- Почему ты так плохо об Александре думаешь? Он не один из них, а просто устроился на работу.
- Да, он очень отличается от моего мужа. Он умный, уверенный в себе и очень уравновешенный. Но поверь, там нет случайных людей. Мне об этом ещё Артём говорил, - сказала Надежда и посмотрела на Татьяну долгим и изучающим взглядом, а потом произнесла: - Дай бог, чтобы я ошиблась и это всего лишь приступ паранойи... Но ты мне больше, чем подруга! Мы столько уже всего вместе пережили... Чувствую, что лучше без оглядки бежать от этого человека... К сожалению, по твоим глазам вижу, что этого ты не сделаешь. Тебе может даже показаться, что я так говорю из зависти, а мои слова покажутся бредом сивой кобылы, но поверь, придёт время, и ты вспомнишь наш сегодняшний разговор. Это как ты когда-то предостерегала меня, а я не слушала...
Таня, как показалось Надежде, глупо улыбнулась и взяла на руки котёнка, который не мурлыкал, а просто тарахтел, как трактор.
- Ладно, фиг с тобой. Запомни только одно - что хочешь делай, но не давай ему до свадьбы, поняла? Не повторяй моих ошибок!
- Ты с ума сошла, что ли? - Татьяна вспыхнула краской от негодования. - Да... да... ты что такое говоришь?
- Не злись! - прервала её Надя, небрежно махнув рукой. - Я знаю, что говорю. Очень легко потерять голову, когда любишь, да ещё такого, как этот твой, Александр. Так что просто запомни - можешь целоваться, прижиматься, обниматься, но ниже пояса руки пусть не толкает...
- Надька, прекрати сейчас же! - Таня сидела пунцовая, как свёкла, и прикрывала лицо котёнком.
- Я такая дура была, что никого не слушала. Запала на первого, кто рукой поманил... Когда лежала побитая, столько всего передумала. Вернуть бы сейчас всё назад... Ты только не обижайся! Дело вовсе не в тебе. Ты хорошая, воспитанная, чистая... Но тебе восемнадцать, ему - за тридцать, блин. Упакованный, симпатичный чувак на крутой тачке... Тут кто угодно голову потеряет, а ты - тем более. Не потому что ты плохая, а именно потому, что вот такая - наивная и чистая... Раз уж он тебе нравится и ты решила с ним встречаться, прошу только об одном - не спи с ним до свадьбы...
- Не буду, Надя, клянусь! - со смехом ответила ей Таня. - Может, хватит уже обо мне? Как малыш ночью спал?
- Спал, просыпался, кушал, потом снова спал... Он у меня с пальца сметану слизывать научился...
- Он лёгкий, как пушинка, и кажется маленьким серым облачком, случайно спустившимся с небес. Какая шёрстка шелковистая после мытья стала... - сказала Таня, устроив котёнка на груди.
- Мы с ним нуждаемся друг в друге. Я когда увидела этот жалкий мокрый комочек, чуть не заплакала... Держу его в руках, согреваю и чувствую, как печаль начинает отступать, как тепло, собирается в ладонях и готово согреть не только его, но и мою израненную душу... Котёнок наверняка ждал именно меня. Он знал, что я пройду здесь, увижу его и заберу в дом, который ему так нужен...
- Тогда пошли в больницу. Пусть врач посмотрит малыша и даст рекомендации.
В ветклинике подруги просидели в очереди полтора часа. Котёнок спал всё это время на руках у Нади. Возрастной седовласый ветврач осмотрел пациента и уверенно сказал:
- Глазки в ужасном состоянии, одного уже совсем нет, второй можно попытаться спасти, но видеть им он всё равно не будет. Кроме этого котёнок здоровый. Сделаем операцию, глазницы заживут. Сейчас поставим антибиотик и выпишем мазь. Пока он слишком слаб для прививок и операции. Через недельку покажитесь и примем решение...
Девушки вышли из ветклиники. Котёнок благодарно мурлыкал у Нади под пуховиком. День был пасмурный и ничем непримечательный. Низкое серое небо, словно тяжёлый мешок, висело над крышами домов. По ощущениям природа готовила очередной подарок в виде новой порции снегопада. Дул колючий, практически декабрьский, ветер. Назойливые струйки холода заползали за воротник, заставляя прохожих быстрее перебирать ногами.
- Пару недель посижу дома с Пиратом, и можно будет устраиваться на работу. А пока куплю газеты с объявлениями и начну обзванивать. Молока нам на два дня хватит, сметанка есть, в аптеку осталось зайти, чтобы мазь купить для малыша... - на ходу делилась планами Надежда.
Таня заметила, что подруга с удовольствием переключилась на котёнка. Внешне она выглядела спокойной или старалась так выглядеть, но её состояние беспокойства уже не вызывало. А уж то, как она здраво начала рассуждать, говорило о большой работе мозга, которая перевернула её сознание, подбросила и поставила на место.
По дороге девчонки купили в "Кулинарии" дрожжевого теста, и по прибытии домой Таня взялась научить Надюху печь пирог с картошкой. Ближе к девяти часам Таня начала всё чаще подходить к окну.
- Угости пирогом своего красавчика. Больно он вкусный у тебя получился! - сказала Надежда, доедая третий кусок.
