Глава 13
Первая неделя с Персиком прошла в режиме "кошачий детский сад". Рыжий комочек оказался не просто милым, а гиперактивным милым. Он носился по квартире как угорелый, лез во все щели, играл со всем, что плохо лежит, и, конечно, быстро освоил искусство воровства Гениных очков, переняв эстафету у Пони.
— У нас теперь дуэт, — констатировал Гена, обнаружив очки в миске с водой (Пони) и за диваном (Персик) одновременно. — Они работают в паре.
— Это план по захвату твоего зрения, — серьёзно кивнула Рита. — Сначала лишат очков, потом ты перестанешь видеть их проделки.
— Гениально. Я недооценивал кошачий интеллект.
Пони и Персик сидели рядом и смотрели на людей с выражением "мы ничего не делали, это всё само". Муся наблюдала за этой вознёй с высоты башни с философским спокойствием старой мудрой кошки. Лиза, на удивление, не пряталась, а сидела в углу и с интересом следила за новеньким.
— Лиза оживает, — заметила Рита. — Раньше она при виде активных кошек забивалась под кровать, а сейчас сидит и смотрит.
— Может, ей нравится Персик?
— Может, она видит в нём себя? Он же тоже, по сути, спасённый.
Персик, словно поняв, что речь о нём, подбежал к Лизе и ткнулся носом. Лиза не убежала. Более того, она лизнула его в ухо. Это был прорыв.
— Смотри! — зашептал Гена. — Они дружат!
— Кошачья семья растёт, — улыбнулась Рита. — Теперь у нас две пары: Пони-хулиган и Персик-хулиган-стажёр, Муся-королева и Лиза-недотрога, которая потихоньку оттаивает.
— А мы?
— А мы — обслуга. Кормильцы и гладильцы.
— Почётная миссия.
В пятницу вечером случилось событие, которое они запомнили надолго.
Гена решил сделать сюрприз — купил настоящую кошачью игровую стену с тоннелями, полками и гамаками. Огромную, во всю стену гостиной. Собрать её нужно было самостоятельно.
— Рита ушла в магазин за продуктами, — объявил он кошкам. — У нас есть два часа, чтобы установить этот комплекс и сделать ей сюрприз. Помогаете?
Кошки смотрели на него с разной степенью заинтересованности. Пони — с энтузиазмом (она любила всё новое). Персик — с любопытством (он любил всё). Муся — с презрением (она любила только себя). Лиза — с опаской (она любила прятаться).
— Отлично, Пони и Персик — в команде, Муся — наблюдатель, Лиза — группа поддержки под кроватью. Погнали!
Гена открыл коробки и начал раскладывать детали. Инструкция была на японском, но картинки выглядели понятно. В теории.
Первые полчаса прошли продуктивно. Гена прикрутил несколько полок, Пони помогала — подавала лапой шурупы (на самом деле просто сбрасывала их на пол, но Гена решил считать это помощью). Персик играл с упаковочной плёнкой, создавая много шума, но не мешая.
Потом началось.
Гена вкручивал очередную полку, стоя на стремянке, когда Пони решила, что ей срочно нужно наверх. Она запрыгнула на стремянку, потом на плечо Гене, потом на голову, и оттуда сиганула на полку, которую он держал.
Полка качнулась. Гена качнулся. Стремянка качнулась.
— А-а-а! — закричал Гена, пытаясь удержать равновесие.
В этот момент Персик, игравший с плёнкой, запутался в ней и с диким мяуканьем понёсся по комнате, сшибая всё на своём пути. Он влетел в стремянку. Стремянка покачнулась ещё сильнее.
Гена понял, что падает. Он отпустил полку, взмахнул руками, пытаясь за что-то ухватиться, и… приземлился прямо на диван, который чудом оказался рядом.
