Домой Анну отвез водитель Верещагина, а на следующий же день в деревню приехала грузовая Газель. Двое парней быстро помогли упаковать и загрузить вещи Анны и Степки. Она собрала все необходимое, хотя Вячеслав Андреевич сказал, что в этом нет надобности. Все, что могло бы понадобиться Анне и ее сыну, у них будет по первому же требованию. Но Анна не хотела ничего ни просить, ни требовать, она привыкла к своим вещам.
Когда она приехала вместе с сыном в дом, где жил Вячеслав Андреевич, то даже испугалась. Квартира Верещагина показалась Анне бесконечной. Казалось, что можно заблудиться бесконечных комнатах и коридорах.
Апартаменты занимали весь последний этаж высотного дома в тихом районе, подальше от шумных проспектов. Лифт останавливался прямо в прихожей — такой Анна видела только в кино про богатых. Когда двери разъехались, Степка ахнул и замер с открытым ртом.
— Мама! — закричал он, когда к нему вернулся дар речи. — Мама, это же дворец! Настоящий дворец!
Прихожая была размером с их избу. Высоченные потолки, мраморный пол с затейливым узором, огромное зеркало в позолоченной раме, живой цветок в кадке высотой с самого Степку.
Из прихожей они попали в гостиную. Там было ещё больше. Окна во всю стену, от пола до потолка, за ними — город, который лежал внизу как на ладони. Мебель из тёмного дерева, мягкие диваны, ковёр, в котором ноги тонули по щиколотку, картины в тяжёлых рамах, хрустальная люстра, отражающая солнечный свет тысячью искр.
Степка стоял посреди этой красоты, боялся шагнуть, чтобы ничего не испортить. Анна тоже растерялась. Она никогда в жизни не видела такой роскоши. Даже в кино, даже на картинках.
Их встретила полная женщина с добрым, улыбчивым лицом, в чистом переднике.
— Здравствуйте, я тётя Зина, экономка, — представилась она. — Вячеслав Андреевич велел показать вам комнаты и обо всём рассказать. Пойдёмте, я всё покажу.
Она провела их по длинному коридору. Комнат оказалось много — Анна сбилась со счёту. Спальня для Степки не просто какой-то отдельной гостевой комнатой. Было понятно, что ее в срочном порядке переоборудовали. Обои были нейтральными, но кровать, например, в виде гоночной машины, с настоящими фарами, которые светились. Горы игрушек — машинки, конструкторы, роботы, книжки с картинками. Даже маленький телевизор на стене.
— Это мне? — спросил Степка, не веря своим глазам.
— Тебе, тебе, — кивнула тётя Зина. — Вячеслав Андреевич специально для тебя всё приготовил. Хочешь, сразу играть садись?
Степка посмотрел на Анну. Та кивнула, и он с визгом бросился к игрушкам, забыв обо всём на свете.
Комната Анны оказалась рядом. Большая, светлая, с огромной кроватью, с туалетным столиком, с мягким креслом у окна и выходом на собственную террасу, откуда открывался вид на весь город. В шкафу висели халаты, на полочках лежали полотенца, в ванной блестели краны и пахло дорогим мылом.
— Вячеслав Андреевич передал, чтобы вы чувствовали себя как дома, — сказала тётя Зина. — Если что надо — звоните, вот кнопка. Кухня в вашем распоряжении, готовить можно самим, можно заказывать еду в ресторане или я приготовлю все, что пожелаете. Холодильник полный, продукты заказывают по мере необходимости. Вы только скажите, чего хотите.
Анна стояла посреди этой красоты и чувствовала себя чужой. Как будто она попала в королевский дворец прямо из своего сарая в Рябиновке и боится дышать, чтобы ничего не испортить.
— Тётя Зина, — спросила она тихо, — а Вячеслав Андреевич... он часто здесь бывает?
