Она стала первой любовью будущего императора, а закончила дни в чужой стране, в обстановке отчаянной нужды. А тот, кто клялся в вечности чувств, вряд ли о ней даже помнил.
За плечами тихой сироты стояла целая галерея предков: героев, авантюристов и екатерининских фаворитов. Наталья Бороздина — история ее судьбы — это горький урок того, как быстро дворцовая память стирает тех, кто когда-то был у всех на слуху.
В январе 1817 года в семье генерала Николая Михайловича Бороздина родилась третья дочь. Девочку нарекли Натальей. Крестили ее в Преображенском соборе 10 января, а восприемниками стали дядя Александр Михайлович Бороздин и графиня Наталья Александровна Зубова. Последняя деталь — не просто семейная формальность, а указание на кровь, которая текла в жилах младенца.
Графиня Зубова приходилась девочке родной бабкой. Та самая Ольга Александровна Жеребцова (в девичестве Зубова), сестра братьев Зубовых, один из которых согревал постель стареющей Екатерины Второй. Вся зубовская фамилия, по отзывам современников, при полном отсутствии моральных принципов обладала обманчивой внешней красотой и даром очаровывать.
Отец Натальи, генерал Николай Бороздин, был полной противоположностью салонным интриганам. Потомственный военный, герой Отечественной войны 1812 года, красавец и храбрец. Дамы, по воспоминаниям, вешались на него гроздьями. Но он женился на Елизавете Жеребцовой — это стало его роковой ошибкой.
Пока генерал воевал, его супруга, следуя советам маменьки, завела роман с военнопленным французским генералом Пире и в 1820 году забеременела. Император Александр I лично уговаривал Бороздина не поднимать скандала: Елизавета Александровна уехала к любовнику во Францию, прихватив с собой, по странной договоренности, значительную часть состояния мужа. Бороздин остался с пятью детьми и без гроша за душой.
Когда в 1830 году генерал умер, трех младших дочерей — Ольгу, Настеньку и Натали — забрали ко двору. Их богатая бабушка, купавшаяся в роскоши, не изъявила желания возиться с внучками. Девочек приютила императрица Александра Федоровна.
При дворе сестер Бороздиных приняли хорошо — в память об отце. Но отношение к ним было особым. Они были «те самые сиротки», которым оказывают благодеяние.
В 1831 году при дворе появились новые фрейлины: Ольга, Анастасия и Наталья Бороздины. Младшую, Натали, определили к великой княжне Ольге Николаевне. Та оставила в мемуарах любопытную характеристику:
«…три сестры Бороздины, сироты, дети очень уважаемого отца и совершенно невозможной матери. Ольга, старшая, была нехороша собой, глуповата, но очень добра. За ней следовала Настенька, которая была красивее и пела приятным голосом романсы. Натали, младшая, была назначена ко мне. Она тоже была музыкальна, и мы много играли в четыре руки; на музыкальных вечерах она аккомпанировала пению. Чистенькая и аккуратная, неуравновешенно веселая, она уже смолоду была старой девой и иногда докучала мне своим нравоучительным тоном».
«Старая дева» в пятнадцать лет — это сильно сказано, это приговор характеру. Да, Натали была благоразумна. Слишком благоразумна для двора, где кипели страсти. При такой-то бабушке-авантюристке и матери-беглянке она выбрала роль скромницы, аккуратистки, «чистенькой» девочки. Это, как ни странно, и привлекло внимание.
Александру Николаевичу, будущему императору Александру Второму, было пятнадцать лет. Высокий, голубоглазый блондин, романтичный и впечатлительный. Он только начинал выходить из-под жесткой опеки отца и открывать для себя мир, где существуют не только уроки фортификации, но и прекрасные дамы.
Натали была рядом. Она музицировала с его сестрой, всегда чуть печальная, с идеальной осанкой и тихим голосом. Она не кокетничала, не строила глазки, не участвовала в дворцовых интригах.
Александра Смирнова-Россет, знаменитая фрейлина и мемуаристка, писала, что первая любовь случилась с будущим царем именно в пятнадцать лет. Предметом обожания стала фрейлина Наталья Бороздина.
