31 января 1945 года танковая рота под командованием старшего лейтенанта А.И. Рухлядева нанесла противнику колоссальный урон. Но победа далась дорогой ценой. В одном из ожесточённых боёв 1 февраля 1945 года отважный офицер получил тяжёлое ранение, оказавшееся смертельным. Сердце солдата, защитника, коммуниста остановилось, когда до Великой Победы оставалось несколько месяцев.
Указом Президиума Верховного Совета СССР за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецко-фашистскими захватчиками и проявленные при этом мужество и героизм старшему лейтенанту Рухлядеву Александру Игнатьевичу было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.
ПАМЯТЬ, ВЫСЕЧЕННАЯ В СЕРДЦАХ
Подвиг Александра Игнатьевича не канул в Лету. В деревне Рябиновщина Нолинского района, на доме, где родился и провёл детские годы Герой, установлена мемориальная доска. В районном центре Нолинске, на здании школы (бывшего филиала школы № 1), где он постигал азы знаний, также открыта мемориальная доска, напоминающая нынешним школьникам о славном земляке.
Имя Александра Рухлядева обрело прописку на карте области. Улицы, названные в его честь, есть в деревне Рябиновщина и в Нововятском районе города Кирова. Проходя по ним, жители и гости города отдают дань уважения человеку, который прошёл путь от рабочего паренька до Героя Советского Союза, отдавшего свою жизнь за свободу и независимость нашей Родины.
Фронтовые письма Александра Игнатьевича — эти бесценные документы эпохи — были бережно сохранены его вдовой Таисией Михайловной и сыном Вадимом Александровичем. Именно они, эти пожелтевшие треугольники, стали основой для документальной повести Леонида Жукова «Отец и сын», которая была опубликована в газете «Сельская новь» в 1969 году. Каждое письмо, каждая дневниковая запись — это живой голос из прошлого, напоминание о том, какой ценой была завоёвана Победа, и о том, что настоящий героизм неотделим от простых человеческих чувств — любви, долга, ответственности и надежды на мирную жизнь для будущих поколений.
★ ★ ★
ПАМЯТЬ ЖИВА, ПОКА ПОМНЯТ ЖИВЫЕ...
СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!
~~~
Ваше внимание — уже большая поддержка. Но если захотите помочь чуть больше — нажмите «Поддержать» в канале или под статьёй. От души спасибо каждому!