Предыдущая часть:
Ребята продолжали молчать, иногда украдкой переглядываясь друг с другом.
— Я не считаю, что могу сама пользоваться этими деньгами или позволить Алине делать это. Потому считаю, нам необходимо сдать их в полицию.
— Нет, не надо никуда сдавать. Это наши деньги, они нам необходимы. Мы не клянчили, а зарабатывали, — зашумели, загалдели ребята.
Алина остановила галдёж:
— Хорошо, я всё расскажу. Эти деньги действительно нужны на хорошее дело. И это вовсе не милостыня. Мы правда зарабатывали, как могли. Я на скрипке играла, Вера с Катей пели, Артём рисовал… ну, словом, кто что мог, то и делал. И вот сколько собрали.
— Да как вы до этого додумались? — Надежда Петровна даже руками всплеснула, в глазах её стоял неподдельный испуг. — Вы хоть понимаете, чем это могло закончиться? Мало ли кто к вам мог подойти, пока вы там играли? А если бы полиция забрала? Это же не детское дело — на улице деньги зарабатывать! Мы бы все с ума сошли от беспокойства. А главное, зачем? Какая нужда у вас собирать деньги таким способом?
— Давай уже расскажем, Алина, — зашумели ребята. — Нам без взрослых всё равно не справиться.
— Хорошо, мы скажем. Я же говорила, мама, что ничего плохого мы не собирались делать. Наоборот, помнишь нашу первую учительницу Елену Васильевну? Так вот, она заболела, то есть травму получила, что-то с позвоночником, ходить она не может, но её можно вылечить. И очень нужно, чтобы она опять смогла работать, детей учить. Ну и вообще, что это за жизнь, если человек не ходит? А на лечение и восстановление нужны деньги. А у нас откуда? У родителей просить — мы думали, взрослые и так помогают, но это же капля в море. А просить у вас, родителей, мы постеснялись, что ли. Решили, что сами справимся, как нас Елена Васильевна учила — быть самостоятельными, не бежать чуть что к взрослым.
На глаза классной руководительницы и Софьи Борисовны навернулись слёзы. Мать подошла к Алине, прижала её к себе.
— Я горжусь тобой, дочка, и вами всеми, ребята. Какие же вы молодцы. Вот так все как один решили спасти свою учительницу, своего старшего друга. Да, способ вы выбрали не совсем правильный, но решили, видимо, что он единственный вам доступен. Да и вообще, главное не это. Главное — в вашем горячем желании помочь Елене Васильевне. И прости, Алина, что я начала всякое думать, когда узнала, что ты в школу не ходишь.
— Да, я понимаю, мама, любой бы подумал о чём-то плохом, но теперь вы знаете всё, и нам, видимо, действительно не справиться самим. Вон к Тоне уже вчера полиция приставала, когда она свои игрушки продавала. Она ведь здорово умеет игрушки шить. Ну и ко мне тоже люди подходят, спрашивают, думают, что я просто побираюсь.
Надежда Петровна промокнула глаза.
— Конечно, я знаю о несчастье с Еленой Васильевной. Мы тоже собирали в помощь ей, но это такие крохи. А мы не хотели вас беспокоить, думали, это взрослые заботы. И вы нас тоже простите, дети, что мы раньше не подумали о том, как можно помочь. А способы есть, и не такие трудные и опасные, и не отрывающие от процесса обучения.
— Тогда подскажите нам! — заволновались ребята. — Мы очень хотим помочь!
— Но вы же все современные молодые люди, много общаетесь в социальных сетях. У каждого из вас есть друзья по всей стране и даже миру. Стоит бросить клич в интернете, и, думаю, многие откликнутся. Никто не говорит об огромных суммах, но это будут честные и безопасные деньги. Только надо всё делать по уму, чтобы люди там не приняли вас за обманщиков и попрошаек. Для этого необходимо выложить все медицинские документы. Да-да. И мы вообще целую публикацию сделаем о Елене Васильевне, чтобы все ученики написали, какая она хорошая, как весело и интересно было у неё учиться, и как много потеряют те дети, которые не станут её учениками.