Полка, которую он держал, упала на пол с грохотом. Шурупы рассыпались. Пони с верхней точки обозревала разрушения с гордостью архитектора. Персик, выпутавшись из плёнки, сидел посреди комнаты и смотрел на Гену круглыми глазами.
— Живой? — спросил Гена сам себя.
В этот момент из прихожей донеслось:
— Гена! Что за грохот?!
Рита вбежала в комнату и замерла. Картина маслом: Гена на диване, вокруг разбросанные детали игрового комплекса, Пони на верхней полке (уже прикрученной), Персик в центре комнаты в позе "я не я и лошадь не моя", Муся на башне с видом "я же говорила", Лиза, высунувшая нос из-под кровати.
— Я... — начал Гена. — Это сюрприз. Игровая стена. Для кошек. Почти готова.
Рита обвела взглядом хаос.
— Гена, тут всё разобрано.
— Ну, почти собранная, но разобранная. Технические детали.
Рита смотрела на него. Потом перевела взгляд на Пони, которая гордо восседала на единственной прикрученной полке. Потом на Персика, который начал вылизывать лапу, делая вид, что он вообще не при делах.
И вдруг она расхохоталась. Громко, заливисто, до слёз.
— Гена, ты... ты невероятный! Решил сделать сюрприз, а в итоге устроил цирк!
— Я старался, — обиженно сказал он. — Но кошки... они не дают.
— Я вижу. Пони уже командует парадом.
Пони, услышав своё имя, довольно замурчала и спрыгнула с полки прямо на голову Гене.
— Опять, — вздохнул он.
— Это традиция, — улыбнулась Рита. — Ладно, давай собирать вместе. Покажу тебе, как правильно.
— Ты умеешь?
— Я ветеринар. Я умею собирать клетки, вольеры и игровые комплексы. Кошачья стена — ерунда.
Через два часа комплекс сиял во всей красе. Полки, тоннели, гамаки, лесенки — кошачий рай. Муся первой оценила — взобралась на самый верх и оттуда обозревала владения. Лиза, осмелев, залезла в тоннель и оттуда выглядывала, как из укрытия. Пони носилась по всем уровням, проверяя надёжность. Персик пытался за ней угнаться, но падал и снова лез.
— Получилось, — выдохнул Гена, вытирая пот со лба. — Красота.
— Спасибо, — Рита чмокнула его в щёку. — Лучший сюрприз.
— Даже несмотря на то, что я чуть не убился?
— Особенно несмотря на это.
Они сидели на диване, наблюдая за кошачьими играми. Пони и Персик носились по новой стене как угорелые, Муся доминировала на верхотуре, Лиза осваивала тоннели.
— Знаешь, — сказала Рита. — Я думала, что с тремя кошками у меня уже полный дом. А с четырьмя — это просто кошачий ковчег.
— Главное, чтобы воды не было, — пошутил Гена. — А то придётся строить настоящий.
— Не накаркай.
В этот момент зазвонил телефон. Генин рабочий.
— Алло?
— Геннадий Палыч? — голос в трубке был взволнованным. — Это Марина, ваша клиентка. Помните, вы делали мне серьги с сапфирами?
— Да, помню. Что случилось?
— Я потеряла одну! Уронила где-то в машине, обыскала всё — нет! Это подарок мужа, он меня убьёт!
— Спокойно, — сказал Гена. — Я помогу. Где машина?
— Стоит у дома. Я сейчас пришлю фото, где примерно уронила.
— Жду.
Он сбросил трубку и посмотрел на Риту.
— Работа. Клиентка потеряла серьгу.
— В машине? Как ты будешь искать?
— Придётся ехать. С фонариком. И лупой.
— Я с тобой, — вскочила Рита. — Вместе веселее.
— А кошки?
— Кошки остаются. Пони, ты старшая. Смотри за порядком.
Пони, сидевшая на верхней полке, моргнула — мол, принято, командовать парадом буду я.
Машина клиентки оказалась огромным внедорожником. Сама Марина, женщина лет сорока с идеальным маникюром, металась рядом.
