Начало:
Прежде, чем я вошла в сельский магазин, в моей голове прозвучал голос Клавдии Петровны:
-Постарайся не встречаться взглядом с продавцом у которой серьги с синим камнем. А еще лучше, если покупки сделаешь у той, что в очках.
Я хотела спросить почему, но наступила такая тишина, что стало ясно - старушки здесь уже нет.
Магазин превзошел все мои ожидания. Вполне современный, с хорошим ассортиментом. Единственное, что меня смутило - я только теперь осознала, что даже не посмотрела есть ли в доме свет, а ведь от этого зависит какие продукты покупать.
-Есть! Я завсегда платила наперед. Долгов нетути, а значит отключать не за что было, - тут же подсказал голос Клавдии Петровны и вновь наступила тишина.
Взяла минимальный набор продуктов, потому как не собираюсь зависать здесь на долго и завтра, максимум послезавтра вернусь в город.
За кассой была девушка в очках, потому я смело рассчиталась у нее, а к женщине с серьгами с голубыми камнями, которая стояла у мясной витрины я даже подходить не стала. Зачем мне мясо? Батон колбасы я взяла в открытой витрине-холодильнике, все остальное и вовсе в свободном доступе.
Когда к магазину подъехал отец Юли, первая мысль, которая пришла мне в голову:
-А ведь он здесь отнюдь не из-за того, что матери уход нужен! И приехал он не из дома матери, а от другой женщины!
Откуда-то из глубин подсознания пришло понимание, что ни Юля, ни ее мама ни о чем даже не догадываются и это меня удивило - мне всегда казалось, что в деревнях и селах все про всех все знают.
Тут же пришел ответ:
-Все думают, что он просто помогает троюродной сестре.
-Как все запущено, - вздохнула я и не заметила, что сказала это вслух.
-Ты о чем? - поинтересовалась Юля и я почувствовала, как напрягся ее отец.
В этот момент я увидела, что к магазину подходит раскрашенная и разодетая особа примерно одного с Юлей возраста и смотрит на автомобиль с таким недовольством, с таким раздражением, что не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять - это и есть новая избранница мужчины. Тогда я решила ударить по больному и кивнула в ее сторону.
-Да просто увидела эту страхолю дину и подумала: неужели в этих краях так тяжко с женским полом, что таких уродин еще кто-то снимает?
Юля хихикнула в кулачок.
-Она не из этих...
-Да ты посмотри на нее: боевая раскраска уличной пут аны, на наряд какой? В городе девушки этой профессии лет десять назад так же одевались. Сейчас они поскромнее стали. А на эту смотреть противно! Отмой ее, выпусти в огород - ни одной вороны в радиусе километра не будет!
Мужчина кашлянул.
-Зачем вы так? Настенька хорошая девушка... просто немного несчастлива в личной жизни...
-А она и не будет счастлива! Зуб даю - мужиков у нее прорва было и ни один замуж не позвал, потому что, кроме пос тели она и предложить ничего не может. Варит так, что не каждая собака станет есть, уборка - не ее конек, работать не хочет, а деньги любит. Впрочем, ей от мужиков ничего, кроме денег и не нужно.
Мужчина дернулся, но промолчал и я решила забить последний гвоздь:
-Какой-нибудь дол боклюв поведется на такую, уйдет из семьи, а когда поймет, что натворил - пути назад уже не будет. Интрижку с кем-нибудь другим жена может и простила бы, но принимать мужа после такой - любая уважающая себя женщина побрезгует.
Юля рассмеялась.
-Оля, ты будто полжизни здесь прожила! Настя уже двоих из семьи увела, но ни один из них долго не протянул, потому что удовлетворить ее запросы очень сложно, да еще на голодный желудок. И ни того, ни другого жены назад не приняли. Оба спились в итоге!
Такое чувство, что я услышала, как в голове ее отца со скрипом начали проворачиваться шестеренки. Надеюсь, что в нужном направлении и все еще можно исправить.
Въезжая в Крошку, я спросила:
-Почему улицы так пустынны постоянно? Где все? Почему не видно и не слышно детей?
Юля улыбнулась.
-Так их и нет здесь. В деревне дети только у меня (но дочь еще слишком мала, чтобы гулять самостоятельно) и у Соломиных внук на каникулах, но он днем с бабушкой на работе в Белобородова. В Крошке, в основной своей массе, живут либо одинокие старики, либо семьи без детей. Папа, останови здесь - Оля выйдет.
Мужчина удивленно посмотрел на меня.
-Да, я - племянница Клавдии Петровны, - подтвердила я, схватила пакет и поспешила покинуть автомобиль. - Спасибо, что подвезли!
Юля внезапно выскочила из автомобиля, нагнала меня у калитки и, едва коснувшись руки, прошептала:
-Если что... мы живем через два дома от тебя на противоположной стороне.
Я нахмурилась.
-Что значит "если что"?
Она отвела взгляд в сторону.
-Мало ли... новый человек в деревне... тем более ты сама говоришь, что всю жизнь в городе прожила. Может понадобится что... У нас зеленая крыша и забор в зеленый цвет открашен, а по ночам на крыльце фонарь под старину горит.