— Вот молодцы, ребята. Можно даже целый сайт или группу в соцсетях, видеоблог сделать. Вы же все это умеете. Только надо согласованно это делать, а не так, чтобы завтра же появилась куча блогов и публикаций. Так можно только навредить делу.
— Да, ребята, давайте прямо сейчас сядем и подумаем, как сделать всё правильно, а то я и правда боюсь, что получится базар, — серьёзно сказала Алина, признанный лидер всего коллектива. — Кстати, Елена Васильевна и сама собирает все воспоминания о нас и других своих учениках. Не в интернете, а так, альбомы у неё есть, дневники. Когда пойдём к ней за документами, можно будет и об этом посоветоваться. Она же такая умница.
— Правильно, Алиночка, без её согласия и одобрения всё равно ничего не получится. А мы с Софьей Борисовной тоже без дела сидеть не будем, а обратимся во все благотворительные организации и фонды помощи. Запомните, люди в массе своей добры, потому никогда не надо стыдиться просить о помощи. Ну, не совсем так, как вы это делали, конечно. Хотя и это вариант, но не лучший.
Алина в этот день просто фонтанировала идеями. Она вскочила и выпалила:
— А ещё можно написать письма богатым людям, ну, бизнесменам там всяким. У них денег много. Что стоит пожертвовать хоть чуть-чуть человеку, попавшему в такую страшную беду? А мы не только сами будем очень благодарны, но и всем расскажем, какие они молодцы, какие добрые и отзывчивые люди. Ведь это так здорово — быть по-настоящему хорошим человеком.
Разошлись все в этот вечер поздно — Надежда Петровна напомнила, что пора по домам, уроки делать не забыли.
— Дело вы, ребята, затеяли очень хорошее, но про учёбу забывать тоже нельзя. Вы и без того многое пропустили. Вы должны понимать, что если из-за помощи Елене Васильевне запустите учёбу, это ей здоровье не прибавит. А как бы ещё и наоборот не вышло: узнает, почувствует себя виноватой, будет нервничать. Так что марш по домам.
— Ничего мы не запустим. Мы не зря деньги собирали не все разом, а по очереди. Алина расписание составила, а потом те, кто был на уроках, объясняли, что к чему, отсутствующим. Елена Васильевна нас не зря взаимовыручке учила.
Все пошли по домам, продолжая дорогой делиться своими соображениями. Софья Борисовна с Алиной подошли к дому одновременно с отцом девочки.
— Откуда так поздно? — поинтересовался Сергей.
— Сейчас всё объясним. Дочь ты у нас, Серёжа, героиня настоящая, — начала Софья Борисовна.
— Ну, мама, — укоризненно произнесла девочка.
— Да не спорь, — перебила её мать. — Как ещё назвать человека, который друга в беде не оставил? Хорошо, допустим, ты всё сделала ещё по-детски, но ты есть ребёнок. А у нас с папой теперь не надежда, а уверенность, что ты вырастешь настоящим человеком.
За ужином они рассказали отцу, в чём дело.
— Ну не молодцы ли, ты подумай, — восхищалась Софья Борисовна. — И ведь весь класс не испугался, не постеснялся.
— Молодцы-то молодцы, но всё же. Неужели если бы учительница не подсказала, вы бы сами не догадались, так и просили бы милостыню дальше? Для чего тогда все эти компьютеры, ноутбуки нужны, если вы простого дела сделать не можете?
— Мы могли бы, папа, мы и сами думали так сделать, но, понимаешь, в интернет же все заходят: и учителя, и дети, и сама Елена Васильевна. Мы же хотели, чтобы это сюрпризом было, неожиданностью. Ну и чтобы вообще никто пока не знал, мало ли как отреагируют.