— Геннадий Палыч, я обыскала всё! Под сиденьями, в щелях — нет!
— Не волнуйтесь, — успокаивал Гена. — Сапфир в хорошей оправе, не разобьётся. Найдём.
Он достал мощный фонарик и лупу и начал обследовать салон. Рита помогала, заглядывая во все щели.
Полчаса поисков не дали результата.
— Может, выпала, когда вы выходили? — предположила Рита.
— Исключено! Я выходила аккуратно!
— А дети у вас есть? — спросил Гена.
— Есть, двое. Мальчики. А что?
— Мальчики могли найти и взять поиграть.
Марина побледнела.
— О боже! Они вечно всё тащат!
— Звоните домой.
Марина позвонила. Выяснилось, что младший сын нашёл "красивую блестяшку" и хотел сделать из неё украшение для своего робота. Серьга была цела, лежала в ящике с игрушками.
— Слава богу! — выдохнула Марина. — Геннадий Палыч, вы гений! Я ваша должница!
— Не за что, — улыбнулся Гена. — Главное, что нашлась.
Когда они вернулись домой, их встретила странная тишина. Обычно кошки уже встречали у двери, особенно Пони и Персик. А тут — никого.
— Странно, — сказала Рита. — Куда все подевались?
Они прошли в комнату и замерли.
На новой игровой стене, на верхней полке, сидели все четверо. Рядом. Муся — по центру, Пони — слева, Персик — справа, Лиза — чуть поодаль, но рядом. Они сидели и смотрели на вошедших, как будто позировали для семейного портрета.
— Это что за совет в Филях? — удивился Гена.
— Они нас встречают, — прошептала Рита. — Все вместе. Впервые.
— Может, совещаются, как нас завоевать?
— Или благодарят за новую стену.
Персик первым не выдержал торжественности и спрыгнул вниз, подбежал к Гене и начал тереться о ноги. За ним спустилась Пони — традиционно запрыгнула на плечо. Муся величественно сошла по полкам и улеглась на диван. Лиза осторожно спустилась и села рядом с Ритой.
— Гена, — тихо сказала Рита. — Они стали семьёй. Настоящей.
— А мы?
— А мы — их родители. Кошачьи родители.
— Звучит гордо.
— Звучит счастливо.
Пони на плече громко заурчала. Персик у ног запищал, требуя внимания. Муся с дивана одобрительно фыркнула. Лиза робко ткнулась носом в Ритину руку.
И в этот момент в ушах у Гены действительно зазвенело. Не от грохота, не от крика. От осознания: вот оно. Счастье. Оно пришло не с фанфарами, а с кошачьим мурчанием, потерянными очками и четырьмя пушистыми мордами. И с Ритой, которая смотрела на него так, будто он — центр вселенной.
— У тебя очки криво, — сказала Рита.
— Я знаю, — улыбнулся он. — Пони поправила.
— Сними, я выровняю.
Она сняла очки, поправила дужки и водрузила обратно. Пони на плече согласно муркнула — одобряю.
— Люблю тебя, — сказал Гена.
— И я тебя, ботаник.
Персик внизу запищал громче — мол, меня тоже любите!
— И тебя, Персик, — засмеялась Рита, подхватывая котёнка на руки. — И тебя, Пони. И Мусю. И Лизу. Всех люблю.
— Кошачий психоз, — констатировал Гена.
— Кошачье счастье, — поправила Рита.
И они пошли на кухню пить чай вчетвером (в шестером, если считать кошек), и это было лучшее завершение самого странного дня в их жизни.
А в ушах всё ещё звенело. Но это был приятный звон. Звон кошачьих мисок, счастливого смеха и любви, которая, как известно, творит чудеса. Особенно когда у тебя четыре кошки и вечно теряющиеся очки.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))
А также приглашаю вас в мой телеграмм канал и Канал МАХ