Знакомство в продуктовом магазине — это, наверное, самая заезженная история в мире. Но когда Вика в пятницу вечером выбирала между дорогим сыром с плесенью и обычным твердым, она думала совсем не о мужчинах. День выдался тяжелый, начальник накричал из-за отчета, и единственным утешением должна была стать бутылка итальянского вина и этот самый сыр.
Она уже почти положила руку на «Пармезан», как вдруг чья-то рука потянулась к такому же кусочку. Их пальцы почти соприкоснулись.
— О, простите! — раздался приятный бархатистый голос. — Берите.
Вика подняла глаза и… улыбнулась. Перед ней стоял высокий шатен с идеальной осанкой и легкой щетиной, которая делала его похожим на актера из старых голливудских фильмов. Одет он был в джинсы и темно-синий свитер крупной вязки. От него пахло хорошим парфюмом, чем-то древесным и свежим.
— Да нет, что вы, — смутилась Вика. — Я еще не решила.
— Тогда, вы можете мне помочь? — он обаятельно улыбнулся, сверкнув ровными белыми зубами. — Подскажете, какое вино лучше к этому сыру?
Он говорил легко, уверенно, но не навязчиво.
Его звали Вадим. Он рассказал, что у него небольшая строительная фирма, «свой маленький бизнес», как он выразился. Пока они шли до кассы, он успел рассмешить ее историей о том, как нанял рабочих, которые вместо ремонта устроили в квартире турнир по домино.
— Пришлось самому все переделывать, — развел он руками. — Зато теперь я и плитку класть умею, и розетки подключать. Так что если у вас дома что-то сломается — звоните, примчусь.
Это было сказано вроде бы в шутку, но с таким искренним теплом, что у Вики защемило сердце. Ей двадцать четыре, она живет одна в двушке, доставшейся от родителей, и этот «квартирный вопрос» всегда висел над ней грузом. Мама ушла, когда Вика была совсем крохой, а папа… Папы не стало пять лет назад. Онкология сожрала его за полгода. Вика до сих пор не могла спокойно смотреть на его фотографии. Особенно на ту, где он, молодой и сильный, держит её на руках.
Поэтому, когда они уже выходили из магазина, Вика решилась.
— Вадим, — окликнула она его. — Запиши мой номер. А то вдруг тебе понадобится консультация по сыру? — улыбнулась она.
***
Их первое свидание было в субботу. Дорогой ресторан с видом на набережную, легкое вино, разговоры обо всем на свете. Вадим оказался не только красивым, но и умным. Он слушал, задавал вопросы, запоминал мелочи. Сказал, что у нее глаза цвета моря, и когда она смеется, кажется, что в зале становится светлее.
Второе свидание — через неделю. Снова уютный вечер. Вика поймала себя на мысли, что влюбляется. Он не пытался затащить ее в постель, не говорил пошлостей, был внимателен и нежен. Редкое сочетание для современного мужчины.
После третьего свидания он, как и в прошлые разы, довез ее до подъезда. Вика замешкалась. Открывать дверцу машины не хотелось. Вечер был слишком хорош, чтобы вот так его заканчивать.
— Может, поднимешься? — выпалила она, краснея. — Кофе там… или чай. А ещё у меня вино пылится в холодильнике, — говорила она быстро, не придавая значение словам.
Вадим посмотрел на нее с легким прищуром, изучающе, но тут же лицо его смягчилось.
— С удовольствием.
В прихожей Вика вдруг почувствовала себя неловко. Старая люстра, доставшаяся от папы, немного мигала — вечно с ней проблемы. Вадим прошел в гостиную, огляделся. Взгляд его скользнул по полке с книгами, задержался на старой фоторамке, где был запечатлен папа с маленькой Викой на фоне моря.
— Твой отец? — спросил он.
— Да. Его нет уже, — коротко ответила Вика, уходя на кухню за бокалами.
Она открыла вино, разлила по бокалам. Вадим взял свой, пригубил.
— Красивая у тебя квартира. Просторная. Наверное, в такой и ремонт делать приятно?
— Да я как-то не решаюсь, — призналась Вика. — Тут всё папиными руками сделано. Даже розетки сам ставил.
Она залпом выпила свой бокал, чтобы унять нервную дрожь. Вадим снова наполнил его. Заиграла тихая музыка, они говорили о пустяках, но Вика чувствовала: что-то не так. Голова стала тяжелой, словно ее накрыли ватным одеялом.
— Что-то мне… нехорошо, — прошептала она, пытаясь встать с дивана.
Ноги подкосились. Она покачнулась и начала падать, но Вадим ловко подхватил ее на руки.
— Тише-тише, — его голос звучал глухо, как из-под воды. — Сейчас я тебя уложу. Плохое вино попалось, бывает.
Он отнес ее в спальню и аккуратно положил на кровать. Вика чувствовала прикосновение прохладных простыней, но тело стало чужим, непослушным. Веки налились свинцом. Она хотела сказать «спасибо», но язык не шевелился. Хотела улыбнуться, но губы не слушались.
И тут началось то, от чего сердце ее пропустило удар.
Вадим не наклонился к ней, не поцеловал, не укрыл одеялом. Он выпрямился, одернул свитер и быстрым, деловым шагом направился в гостиную. Вика слышала, как открываются ящики комода, как что-то падает на пол.
Сквозь мутную пелену она увидела, как он вернулся. В руках у него была папина старая медаль «За отвагу», золотые сережки, которые отец дарил ей на совершеннолетие, и конверт с наличными, которые она откладывала на летний отпуск.
«Что… что происходит?» — мысль билась в голове, но тело оставалось парализованным.
