Февраль 1990-го. По всему Советскому Союзу продолжаются шахтёрские забастовки. Горняки требуют вернуть надбавки, существовавшие до 1960 года. Правительственные делегации курсируют по стране, пытаясь решить проблему.
По этой же причине 8 февраля в Воркуту прилетел председатель Совета Министров СССР Николай Рыжков. Проведя совещание в комбинате «Воркутуголь», он поехал по шахтам беседовать с людьми.
Вечером накануне небо полыхало огнями северного сияния. Утро 8 февраля встретило Воркуту морозом и солнцем. Синоптики предупреждали, что ожидается непогода, по радио объявили актированный день. Но, глядя на небо, воркутинцы даже представить не могли, что через несколько часов город накроет снежная буря. Настолько мощная, что этот день войдёт в историю города как один из самых страшных…
«У дома вырвало часть крыши»
– Я помню этот день, как будто это было вчера, – поделилась местная жительница, жившая в посёлке Южном, неподалёку от аэропорта. – С первых порывов ветра стало понятно: что пурга оказалась не совсем обычной. За окном всё гремело, а рядом с нашей двухэтажкой у дома вырвало часть крыши. Я с ужасом наблюдала, как 6-метровая балка кружится в воздухе, как лёгкая соломинка, на высоте семи метров, всего в нескольких метрах от моего окна. Мама спешно завешивала окна коврами, тревожась, что на дом может упасть любая доска или бревно, разморозив квартиру. А на улице -50 и такая пурга!
К 18 часам ветер достиг скорости 40 метров в секунду. Видимость упала до нуля. В такую погоду на трассу выезжать крайне опасно, но распоряжение о закрытии движения запоздало. Автобусы с пассажирами вышли по расписанию. И встали, застряв в снежной мгле на Воркутинском кольце – трассе, связывающей город с горняцкими посёлками.
«На остановках замерзали пассажиры с детьми»
Внутри салонов температура падала стремительно. Люди жались друг к другу. В гостиницу стали привозить первых пострадавших от обморожения. Снаружи бушевала стихия, заметая машины с такой скоростью, что через час они превратились в сугробы. Ветер рвал линии электропередач. Без электричества и воды осталась ТЭЦ-1. Город начал замерзать.
В этот момент в эпицентре ада оказался правительственный кортеж. Рыжков и сопровождающие его чиновники в лёгких пальто и ботинках застряли на трассе вместе со всеми.
– На остановках замерзали пассажиры с детьми, – вспоминала Наталья, жительница Воркуты. – Остановились поезда.
Спасательную операцию взял на себя лично Рыжков. По словам очевидцев, он не поддался панике. Ситуация была катастрофической: без электроэнергии город бы вымерз за сутки. Энергетики пытались найти обрывы на линиях, но при отсутствии видимости и подходящего транспорта это было бесполезно.
«Казалось, мы заточены в снежном плену навсегда»
Наступило утро 9 февраля, а пурга и не думала стихать. Ситуация стала критической: пришлось отключить ТЭЦ-2. Город погрузился во тьму. Воркутинцы сидели при свечах в ледяных квартирах. Еду грели на спиртовках.
– Наш дом был заметен снегом почти до крыши, и это ощущение безысходности было подавляющим, – рассказала местная жительница. – Время тянулось бесконечно, каждую минуту казалось, что буря никогда не закончится, и мы будем заточены в этом снежном плену навсегда.
В штабе ГО и ЧС решалась судьба города. Было два пути: бросить всю технику на спасение замерзающих людей в автобусах или отдать часть для поиска и устранения неполадок. Вездеходов катастрофически не хватало.
Тогда гендиректор «Комиэнерго» Михаил Косолапов заявил:
– Если мы до наступления темноты не обнаружим повреждения на линиях, город придётся эвакуировать.
«Подбираем людей – замёрзших, обмороженных, обезумевших…»
На следующий день у Рыжкова был запланирован официальный визит в Таиланд. Вылет главы Совмина – вопрос государственной важности, и ради этого три мощных вездехода уже вторые сутки воевали со стихией, расчищая взлётную полосу.
Председатель Совета Министров принял неожиданное решение. Он приказал снять технику с расчистки своего пути к отлёту и бросить её на поиск обрывов, чтобы спасти воркутинцев.
Тем временем на улицах продолжали замерзать люди. Фельдшер скорой помощи Елена писала в своём дневнике:
«11:40, 8 февраля. Застреваем недалеко от шахты «Заполярная». Видимость нулевая.
12:30. Водитель информирует о том, что бензина хватит часа на три. Наш «УАЗ» раскачивает, как лодку, продувает насквозь.
16:00. Задыхаясь от снега, с трудом движемся к автобусу, где, как нам сообщили, есть пострадавший – водитель рейсового автобуса. Меня трясёт от холода. Кое-как набрала в шприц лекарства, делаю обезболивающий.
17:00. Пострадавшего вносят в нашу машину. Водитель сообщает, что бензин на исходе. Помощи всё нет.
22:00. Услышали шум вездехода. Спасение! Увы, он набит до отказа.
22:30. Ещё один вездеход. Но и он загружен.
9:20, 9 февраля. Мужчины снова уходят добывать горючее. Находят его в стоящей впереди милицейской машине. Вспомнили, что больше суток без еды... Пурга не унимается.
15:40. Есть вездеход! Мужчины остаются, женщины едут на Воргашор
16:00. В вездеходе холодно, везде снег. Через каждые 5-10 минут останавливаемся, подбираем людей – замёрзших, обмороженных, обезумевших. Есть и дети...»
Трагедия, о которой помнят до сих пор
Вечером 9 февраля, когда надежда почти угасла, бригада энергетиков нашла тот самый разрыв на линии электропередачи. В дома воркутинцев вернулись тепло и свет. Город выжил.
Самолёт Николая Рыжкова улетал с полосы, которую так и не успели расчистить до конца. Лётчики пошли на риск только по личному указанию премьер-министра.
Сколько людей погибло в той страшной пурге, получившей название «рыжковская», до сих пор неизвестно…
Друзья, если вам нравятся истории о человеческом неравнодушии и необычных поворотах судьбы, на канале «Ямал-Медиа» мы ежедневно рассказываем удивительные случаи, произошедшие в реальности. Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые статьи и видео.
Читайте также:
