Миф о «гениальном вожде» до сих пор жив. Сталинисты рисуют Джугашвили чуть ли не полубогом: якобы он вытащил страну из отсталости, модернизировал её и выиграл войну. Реальность же куда страшнее и прозаичнее: для русского народа Сталин прежде всего палач, чьи решения стоили миллионов жизней, разрушили традиционный уклад и в долгосрочной перспективе подорвали саму основу исторической России, ускорив её распад.
Заурядность личности
Разговоры о гениальном масштабе личности Сталина не выдерживают критики.
Великие лидеры — Цезарь, Александр Македонский, Наполеон — обладали харизмой, авантюрным духом, умением вести за собой толпы.
У Сталина ничего этого не было и в помине. Семинарское образование, никакой серьёзной подготовки к управлению огромной страной. Он не был оратором — выступал редко, сухо, без огонька.
В значительной мере «ехал» на ленинском наследии и авторитете партии. Личной смелости, стратегических озарений, оригинальных идей — почти ноль. Он оставался серым партийным функционером второго ряда, чей образ раздула позднейшая пропаганда.
Даже легенда о «гении аппарата» сомнительна. Пост генсека дал ему колоссальные рычаги — он просто методично их использовал, устраняя конкурентов. Если за это давать титул гения, то гением аппарата можно назвать любого удачливого бюрократа, оказавшегося наверху.
Пустую фигуру Сталина не удалось наполнить какими-либо личностными чертами даже в историко-пропагандистском фильме той эпохи «Ленин в Октябре». На протяжении более полутора часов киноленты актёр, играющий Сталина, не произносит ни слова.
Хотя в фильме Сталин представлен как ближайший соратник Ленина, он лишь внимательно слушает Ильича и курит трубку.
Популярность и репрессии
Поклонники Сталина утверждают, что, тем не менее, народ его любил и поддерживал. Но популярный лидер не будет раскулачивать и убивать миллионы, загонять крестьян в колхозы под страхом смерти и строить Архипелаг ГУЛАГ.
Политика Сталина была ригидной, негнущейся. Многие решения проводились вопреки очевидным катастрофическим последствиям: обезлюживание деревни, развал сельского хозяйства, дискредитация самой идеи социализма в глазах миллионов.
После коллективизации и раскулачивания Сталин опасался народного бунта и иностранной интервенции, поэтому превратил страну в гигантский концлагерь, где миллионы людей были объявлены «врагами народа».
Частично его страхи оправдались: в 1941 году миллионы красноармейцев сдавались в плен без боя, деморализованные террором предыдущих лет.
Басня о том, что народ сражался «за Сталина», — чистой воды пропаганда. Уже осенью 1941-го вождь понял: на личном культе далеко не уедешь. Поэтому он срочно вытащил из сундуков образы Дмитрия Донского, Александра Невского, Суворова — национальные, а не партийные символы. Личный культ отошёл на второй план.
Руководя обороной, Сталин не проявил ничего выдающегося. Любой другой председатель ГКО вряд ли допустил бы катастрофы 1941–1942 годов. Коллективизация, Голодомор, чистки армии — всё это едва не привело страну к краху.
Реакция на культ личности Сталина
В народе культ Сталина воспринимался скорее иронически. По воспоминаниям моей бабушки, которая жила при Сталине, простые люди вовсе не считали его каким-то полубогом и даже потешались над культом личности.
Она вспоминала, что в их школе мальчик, поставленный в угол за плохое поведение в классе, ради хохмы вставал на колени перед портретом Сталина и молился ему, пока учитель не видел, и все над этим смеялись.
После убийства Кирова в народе ходили частушки: «Самолёт летит, под ним проталина, убили Кирова — убьют и Сталина».
О чём говорить, если в 1937 году была проведена перепись населения и большинство жителей страны (около 55,3 млн из 98,4 млн взрослых) назвали себя верующими - несмотря на то, что Джугашвили проводил все 30-е годы ожесточённую антирелигиозную кампанию (закрытие храмов, аресты духовенства, пропаганда атеизма).
Эти данные оказались настолько неожиданными и «неудобными» для власти, что перепись объявили «вредительской», засекретили, а организаторов репрессировали.
Толпы на похоронах Сталина в 1953-м?
Да, на улицы Москвы вышли сотни тысяч человек. Но такие же многотысячные скопления людей собирались на похоронах патриарха Тихона в 1925-м или Высоцкого в 1980-м. Для большинства он был просто лицом власти — одним из большевистских лидеров, продолжателем ленинского курса.
Лучший индикатор отношения народа — 1956 год.
После доклада Хрущёва о культе личности по всей стране никто не стал защищать Сталина. Исключением была только Грузия, где протесты носили националистический характер. Памятники сносили — народ наблюдал спокойно, в том числе фронтовики.
Сталин никогда не был по-настоящему национальным лидером.
Осторожность как единственное «достоинство»
Единственная черта, которую действительно стоит отметить, — крайняя осторожность на международной арене. В отличие от Гитлера или Наполеона, Сталин избегал безрассудных авантюр. Это позволило ему расширять границы: сначала пактом Молотова–Риббентропа, потом — в союзе с Черчиллем и Рузвельтом. Он не лез за пределы своей сферы влияния и поэтому вошёл в историю как «победитель». Хотя вклад в оперативное военное руководство остаётся крайне спорным.
Плоды сталинской деятельности
Что в итоге? Индустриализация — да, но ценой разгрома деревни и голода 1932–1933 годов, унёсшего миллионы жизней. При этом темпы экономического роста не превосходили дореволюционные: в конце XIX — начале XX века Россия росла примерно так же (около 3–3,5 % в год по разным оценкам), без ГУЛАГа, без каннибализма в Поволжье и на Украине, без уничтожения миллионов крестьянских хозяйств.
Запрет частной собственности, сверхцентрализация, коренизация окраин (создание Сталиным новых национальных республик с конституционным правом выхода) — всё это заложило мины замедленного действия, которые взорвались позже.
После смерти Сталина система начала трещать по швам. Хрущёв почти сразу распустил ГУЛАГ — он уже не был нужен для удержания власти. Социальные расходы выросли в разы, угроза голода исчезла навсегда. Но экономическая модель осталась прежней: сверхцентрализованное планирование, отсутствие нормальных цен, стимулов и обратной связи с потребителем.
Итог оказался предсказуемым. К 1990-м годам советская экономика окончательно выдыхалась: хроническая неэффективность, гигантское разбазаривание ресурсов, технологическое отставание от Запада на 10–20 лет, тотальный дефицит всего — от джинсов и колбасы до нормального жилья и лекарств.
В результате страна потеряла огромные территории, демографический потенциал, культурный слой и внешнеполитический вес. Государство, которое должно было стать «самым передовым», не выдержало мирной конкуренции с капитализмом.
Сталин — «эффективный менеджер»? Скорее палач, чьи методы обеспечили краткосрочный рывок ценой долгосрочного упадка, демографической катастрофы и распада страны.