Историки до сих пор спорят о характере этого увлечения. Скорее всего, оно оставалось платоническим: робкие взгляды в дворцовой церкви, совместное музицирование. Сама Наталья, по воспоминаниям, отличалась благоразумием и вряд ли позволила бы себе большее.
Но для императорской семьи и этого оказалось достаточно. Николай Первый не терпел, когда что-то шло не по плану. А план в отношении старшего сына был прост: блестящее образование, военная карьера, а потом — выгодный династический брак.
В 1835 году Наталья получила официальный статус фрейлины. Это было одновременно и повышение, и способ отдалить ее от наследника. С этого момента их общение свелось к официальным мероприятиям. Роман, если он и был, сошел на нет.
В 1846 году Наталья Николаевна стала дежурной фрейлиной императрицы. Ей шел уже тридцатый год — по меркам того времени возраст совершенно безнадежной старой девы. И вдруг в 1848 году произошло событие, изумившее всех: Наталья вышла замуж.
Избранником стал Гавриил Павлович Каменский, выпускник Петербургского университета, чиновник Министерства финансов. Родом он был из малороссийских дворян, известных со времен Петра Великого. Его старший брат Павел считался известным прозаиком николаевской эпохи.
Смирнова-Россет обронила любопытную фразу: «С распоряжения государыни ее сделали невестой и выдали замуж». Возможно, брак был организован при дворе, чтобы окончательно закрыть тему первой любви императора. Сама Наталья, по отзывам современников, действительно влюбилась — но в того ли человека?
В том же 1848 году Каменский получил назначение агентом Министерства финансов в Лондон, и супруги отбыли в Англию.
Лондон пятидесятых годов XIX века — это город контрастов, где роскошь соседствует с чудовищной нищетой, где смог смешивается с грязью, а русская речь звучит разве что в посольстве. Каменский получал мало, карьера не шла. Должность агента Министерства финансов оказалась плохо оплачиваемой, и семья жила в очень тяжелых условиях, почти в нужде.
Один за другим у Натальи родились трое детей: Николай (июнь 1849), Гавриил (октябрь 1850 — умер во младенчестве в декабре того же года) и Александра (декабрь 1851). Роды обессилили женщину, лондонский климат и постоянная нужда добили здоровье. Открылась чахотка.
29 мая 1853 года Наталья Николаевна Каменская скончалась. Ей было всего 36 лет. Похоронили ее на лондонском кладбище Кенсал-Грин, там же, где позже найдет покой и ее муж.
Интересно, вспоминала ли она Петербург? Вечера, когда они играли в четыре руки с великой княжной? Взгляды, которые бросал на нее наследник престола? Писала ли она письма сестрам? Просила ли о помощи?
Великая княжна Ольга Николаевна, ставшая королевой Вюртембергской, сухо обронила в мемуарах несколько строк о ее смерти. Мол, вышла замуж неудачно, жила бедно, умерла. Ни сожаления, ни тепла — только констатация факта.
Гавриил Каменский после смерти жены женился вторично, на дочери английского купца Анне Гупер. У них родились еще трое сыновей. Сам он прожил долгую жизнь, опубликовал несколько экономических трудов, сотрудничал с лондонской «Times» и умер в 1898 году от перикардита.
Что касается детей Натальи, следы их теряются. Николай и Александра Каменские остались сиротами в самом буквальном смысле: мать умерла, когда старшему было четыре года, младшей — полтора. Воспитывал ли их отец? Отправили ли их в Россию к родственникам? Истории это неизвестно. И вообще, при таких предках, родственных связях, покровительстве императорской фамилии — и такая судьба? Не странно ли?
Александр Второй к тому времени был давно женат на Марии Александровне, которую когда-то любил, потом — лишь уважал. Впереди были великие реформы, отмена крепостного права, покушения и долгая связь с княжной Долгоруковой, которая закончится морганатическим браком.
Узнал ли он о смерти Натали? Возможно. Доложили ли ему? Вряд ли — слишком мелкое событие для императорского доклада.
Наталья Бороздина осталась в истории не как возлюбленная императора, а как примечание к мемуарам — аккуратный пунктир, которым обведена судьба человека, оказавшегося не у дел. Внучка всесильных Зубовых, дочь героя войны, первая любовь царя мелькнула яркой тенью и погасла в лондонской сырости, не оставив после себя даже портрета в придворных галереях.
Спасибо за лайки!