— Ну, смешные детишки. По улицам-то тоже все ходят, не боялись, что увидят, как вы просите, и в том же интернете выложат, — усмехнулся Сергей.
— Но так бы никто не узнал, для чего. Да и вообще мы не подумали, что это кого-то заинтересует. И просили не все. Некоторые свои какие-то поделки продавали, пирожки разные, ещё что-то.
— Ну ладно, что сделано, то сделано. Теперь надо делать по-новому. Надеюсь, вашей учительнице помогут ваши усилия. А пока иди-ка, Алина, за уроки садись, иначе придёт она в школу своими ногами и узнает, что любимая ученица скатилась до двоек.
— Да ни за что! — весело ответила Алина и отправилась в свою комнату.
Да, она понимала, что им с друзьями предстоит большая и куда более сложная, чем раньше, работа по созданию группы, сайта. Но и об учёбе не стоит забывать, ведь она помнила, как хотела Елена Васильевна гордиться своими учениками.
Надежду Петровну тоже переполняли эмоции. Она была поражена таким поступком учеников. Нет, случалось, что дети оказывали внимание учителям, навещали их во время болезни, чем-то помогали, но здесь всё было иначе. Совсем ещё дети взялись за по-настоящему большое дело, до которого не додумались и взрослые. Они, учителя, всем коллективом сочувствовали Елене Васильевне. Никто не отказался сдать посильную сумму ей в помощь. Все охали и ахали. Но ведь и только. Никто и не предложил даже какую-то более существенную поддержку. А дети додумались? Да, по-детски, но сделали то, что в их силах, и теперь будут делать и добьются успеха. Люди ведь действительно добрые и в такой ситуации не оставят человека в беде. Тем более такого человека, как Елена Васильевна, за которую так беспокоятся её ученики. О плохом учителе не будут беспокоиться, наоборот, ещё и порадуются, когда учительница заболеет.
Надежда Петровна решила зайти к коллеге, рассказать о поступке её учеников. Дверь ей открыла сама хозяйка. Она уже научилась довольно ловко управлять своим креслом, хотя видно было, как Елене Васильевне нелегко в её новом положении. Однако гостье она обрадовалась, пригласила её на кухню выпить чаю.
— Простите, Елена Васильевна, что незваная и без предупреждения, но тема для беседы есть.
— От чая тоже не откажусь. Я соберу. Вы не суетитесь, я сама сделаю.
Соблюдая учительскую этику, коллеги и вне школы называли друг друга по имени и отчеству, на вы. Иначе, привыкнув к панибратству, можно и при учениках обмолвиться. А ученики, как водится, мастера на прозвища — тут уж ничего не попишешь.
— Как вы тут живёте-то одна? Кто в магазин ходит, кто помогает? Вы звоните, если что нужно, и мне, и другим. Мы чем сможем.
— Да что вы, Надежда Петровна, я привыкла и сама уже всё умею. Соседка иногда заходит из квартиры напротив. Мы давно знакомы. Социальная работница, очень милая женщина. Отдыхайте, устали же, вижу.
— Ну и что там бывшие мои ученики натворили? Ох уж натворили, — весело воскликнула Надежда Петровна. — Не знаю уже, завидовать вам, хвастаться или жаловаться, одно скажу: ребят вы воспитали хоть куда. Всякое за годы работы видела. А такого?
Надежда Петровна, захлёбываясь от восторга, во всех подробностях рассказала о затее ребят. Елена Васильевна скорее не обрадовалась, а испугалась.
— С ума сойти, пели, торговали на улице. Это же страшно сказать, чем могло закончиться. Сейчас столько ужасов рассказывают.
— В нашем случае всё привело к очень хорошим результатам благодаря в первую очередь звезде класса Алиночке, ну и её маме тоже. Ребята поняли всю опасность такого поведения и пообещали, что больше не будут. И вместе мы придумали способ, куда более правильный.
Надежда Петровна тут же рассказала и о своей затее, а также о том, что предложила Алина.
