В истории Америки было немало богатых семей, но лишь единицы могут сравниться с Вандербильтами по скорости взлёта и стремительности падения.
За одно столетие они прошли путь от лодочника с сотней долларов в кармане до владельцев железнодорожной империи, а затем — до полного забвения.
Их особняки снесли, их состояние растворилось, а наследники к середине XX века перестали быть даже миллионерами. Как так вышло?
«Коммодор», построивший империю
Корнелиус Вандербильт, которого позже назовут «Коммодором», родился в семье бедного фермера. Он не получил никакого образования, был груб, вспыльчив и сквернословил при дамах. Но у него был талант — он умел делать деньги.
В 16 лет он одолжил у матери 100 долларов, купил небольшую лодку и начал перевозить пассажиров между Стейтен-Айлендом и Манхэттеном. К 40 годам он уже владел флотом пароходов, а к 70 — переключился на железные дороги. Его компания New York Central стала контролировать все перевозки в Нью-Йорк и из него. К 1877 году состояние Корнелиуса достигло 100 миллионов долларов — больше, чем лежало тогда в казначействе США.
При этом Коммодор презирал собственную семью. Из десяти детей выжили двое сыновей, и оба, по мнению отца, были никчёмными. «Любой дурaк может разбогатеть, — говорил он старшему сыну Уильяму. — Чтобы удержать богатство, нужен умный человек».
Сын, который доказал обратное
Уильям Генри Вандербильт, которого домашние звали Билли, оказался умнее, чем думал отец. Получив контроль над империей, он удвоил семейное состояние — до 200 миллионов долларов (более 300 миллиардов в пересчёте на современные деньги). Но именно он совершил роковую ошибку: разделил наследство между двумя сыновьями.
Корнелиус-старший настаивал на том, чтобы всё состояние передавалось одному наследнику. Билли нарушил это правило. С этого момента началось дробление капитала.
Третье поколение Вандербильтов уже не хотело управлять железными дорогами. Уильям Киссам Вандербильт, внук Коммодора, увлёкся яхтами и скачками. Его брат Корнелиус II ещё пытался вести дела, но умер в 1899 году. Оставшись у руля, Уильям быстро потерял интерес к бизнесу.
Золотой век транжирства
В начале XX века Вандербильты были на пике. Им принадлежали десятки особняков, включая 10 роскошных домов на Пятой авеню в Манхэттене, поместья в Ньюпорте и знаменитый Билтмор в Северной Каролине — 250 комнат, 146 тысяч акров земли. Они коллекционировали картины старых мастеров, устраивали балы, на которые тратили состояния.
Но зарабатывать они уже перестали. Только тратили.
Впрочем, тратили не только на себя. Уильям Киссам выделил миллион долларов на строительство доступного жилья в Нью-Йорке, жертвовал сотни тысяч Колумбийскому университету, YMCA и основал клинику Вандербильта. К концу жизни он потратил на благотворительность и личные расходы примерно столько же, сколько унаследовал.
Крах железной империи
Пока наследники прожигали капитал, их бизнес разваливался. После Второй мировой войны железные дороги перестали быть главным транспортным средством Америки. Грузовики, самолёты, баржи и автобусы отбирали пассажиров и грузы. К 1958 году четыре из шести скоростных поездов между Нью-Йорком и Чикаго отменили.
В 1970 году компания New York Central, когда-то вторая по величине железная дорога США, объявила о банкротстве. Вскоре пассажирские перевозки передали Amtrak. Династия лишилась главного источника дохода.
Исчезновение
К 1947 году в Нью-Йорке не осталось ни одного особняка Вандербильтов. Их снесли, чтобы освободить место для небоскрёбов и универмагов. Кованые ворота одного из домов теперь стоят в Центральном парке, а камин из другого украшает Американское крыло Метрополитен-музея.
В 1973 году 120 потомков Корнелиуса Вандербильта собрались на семейную встречу. Никто из них не был даже миллионером. Менее чем за сто лет крупнейшее состояние Америки растворилось.
Корнелиус-старший оказался прав: его наследники не сумели удержать богатство. Но он ошибался в другом. Дело было не в глупости — Вандербильты третьего и четвёртого поколений были образованны, культурны и щедры. Они просто не хотели быть бизнесменами. Они предпочли тратить, а не зарабатывать. И в этом, наверное, нет ничего плохого.
История семьи Вандербильт — напоминание о том, что деньги не вечны. Можно построить империю, но нельзя гарантировать, что её не растратят наследники. И, как заметил один из них, унаследованное богатство часто становится не даром, а проклятием — убийцей амбиций и мотивации. Впрочем, сами Вандербильты, судя по всему, об этом не жалели. Они просто жили в своё удовольствие, пока деньги не кончились.