- Бабушка ещё лавровый лист к картошке добавляла, но у тебя его не оказалось. В следующий раз испечём с лаврушкой и почувствуешь разницу... - сказала Таня, поглядывая в окно на пятачок перед подъездом, и вдруг воскликнула: - Приехал!
- Ничего... Немного подождёт, а мы пока пирог для него запакуем... Съест его и ещё сильнее полюбит. Не забудь сказать, что сама пекла, потому что я на такие чудеса не способна, - бормотала Надежда, щедро укладывая в целлофановый мешок куски пирога.
Когда она вышла в коридор, Таня уже стояла одетая и придирчиво рассматривала себя в зеркале.
- Губы бы немного поярче накрасила, а так красотка! - сказала Надя, протягивая мешок с гостинцем и, глядя на искрящиеся глаза подруги, добавила: - Даже немного завидую тебе...
- Надюша, и у тебя будет всё хорошо... - заверила её Татьяна, поправляя на шее вязанный шарфик.
- Обязательно будет, но точно не сейчас... Мне нужно от первого брака отойти, а потом можно будет в омут с головой бросаться. Моя любовь сейчас принадлежит только Пиратику. Других мужчин мне не надо... Ну ладно, беги уже! Вижу, что тебе не терпится!
Таня на ходу чмокнула подругу и, не дожидаясь лифта, побежала по ступенькам, прижимая к себе мешок с ещё тёплым пирогом. Увидев Таню, Александр вышел из машины и пошёл ей навстречу. Шикарная дублёнка на нём была нараспашку. Она открывала обзор на его элегантный серый, под цвет глаз, джемпер, усыпанный цветными ромбиками.
К вечеру ветер стих, но снегопад, начавшийся час назад, усиливался и атаковал более крупными хлопьями! Было невероятно красиво: тихая улочка, светящиеся фонари и снег, кружащийся в их свете...
В машине было тепло, негромко играла приятная музыка. Рядом сидел человек, который Тане нравился. Аромат свежего пирога беспардонно начал заглушать тонкий аромат мужского парфюма.
- Пирог, должно быть, очень вкусный! - прокомментировал Александр свои ощущения.
- А ты попробуй! - улыбнулась Таня, протягивая ему пакет.
- Пирог без чая не пирог... Вот если бы хозяюшка меня чаем угостила... - осторожно озвучил Александр свою мысль. - Напоишь?
- Конечно... И пирог подогрею. Он остыл уже... - ответила Таня с замиранием сердца. Ну, а о том, что она поплыла, стоило ему только взять её за руку, протянутую для приветствия, нечего и говорить. В самом начале поездки она почувствовала, как её обдало горячей волной трепетного волнения...
Александр вошёл в квартиру, разделся и с разрешения хозяйки прошёл в ванную помыть руки, а по пути заодно заглянул в комнаты.
- Небольшая квартира, но уютная! - похвалил он хозяйку, вернувшись на кухню.
Таня хлопотала возле плиты, надев на себя красный передник, оставшийся в наследство от бабушки. Её румяные щёчки гармонировали с фартуком, создавая образ деревенской девушки возле русской печи. Александр, любуясь Таней, подумал, что для правдивости картины хозяйке несколько не хватает пухлявости, но в целом он остался очень доволен увиденным.
- Пирог на самом деле очень вкусный! И чай ты круто завариваешь! - похвалил он, закидывая в тарелку ещё один кусок.
- Бабушка научила. Она была мастерица на все руки... - скромно ответила Таня. - Когда её не стало, пришлось самой о себе заботиться...
- Давно одна живёшь?
- С первого курса...
- Не одиноко?
- Нет, привыкла, да и скучать особо некогда. Работы много. Часто домой прихожу только спать. Чем тебя ещё угостить?
- Спасибо, я наелся! Немного ещё посижу после сытного чаепития и поеду домой...
- Конечно, посиди, я не выгоняю... Могу телевизор включить... - сказала Таня и поспешила в комнату.
В коридоре её неожиданно нагнал Александр, повернул лицом к себе и притянул поближе. Несмотря на то, что Таня была среднего роста, но без каблуков её лоб едва доходил до подбородка кавалера. Подбородок был с ямочкой и родинкой с правой стороны, а чуть выше, на щеке - другая. Александр двумя руками взял её лицо и, пригнувшись, поцеловал сначала в глаза, затем в носик, а после прикоснулся нежным поцелуем к губам. Таня чувствовала его горячее дыхание и приятный чуть горьковатый аромат одеколона с запахом табака. От прикосновения у Татьяны зашумело в ушах. Первый поцелуй напомнил разведчика, который с осторожностью пытался проникнуть на чужую территорию, а не встретив сопротивления, начал наступательное движение - к поцелуям добавились руки, которые гладили спину, затем опустились на бёдра...
Таню будто обожгло воспоминание сегодняшнего дня и слова Надюхи: "Так что просто запомни - можешь целоваться, прижиматься, обниматься, но ниже пояса руки пусть не толкает..." Она резко оттолкнула Александра и сделала шаг в сторону.
- Извини, но тебе пора идти! - сказала Татьяна резко и даже несколько грубо.
Александр отпрянул. В его взгляде читались: и удивление, и досада, и грусть, и что-то такое, что Таня была не в состоянии понять. Наконец, он медленно произнёс, глядя ей в глаза: - Извини, пожалуйста! Сам не понимаю, как меня волной накрыло...