Другой бывший ухажер Алисы как-то признался, что никогда не сможет на ней жениться, потому что очень уж она красивая, и он просто сойдет с ума от ревности. В общем, это будет не жизнь, а сплошное мучение. Потому он не видит иного для нее применения, кроме как в качестве любовницы. Алиса тогда сказала ему, придя в себя от столь обескураживающего заявления, что замуж за него вовсе и не собиралась, даже в мыслях не было, и вообще, она не затем разводилась с первым мужем, чтобы в один прекрасный день выскочить за другого случайно подвернувшегося человека…
От невеселых воспоминаний ее отвлек очередной телефонный звонок. Она ответила. Это был не кто иной, как Володя. Видимо, он уже вернулся оттуда, куда его только что, вместе со всеми остальными предполагаемыми женихами, сгоряча послала ее порывистая подруга.
— Алиса, прости меня ради бога за поздний звонок, — сказал он.
— Да ладно, пустяки. Я еще не ложилась. — Она решила проявить снисхождение к несчастному, который, судя по всему, еще пребывал в шоке после своего неудачного свидания.
— Извини, что я тебя беспокою…
— Может быть, хватит извиняться, Володь? Говори, что стряслось.
Ее забавляли эти его расшаркивания. Бедный мужчина! Видимо, Елена своей обличительной речью в адрес мужчин порядком его напугала, и он решил, что и с ней, Алисой, надо быть поосторожнее.
— Да ничего особенного. Просто я хотел спросить у тебя совета.
— Насчет Ленки?
— Да, это касается Лены.
— Кстати, как все прошло… ну, в ресторане?
— Плохо, — печально вздохнув, признался Владимир.
— Да что ты! А почему?
— Я ей не понравился. Да и вообще, наговорил разных глупостей…
Кажется, некоторое время назад она уже кое от кого слышала нечто подобное. Как говорится, не будем называть фамилию. Пусть мистер Куприянов выскажется. Имеет право.
— Что же ты ей сказал? — спросила она у Владимира.
— Да ерунду какую-то. Лена спросила меня, почему я до сих пор не женат. Ну я и ответил, что не нашел среди местных невест ту единственную и неповторимую, с которой хотел бы прожить до конца жизни, а еще добавил, что все они, то есть канадки и вообще западные женщины, помешаны на деньгах, что все они расчетливые, меркантильные, хотя сами ничего особенного из себя не представляют как внешне, так и духовно. Примерно так.
Лучше бы я этого не говорил! Ей, наверное, стало обидно за этих женщин, и она такого наговорила, что мне стало не по себе. Неужели вы и вправду о нас, мужчинах, так думаете? Неужели мы все такие монстры? Не надо было мне вообще касаться этой темы. Как-то не по-джентельменски — сидеть с дамой и обсуждать женские недостатки. А ты как думаешь?
— Главное, чтобы джентльмен за столом не вытирал руки о скатерть. Остальное — сущий пустяк, поверь мне.
— Не очень-то это забавно, — вздохнул Владимир. — А перед Леной как неудобно. Вот что мне теперь делать?
— Позвони ей, — предложила Алиса.
— Не могу, я не знаю номер ее телефона. Она выскочила из ресторана и все. Представляешь, кинула деньги на стол и ушла с гордо поднятой головой.
— Ну хорошо, я дам тебе номер ее телефона.
Он обрадовался как ребенок.
— Алиса! Ты — человек!
— Только не звони ей сейчас.
— Почему?
— Посмотри на часы.
— Ах да, уже довольно поздно.
— Вот именно. Слушай, я давно задаюсь вопросом: почему, интересно, звонить ночью имеют привычку только мужчины? Вот ты можешь мне это объяснить?
— Понятия не имею.
— А я думаю, это оттого, что вы, мужчины, ты уж не обижайся, просто не задумываетесь в такой момент, уместен ли ваш звонок, не потревожите ли вы кого-нибудь… Вы знаете, что вам надо позвонить, и вы звоните, даже не глядя на часы…
Куприянов расхохотался.
— Алиса, милая, за телефон Лены я готов простить тебе все, что угодно. Но не кажется ли тебе, что два оскорбления за вечер — это многовато? Можешь думать обо мне что угодно.
— Ладно, Володь, не обижайся. Пиши телефон.
Продиктовав телефонный номер, Алиса спросила напоследок:
— Слушай, великомученик, а скажи-ка ты мне, раз уж у нас с тобой такой откровенный разговор, тебе что, нравятся скандальные женщины?
— Если честно, меня подкупила откровенность Лены.
Алиса усмехнулась, покрутив головой. Уж чего-чего, а откровенности у Елены Федотовой имелось в избытке.
— И вообще, мне подумалось, — продолжал он, — все самое ужасное, что она могла бы сказать в мой адрес, я уже услышал, поэтому можно больше ничего не бояться…
После разговора с Володей Куприяновым Алиса, от греха подальше, отключила телефон и легла в постель с чувством уже окончательно выполненного долга. Ну вот, она сумела удачно пристроить еще одну подругу. Теперь, когда все вокруг счастливы, можно и впрямь с чистой совестью податься в монастырь, который ей тут недавно прочили.
Рассказ "Алиса и любовь" 20 часть
А еще, в дзене появились донаты. Поддержать автора можно 👉ТУТ👈