— По-разному, — уклончиво ответила экономка. — Когда как. Но вечером обычно приезжает, да и то не каждый день. Если вы хотите что-то спросить у него, лучше не звонить, а дождаться вечера. А пока отдыхайте, осваивайтесь. Я на кухне буду, если что.
Она ушла, оставив Анну одну.
Анна подошла к окну, посмотрела на город, на маленькие машинки внизу, на людей, которые казались муравьями, и у нее даже закружилась голова с непривычки. Она отошла от окна, села в кресло и вздохнула. Что делать? Чем заняться? В деревне сейчас вечерняя дойка вот-вот бы началась, потом – молоко процедить, птицу накормить, ужин приготовить, уроки с сыном сделать. А здесь только и смотри в окно… скукота…
Господи, в какую же историю я вляпалась, — подумала она. — Что я здесь делаю? Кто все это произошло?
Но ответа не было. Только тишина и тихий звук кондиционера.
****
Вечером с работы вернулся Верещагин. Анна слышала, как открылась дверь лифта, как зазвучали шаги в коридоре. Сердце её забилось часто-часто. Она сидела в своей комнате, не зная, выходить или ждать, когда позовут. Он постучал сам.
— Анна, можно?
— Да, войдите, — ответила она, вставая с кресла.
Он вошёл. Без пиджака, в белой рубашке с расстегнутым воротом, рукава закатаны до локтей. Домашний, простой, не такой, как в кабинете. Усталый.
— Устроились? — спросил он, оглядывая комнату.
— Да, спасибо, — ответила Анна. — Всё очень... очень красиво.
— Это хорошо, — кивнул он. — А Степан где?
— Спит. Наигрался за день, устал. Тётя Зина его накормила, я — книжку почитала перед сном. Он любит. Ну, а потом Степка уснул, а я вот здесь… сижу в комнате… — Анна развела руками и одновременно в голове пронеслась мысль “Господи, зачем я все это рассказываю? Ему это вовсе не интересно…”
— Хорошо — сказал Вячеслав Андреевич, вздохнул и замолчал. Анне показалось, что ему неловко или он просто не знает что сказать. — Можно присесть? — наконец спросил хозяин дома.
— Конечно, — спохватилась Анна. — Садитесь, пожалуйста.
Он сел в кресло напротив, у окна. Анна осталась стоять, не зная, что делать.
— Садись и ты, — сказал он мягко. — Не стой столбом. Мы теперь... как бы это сказать... в одной лодке, что ли. Не чужие люди друг другу.
Анна села и они снова замолчали. Говорить было не о чем, но в то же время, молчание между ними не было тягостным. Скорее, она была какой-то уютной, будто они давно знакомы и могут просто сидеть рядом, не говоря ни слова.
— Я знаю, что ты думаешь обо мне, Анна, — заговорил он наконец, глядя в окно на огни ночного города. — Что я чудовище, которое покупает детей. Ты недалека от истины. Но я хочу, чтобы ты знала одну вещь. Я не всегда был таким. Было время, когда я жил в небольшом райцентре. Мать одна растила, отец погиб, когда мне три года было. Помню как мы голодали в девяностые. Помню, как хотелось есть зимой, а в доме — пусто. Помню, как мать ночами плакала, думая, что я не слышу. Я клялся, что вырвусь, что у моих детей будет всё, чего у меня не было. А теперь... теперь у меня никого нет. Я могу много дать, но отдавать некому. Ирония судьбы.
Анна слушала и удивлялась. Этот человек, всесильный богач, перед которым трепетали сотни людей, сидел сейчас рядом и рассказывал ей о своём детстве. И у него не было никакой жалости к себе, а просто констатация факта.
— Вы не чудовище, — сказала она тихо. — Я так не думаю.
Верещагин усмехнулся и повернул к ней голову.
— Это ты пока не знаешь меня хорошо. Может быть, узнаешь — и передумаешь.
Помолчал, потом встал.
— Ладно, отдыхай. Завтра будет долгий день. Я отвезу тебя в клинику, нужно проверить здоровье, сдать анализы. Всё по плану. Ты не против?