— Ох, спасибо и вам, и ребятам. Тоже не ожидала. Только я вот думаю, а не зря ли всё это? Не опасно ли в интернете деньги собирать?
— Опасно, если подходить бездумно, — уверенно ответила Надежда Петровна. — Но у нас всё по-честному: документы, реальная история. Люди видят, кому помогают. Главное — правильно всё организовать, чтобы не нарваться на мошенников. Завтра кто-нибудь из ребят к вам зайдёт, уж не отказывайте. Дайте им документы о вашей травме, пусть отсканируют или как там это делается.
— Ох, не напрасна ли эта суета? — с сомнением покачала головой Елена Васильевна. — Может, ни к чему?
— То есть как это — ни к чему? Вы собираетесь всю жизнь просидеть в этом кресле и ничего не делать? А мне, значит, завтра надо прийти в класс и сказать ребятам: «Отбой, Елена Васильевна велела вам ничего не делать, на уже собранные деньги накупить конфеты и съесть», так, что ли?
— Да нет же, но может я как-нибудь сама, что ли? Ну как детей к такому делу привлекать? Им учиться надо, а не сайты какие-то создавать, деньги собирать.
— Елена Васильевна, голубушка моя, во-первых, вы их уже научили главному: состраданию, дружбе, тому, что друзей в беде не бросают. А во-вторых, неужели вы думаете, что мы позволим учёбу забросить и все силы и время тратить на добывание денег? Мы сами не собираемся, сложа руки, сидеть. Я, во всяком случае, точно не собираюсь. Вы мне лучше вот что скажите: какое лечение нужно, где, сколько денег будет стоить. А остальное уж не волнуйтесь, мы сами что-нибудь придумаем. Сами посудите, сколько желающих вам помочь будет.
Женщины распрощались. Елена Васильевна осталась одна. Она поехала на своём кресле в комнату, села за стол, достала свои альбомы с фотографиями учеников.
«Детки мои, — глотая слёзы, думала учительница. — Да, не одна я и никогда уже не буду одна, даже если на всю жизнь останусь в этом проклятом кресле. Какое счастье, что вы есть у меня».
Дмитрий Андреевич стоял у окна, смотрел на моросящий дождик и думал о своей непростой судьбе. Он словно родился счастливчиком: хорошая семья, здоровье, статью и лицом удался. И умом Бог не обидел — учился легко, в жизни был смекалист. Всё складывалось как нельзя лучше. Но теперь он начал бояться этих полос безоблачного счастья. Казалось бы, он с рождения был счастливчик, и вдруг не то что неудача — катастрофа случается. А главное, любовь свою встретил чуть ли не в детстве. В пятом классе учился, когда пришла к ним новенькая. И одиннадцатилетний Дима нельзя сказать, чтобы сразу влюбился, то есть не осознал в тот момент, что любит эту девочку. Просто хотелось быть рядом — и всё тут. Поначалу так, вроде задирал её, немного дурачился, а чуть постарше стал, не мог глаз отвести от неё и на уроках, и на переменах. С седьмого класса они уже стали парой, ходили вместе, не обращая внимания на дразнилки мальчишек и предупреждения родителей. Они знали, что будут мужем и женой, потому ничьё мнение, даже родительское, эту пару не интересовало. Поженились сразу, как достигли совершеннолетия, и очень были счастливы, хотя некоторые пророчили их союзу недолговечность, тем более что детьми обзаводиться не спешили.
Ещё когда Дмитрий родителям объявил, что они с Наташей подали заявление, мама буквально заголосила:
— Ну вот, я же предупреждала, догулялись. На каком она месяце?
И трудно было её убедить, что брак сына вовсе не вынужденная мера. Ни на каком месяце Наташа не была. Молодые и сами понимали, что рано им становиться родителями. В институт поступили, учились и подрабатывали. Сами обеспечивали свою семью, у родителей на шее не сидели.
Продолжение :