Вадим подошел к ней, взял ее руку. Его пальцы были холодными и сухими. Он приложил ее палец к экрану её же телефона — тот послушно разблокировался. Вика видела, как мелькают цифры, как открывается банковское приложение. Перевод. Еще перевод. Все деньги, до копейки, ушли на неизвестный счет.
Закончив, он повернулся к ней. Теперь в его взгляде не осталось и следа от того обаятельного джентльмена. Глаза были пустыми и холодными, как у рыбы.
— Ты скоро уснешь, — сказал он спокойно, будто обсуждал погоду. — А завтра будешь думать, что просто перебрала и ничего не вспомнишь.
Он присел на край кровати и вдруг нежно, почти ласково, коснулся ее щеки. От этого прикосновения по коже побежали мурашки ужаса.
— А знаешь, — задумчиво протянул он. — Ты мне правда понравилась. Жаль портить вечер, но раз уж я здесь, пожалуй, возьму еще кое-что. То, для чего ты меня, собственно, и пригласила.
Его палец скользнул по ее губам. Вика хотела закричать, забиться, но не могла даже моргнуть. Слезы бессилия потекли по вискам, впитываясь в подушку.
И вдруг свет в комнате мигнул. Раз. Два. Лампочка под потолком затрещала и погасла. С гостиной донесся оглушительный звон — словно упала и разбилась бутылка.
Вадим вздрогнул и вскочил.
— Что за черт? — пробормотал он, доставая телефон и включая фонарик.
Луч света заметался по комнате. Вика услышала звук шагов. Медленных, тяжелых. Кто-то приближался.
Вадим направил фонарик в проем.
В комнату вошел мужчина. Высокий, широкоплечий. Его кожа была неестественно бледной, почти прозрачной, с синеватым отливом. Глаза — темные, печальные и строгие.
Вика смотрела и не верила. Сердце, только что замершее от ужаса, теперь бешено заколотилось, прорываясь сквозь дурман.
Это был он. Ее папа.
Она узнала бы его из тысячи похожих людей. Эту старую клетчатую рубашку, в которой он любил копаться в гараже. И взгляд — тот самый взгляд, которым он смотрел на нее, когда она в детстве приносила двойки. Строгий, но любящий.
Папа стоял в дверях и смотрел на дочь. В его глазах была такая тоска, такая боль, что Вика разрыдалась бы навзрыд, если бы могла.
«Папочка…» — мысль пронзила сознание.
Он перевел взгляд на Вадима. Тот попятился, выставив перед собой телефон, как крест.
— Ты… ты кто? Откуда ты? — заикаясь, прошептал Вадим. — Этого не может быть… Я же закрыл дверь!
Призрак не ответил. Он просто исчез. А через долю секунды материализовался прямо перед Вадимом. Его рука, огромная и полупрозрачная, схватила парня за грудки и оторвала от пола, словно пушинку.
Вадим взлетел в воздух и с глухим стуком врезался спиной в стену. Парень сполз на пол и затих, потеряв сознание.
Папа стоял над ним, глядя сверху вниз, затем медленно повернулся. Он подошел к кровати, присел на край. Вика смотрела на него сквозь пелену слез. Он протянул руку и провел прохладной ладонью по ее животу.
Тепло разлилось по телу. Парализованное тело вновь начало слушаться.
— Папа! — закричала она, рывком садясь на кровати.
Она бросилась к нему, обвила руками его шею. Он был осязаемым. Холодным, словно мрамор, но реальным. Вика чувствовала запах старого одеколона, знакомый с детства.
— Папочка, как мне тебя не хватало… — шептала она, уткнувшись ему в плечо.
Он не сказал ни слова. Только положил свою тяжелую ладонь ей на затылок, прижимая к себе. А потом его не стало. Просто растаял в воздухе, оставив после себя лишь легкий холодок.
Вика сидела на кровати, глотая воздух. Она спустилась на пол, подошла к тумбочке, схватила телефон. Пальцы дрожали, когда она набирала «112».
Она выскочила в коридор и изо всех сил заколотила в дверь соседа, пожилого дяди Коли из пятьдесят второй.
— Откройте! Там… вор!
Сосед, мужик крепкий, бывший военный, вышел с монтировкой в руках. Вместе они вернулись в квартиру. Вадим все еще был без сознания, привалившись к стене. Дядя Коля ловко скрутил его старым удлинителем.
Приехала полиция, скорая. Вику осмотрели медики, а Вадима забрали полицейские.
Но через неделю всё закончилось. Ей позвонил следователь и сухо сообщил, что дело закрыто. Вадим… вышел под залог. У него оказались большие связи. Деньги ей, конечно, никто так и не вернул.
Вика чувствовала себя раздавленной. Словно предательство Вадима, так больно ударившее, было ничем по сравнению с предательством системы.
Но жизнь продолжалась. Через неделю, в субботу, она зашла в тот самый магазин, где все началось. Нужно было купить хлеба и молока. Автоматически она свернула в отдел с сырами, но тут же отвела взгляд. Слишком больно.
Она стояла у витрины с овощами, когда краем глаза заметила знакомую фигуру.
Вадим.
Он был в том же темно-синем свитере. Он тоже шел за продуктами, но, увидев Вику, замер на месте, словно вкопанный.
Вика смотрела на него. Страха не было. Был только холод и пустота. И какое-то странное любопытство: как он посмел сюда прийти?
Вадим смотрел на нее. Его лицо, обычно такое самоуверенное, исказилось гримасой. Он быстро, судорожно перекрестился, хотя никогда не был замечен в религиозности, развернулся и буквально выбежал из магазина, бросив тележку посреди прохода.
Вика взяла с полки помидор, положила его в пакет и улыбнулась. Впервые за долгое время — легко и спокойно.
— Спасибо, пап, — прошептала она, чувствуя что он рядом.
Благодарю за внимание. «История вымышленная, совпадения случайны»