— Нет, — ответила Анна. — Я понимаю.
У двери он остановился, обернулся.
— Анна. Я не буду торопить тебя с... близостью. Все произойдет, когда ты сама будешь готова. Если не будешь готова вообще — скажи, я найду другой способ. Я не насильник. И не зверь. Запомни это.
И вышел, оставив её одну с мыслями, которые кружились в голове, как осенние листья.
Анна долго сидела неподвижно, потом подошла к окну. Город внизу сиял миллионами огней, где-то гудели машины, где-то смеялись люди. А она стояла здесь, в этой роскошной клетке, и не знала, что её ждёт завтра. И от этого было страшно и в то же время... любопытно.
****
Неделя пролетела как один день. Анна пыталась привыкнуть к новой жизни. Утром они со Степкой завтракали — тётя Зина готовила так вкусно, что мальчик наворачивал за обе щеки и просил добавки. Потом Степку отвозил водитель в школу, а когда он возвращался, они гуляли во дворе — охрана выпускала их в специальный парк, огороженный высоким забором, где гуляли только жители этого дома. Степка носился по дорожкам, лазил по горкам, качался на качелях, а Анна сидела на скамейке и смотрела на него.
Потом был обед, тихий час, снова игры, ужин. И каждый вечер приходил Верещагин.
Он не делал ничего особенного. Просто приходил, садился в кресло, разговаривал. Сначала с Анной, потом со Степкой, когда тот перестал стесняться. Степка быстро привык к «дяде Славе», как он его называл, и уже через неделю тянул его за руку в свою комнату, чтобы дядя Слава поиграл с ним.
И Верещагин играл. Серьёзно, по-настоящему. Садился на ковёр, запускал машинки, строил башни из конструктора, и на лице его при этом было такое умиротворение, будто он занимался самым важным делом в жизни.
Анна смотрела на них и думала: Господи, а ведь он и правда хороший. Может быть, даже лучше многих. Просто жизнь сломала.
В клинику её свозили, обследовали вдоль и поперёк. Врачи сказали: здорова, фертильна, противопоказаний нет. Верещагин тоже проходил обследование — Анна узнала об этом случайно, от тёти Зины.
— Вячеслав Андреевич очень серьёзно к этому подходит, — сказала экономка. — Он вообще ко всему серьёзно подходит. Если берётся за дело, то делает на совесть.
Анна кивнула, но ничего не сказала.
Через три недели, вечером, когда Степка уже спал, Верещагин пришёл к ней в комнату, как он это обычно делал по вечерам. Не постучав, просто зашёл — и замер на пороге.
Анна сидела у окна в халате и просто смотрела на город.
— Не спится? — спросил он тихо.
— Не спится, — ответила она, не оборачиваясь.
Он подошёл, сел рядом на подлокотник кресла. Близко. Так близко, что она чувствовала тепло его тела.
— О чём думаешь?
— О разном, — ответила она. — О Степке. О том, что будет. О вас.
— Обо мне? — удивился он. — Что именно?
Она повернулась, посмотрела ему в глаза. В упор, без страха.
— Вы странный, Вячеслав Андреевич. Я никак не пойму, какой вы на самом деле. В кабинете вы один — жесткий, деловой, страшный. А здесь... другой. С ребёнком возитесь, как родной. Со мной говорите, как с равной. Я запуталась.
Он усмехнулся, но усмешка вышла грустной.
— Я и сам запутался, Анна. Честно. Не думал, что так будет. Думал, будет просто сделка. Ты родишь, я заплачу, разойдемся. А теперь... теперь не знаю…
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце каждой недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц. Так же, жду в комментариях ваши истории. По лучшим будут написаны рассказы!
→ Победители ← конкурса.
Как подписаться на Премиум и «Секретики» → канала ←
Самые → лучшие, обсуждаемые и Премиум ← рассказы.