-Спасибо, буду иметь в виду.
Войдя в дом, я сразу позвала:
-Клавдия Петровна, вы здесь?
-А где мне еще быть? - тут же отозвалась тетка.
-Не поделитесь информацией?
-Какой - настороженно спросила она.
-Юля тут какими-то намеками говорила: "если что", да "мало ли"...
В ответ тишина.
-Так и будете молчать?
-О чем?
-Вам виднее о чем говорила Юля.
Старушка поморщилась.
-Да тут.... собственно и говорить-то нечего.
-Вот и расскажите мне об этом "нечего".
Она вздохнула.
-Когда меня не стало, старый пер... пень Федор Семенихин решил наведаться сюда и поживиться. Телевизор у него плохо показывать стал, вот он и хотел...
-И?
Выпучила глазенки.
-А чаво "И?" Чаво "И"? Меня только закопали, помянули, а он на следующий день уже пришел и телевизор давай от антенны отключать. Ну я и говорю: "Бесстыжая твоя морда! Что же это ты делаешь? Ты зачем мой телевизор берешь?". Он и побежал отсюдова со всей доступной ему скоростью. Да не просто побежал, но еще и мокрые следы после себя оставлял.
Клавдия Петровна рассмеялась.
-Я и не знала, что он такой водохлеб!
Подаюсь вперед.
-Кто?
-Волохлеб - воды много пьет. А иначе откуда такая длинная мокрая дорожка?
Вновь рассмеялась.
-Так он же, шельма, прибежал домой, сразу в баню и никому ничего не сказал, а подговорил Кольку Назарова. Намеками так, намеками: мол, у Петровны в доме телевизор без дела стоит, а нам с бабкой смотреть нечего, старый еле дышит. Ты бы, говорит, принес телевизор Петровны с документами, под видом своего, а я тебе две тыщи за него заплачу.
Я вздохнула.
-И этот Колька пришел сюда.
-А чего ему делать? Пензии нет ишшо, со всех работ его повыгоняли давно, потому как его принцип жизни: поспи и все пройдет. Раньше матушка его кормила, а теперь ее не стало. Приперся, как милинькЫй!
-И?
-А чаво "И?" сразу? Федька-то ему сказал с документами (чтоб выдать за свой), он и принялся документы искать. Открыл верхний ящик комода, а я и говорю ему: "Нетути туточки, Коленька, документов на телевизор! Не-ту-ти! Я их спрятала от таких, как ты!" Оборачивается, а тута я...
Посмотрела на меня внимательно.
-Ты у нас не из пужливых?
-Вроде нет.
-Вот такая, как в кино!
Тут же я увидела изменившуюся Клавдию Петровну. Ее лицо и руки покрыты сине-бордовыми пятнами, кожа местами отвалилась и висит, глаза черные, бездонные.
Это длилось всего секунду, но вполне хватило, чтобы сердце в пятки ушло, даже при том, что я была готова к демонстрации, пусть и не такой.
-Колька-то как стартанул с месту, да прямо в окно хотел выйти, но я не позволила - чегой-то он будет портить мои окна? А дом потом разрушаться начнет от того, что снег и дождь попадать будут. Я ему подножку подставила...
Рассмеялась.
-Растянулся, да так, что чуть головой об угол подлокотника не расшибся. Пришлось оттолкнуть немного - зачем мне в доме чужие покойники? Он на четвереньках выполз из дома и с дикими воплями понесся по деревне. Потом всем и каждому рассказывал, что я не померла, а превратилась в этого... как его... зомбоящура!
-Может быть в зом би?
-Может быть. Не помню точно. После этого пришлось несколько ночей к ряду приходить к Таисии Ивановне и просить, чтобы дом мой закрыли на замок и ключ положили в горшок на стене. Она баб собрала и пошли все вместе.
Старушка загадочно улыбнулась, но ничего не сказала.
-Рассказывайте! - скорее приказала, чем попросила я.
На лице старушки появилась блуждающая улыбка.
-А чаво тут рассказывать? Пришли, закрыли, только ключ спрятали в горшок из-под цветка, а я не удержалась и говорю: "Спасибо вам, бабоньки! Век не забуду!" Кто ж знал-то, что они такие нервенные все? Пришлось потом из Белобородова фершела привозить. Хорошо, что они не по домам разбежались, а все к Таисии прибежали и закрылись на все запоры.
Клавдия Петровна не выдержала и рассмеялась в голос.
-Таська сыну в Белобородова позвонила, кричит плохо мне, плохо, фершела мне срочно! Сын договорился с соседом, с фершелом, приезжают, а эти дурехи сидят за запорами и отказываются в дом пускать, требуют доказать, что они это они. А как доказать? Сын Таисии, не долго думая, двери высадил, фершел усем троим по уколь чику вса дил. С тех пор никто больше на мою собственность не зарился.
-Еще бы! Знала бы я заранее про ваши проделки, тоже вряд ли решилась бы войти в дом.
-А сейчас?
-Я же здесь и не просто так, а потому что вы сами отписали мне дом.
Продолжение следует
Другие публикации канала: