– Нет, мальчик. Ты не прав, – внезапно раздался низкий мужской голос, и вошел высокий человек, одетый в джинсы и ярко-красную толстовку с капюшоном, на груди которой красовалась надпись: «Без паники! Я здесь». У него было смуглое лицо, яркие синие глаза, коротко стриженные седые волосы, сережка в ухе и татуировка на шее в виде дракона. Непонятно было, сколько ему лет: в одно мгновение он казался очень старым, в другое – молодым, несмотря на седину.
Дети изумились:
– Вы кто?!
– Меня зовут Райто. Я Заклинатель Тьмы. А ты, Эсуджениус – вовсе не Одержимый Тьмой, ты Проводник.
– Не Одержимый?!
– Конечно, нет. Одержимые любят Тьму, стремятся к ней, а ты ее боишься. Но только потому, что еще не умеешь управлять своими силами Проводника.
– Проводника Тьмы?
– Видишь ли, Проводник на то и Проводник, что может работать в любую сторону. Это зависит от того, чего в нем самом больше в данный момент – Света или Тьмы. И так получилось, что в тебе довольно много Тьмы, как и в твоих родителях. А когда вы вместе, сила Тьмы растет. Темные силы притягиваются друг к другу. Именно поэтому родители проводят с тобой так мало времени: чтобы обезопасить тебя. И Гортензий приставлен к тебе не просто так: он сильный Оберегающий от Тьмы. А кошки твои – стражи Света: они легко видят и чуют темные сущности.
– Как интересно! – прошептала потрясенная Айка, а Эсу закивал.
– Годам к пятнадцати-шестнадцати силы Тьмы и Света полностью проявляются в человеке. Но это не значит, что соотношение нельзя изменить. Все зависит только от тебя: насколько успешно ты станешь взращивать в себе Свет и сопротивляться влиянию Тьмы, которая жаждет заполучить тебя. Так что не бойся: Тьма не может насильно забрать тебя к себе. Только если ты сам этого захочешь. Больше скажу: если ты сумеешь преодолеть свой страх, то вполне сможешь стать Заклинателем Тьмы, как я.
– А нельзя как-нибудь победить Тьму? – спросила Айка. – Чтобы ее совсем не стало?
– Нельзя, – ответил Райто. – И Тьма, и Свет равно нужны Мирозданию. Очень хорошо, что вы подружились: Навсикая способна уравновесить ту тьму, что есть у Эсуджениуса. И я хотел обратиться с просьбой к тебе, Навсикая, – может быть, ты переедешь к Эсуджениусу? Я слышал, что тебе сейчас не очень удобно там, где ты живешь.
– Ой, здорово! – воскликнул Эсу. – Айка, переезжай скорей!
Но Айка задумалась. Райто сказал:
– Конечно, мы спросим у твоей мамы, разрешит ли она. Но что ты сама думаешь?
– А что в школе скажут?
– Учителя только «за». А ученикам не обязательно знать.
Айка посмотрела на Эсу – он изо всех сил кивал ей и улыбался.
– Ладно, – сказала Айка. – Узнаю у мамы. Думаю, она не станет возражать.
На следующей неделе Айка переехала, сказав тете, что ей дали место в общежитии. В хоромах Эсу ей предоставили большую комнату с окнами, выходящими в сад, и Айка поначалу никак не могла привыкнуть, ведь всю жизнь ютилась в каких-то клетушках. А еще переживала, что живет на всем готовом, и порывалась сделать что-нибудь по хозяйству. Но Гортензий ее успокоил:
– Не волнуйтесь, Навсикая, семья Эсуджениуса не разорится от присутствия за столом еще одного человека. И помощи мне никакой не надо, так что спокойно учитесь и отдыхайте.
Со временем Айка убедилась, что у Гортензия и впрямь «все схвачено»: еду готовил повар, в саду работал садовник, уборкой занимались работники клининговой службы, для стирки и мытья посуды имелись специальные машины. Еще в доме держали несколько самоходных пылесосов, да и те больше служили для развлечения кошек, которые важно переезжали на них из комнаты в комнату. По всему дому под потолком были устроены «котоходы» с выходом в уличные вольеры, где кошки наблюдали за птицами. В комнатах было много всяких лежбищ для кошек, но Заплатка и Котлетка порой затевали драку из-за большой лежанки в виде медведя, которая вообще-то принадлежала сэру Альберту, но он, как настоящий джентльмен, уступал дамам, так что в конце концов обе кошки засыпали там, обнявшись. Неожиданно для всех сэр Альберт решил поселиться в комнате Айки и даже сам перетащил туда, ухватив зубами и пятясь, одно из своих лежбищ, потом принес несколько игрушек. Когда он угнездился, Айка присела к нему и сказала:
– Сэр Альберт, я весьма польщена, что вы удостоили меня такой чести. Позвольте почесать вас за ушком?
И сэр Альберт милостиво позволил, в ответ лизнув руку Айки шершавым язычком.
Пару недель спустя вдоль ажурной ограды парка ЛесШкООД неторопливо шел невысокий полненький молодой человек, очень затейливо одетый: на голове у него красовался черный цилиндр, на лице – круглые темные очки, а сам он был одет в черное пальто с поднятым воротником, перехваченное поясом: передние полы пальто – остроконечные и гораздо длиннее спинки. Толстенькие ножки затянуты в короткие узкие серые брючки – очень короткие и очень узкие, а ниже – носки в широкую красно-черную полоску и двухцветные башмаки-бульдоги с закругленными и выпуклыми носами.
Если бы Айка и Эсу увидели это чудо, то долго бы веселились, но они в это время были на уроках. А молодой человек имел самое непосредственное отношение к их дальнейшей судьбе. Пройдя примерно до середины ограды, он остановился, огляделся по сторонам, сунул руку в карман и вытащил оттуда что-то маленькое, черное и искрящееся. Размахнулся и кинул через ограду – черный комок в полете вырос и оформился в угольно-черную белку: она встряхнулась и вдруг стала ослепительно-белой. Белка причесала шерстку розовыми лапками, сверкнула красными огоньками глаз-бусинок и ускакала вглубь парка.
В этот день преподаватель задержал Айку после уроков, и Эсу сказал, что подождет в беседке. Когда наставник ее отпустил, Айка вышла во двор и увидела, что лимузин Гортензия уже на стоянке. Она подошла и заглянула в окошки, подумав: «Может Эсу уже там?» Но в машине не было никого. «Наверно, Гортензий отправился в парк за Эсу» – подумала она и подождала некоторое время. Но ни Эсу, ни Гортензий так и не появились. И в беседке их тоже не было. Да что ж такое? Айка побродила по дорожкам, даже покричала, но никто не отозвался и не нашелся. Тогда Айка решила, что они просто разминулись. Но нет – лимузин так и стоял пустой, во дворе – тоже никого. Странно… Тогда Айка побежала в школу, решив проверить в учительской – вдруг Гортензий зачем-то туда направился. Мимоходом она взглянула на розовый куст и увидела, что желтая роза Эсу вся покрылась черными пульсирующими прожилками. Айка испугалась и, ворвавшись в учительскую, закричала:
– Скорее! Роза почернела! А они пропали!
– Навсикая, успокойся, и объясни вразумительно, что случилось, – сказала директриса.
Айка пару раз глубоко вздохнула и сказала:
– Роза Эсу почернела, а самого Эсу нет нигде. И Гортензия нет, хотя лимузин тут.
Учителя переглянулись, и директриса обратилась к секретарше:
– Доротея, вместе с дежурными тщательно обыщите всю школу. Учитель физкультуры вам поможет. А мы идем в парк. Пусть дети не выходят на улицу и ждут нас.
– Можно, я пойду с вами? Пожалуйста! – попросила Айка, и директриса кивнула:
– Хорошо. Тебе можно. Идемте!
Учителя рассредоточились и отправились в разные стороны по парковым дорожкам. Хотя еще было вполне светло, директриса распорядилась зажечь освещение в беседках. Прошло довольно много времени, как вдруг «Зеленая леди» Аглания Стеффенсон закричала:
– Я поймала ее! Скорее, а то она исчезнет!
Учителя помчались на голос, Айка – в первых рядах. Добежав, они увидели, что Аглания держит за шкирку большую белоснежную белку, которая визжит и вырывается.
– Вот! – сказала Аглания. – Это Приманка!
Белка на глазах чернела и уменьшалась в размерах, а потом и вовсе рассыпалась в прах.
– Тогда где-то тут должна быть Дверь, – Корнейлиас Корнейлиас огляделся по сторонам. – Но похоже, она уже закрылась…
– Дверь была здесь! – Зеленая Леди показала на небольшой холмик между кустами.
– Вы успели увидеть? – удивился Корнейлиас.
– Нет, мне рассказал вот этот куст, – Аглания указала на небольшой кустик, усыпанный белыми ягодами, и тот затрепетал всеми веточками.
– Что произошло? – спросила Айка. – Я ничего не понимаю!
– Видите ли, Навсикая, – сказал Корнейлиас. – Тьма запустила в парк Приманку и завлекла Эсу к Двери, а дальше его просто затянуло во Тьму. Гортензий, очевидно, пытался спасти мальчика, но затянуло и его.
– И что же нам делать?! – закричала Айка. – Как их спасти?
– Пока мы ничего не можем сделать, – печально вздохнула директриса. – Среди нас, к сожалению, нет никого, кто мог бы войти во Тьму и вывести Эсу и Гортензия. Одна надежда на то, что Гортензий сейчас защищает мальчика от Тьмы. Я вызову Заклинателей и родителей Эсу. Мы сейчас вернемся в школу и распустим детей по домам. Несколько дней Школа не будет проводить занятия.
– Мне тоже идти домой?
– Да, дорогая. Кто-нибудь из учителей побудет с тобой. Аглания, может быть – вы?
– Да-да, с удовольствием!
И все разошлись.
Зеленая Леди с любопытством оглядывалась по сторонам – в доме Эсу было много редких растений, а Аглании обязательно нужно было поговорить с каждым из них. Айка ушла в свою комнату, села на кровать и пригорюнилась. Но вскоре перед ней появился сэр Альберт, а за ним – Зефирка, Котлетка и Полосатик. Кошки в упор смотрели на Айку, и она подумала: «Наверно, есть хотят…» Внезапно у нее в голове зазвучал тоненький голосок, похожий на голоса мультяшных персонажей, произнесший:
– Нам не до еды, Навсикая. Надо срочно спасать Эсу и Гортензия. Ты способна это сделать, а мы тебе поможем.
– Это кто говорит? – изумилась Айка. – Неужели вы, сэр Альберт?
Кот важно кивнул.
– Вы умеете разговаривать?!
– Конечно, мы все понимаем и можем говорить, когда это необходимо. Вставай, Навсикая, пойдем спасать Эсу.
– Нам нужно вернуться в школьный парк и отыскать Дверь?
– Не нужно. Мы можем создать Дверь и здесь. Надо только позвать Заплатку, она там усыпляет Зеленую Леди.
– Я должна оставить записку Зеленой Леди!
– Не должна. Растения ей все расскажут.
Фикус, чья кадка стояла около окна, кивнул листьями.
– А что мне взять с собой?
– Ничего, кроме своей храбрости. Еще не помешает бутылка воды.
Прибежала Заплатка, и все кошки уселись в кружок перед стеной, в которой постепенно стала проявляться дверка, но какая! Кошачья! Правда, достаточно большая, чтобы Айка пролезла в нее на четвереньках. За Дверью оказалась полная Тьма, в которой что-то пугающе поскрипывало и шелестело. Постояв немного, Айка поняла, что способна все-таки видеть в этой темноте – кошек она хорошо различала.
– Ничего не бойся, – сказал сэр Альберт. Просто иди за мной. Мы будем тебя охранять.
– От чего? – жалобно спросила Айка.
– От твоих овеществленных страхов, – ответил кот.
«От моих страхов? – подумала Айка. – Ой, пусть только не бабочки, пожалуйста-пожалуйста!» Но первым испытанием оказалось именно это – огромная стая больших и мохнатых ночных бабочек. Айка остановилась: «Я не могу, не могу, не могу через это пройти! Нет, нет, нет!» Ее передернуло от отвращения.
– Ну, идем же, – сказал сэр Альберт. – Нашла, кого бояться – бабочек. Фи. Только смотри, не зажигай свой свет, а то их слетится еще больше.
– Можно, я зажмурюсь? – дрожащим голосом осведомилась Айка.
– Ну уж нет! – хором сказали кошки. – Ты так нам хвосты отдавишь!
Айка сделала шаг вперед, потом второй… Она отмахивалась руками от бабочек, которые летели ей в лицо, и трясла головой, а кошки прыгали и сшибали бабочек лапами на землю. Ей казалось, это длилось вечность, но вот последняя бабочка нашла свой конец в пасти прожорливого Полосатика, и Айка плюхнулась на землю. Она тряслась и тяжело дышала. Попила немного воды, умылась, и ей стало получше.
– Брррр, какая гадость! – сказала она. – Надеюсь, дальше ничего такого не будет. Мышей и лягушек я не боюсь.
– Мышей не боишься? – спросил Полосатик. – Эх, это ты зря. А то бы мы заодно перекусили.
– Тебе только бы пожрать! – возмутилась Зефирка и зашипела на Полосатика.
– Ну-ка, не ссорьтесь, – сказал сэр Альберт, все это время всматривавшийся и внюхивавшийся в темноту. – Боюсь, сейчас будет испытание для кошек. Навсикая, теперь ты помоги нам.
– Конечно! А как?
– Впереди нас поджидает целая поляна кошачьей мяты. Я-то способен не поддаться искушению, а вот остальные… Тебе придется всех их как-то удерживать.
Айка подумала, потом расстегнула молнию на своей курточке – не до конца – и распахнула полы:
– Эй, залезайте все сюда! – скомандовала она, и четыре кошки запрыгнули ей в куртку. Айка застегнула молнию и крепко обняла кошек, которые шебаршились, устраиваясь поудобней.
– Сидите спокойно, а то я вас уроню! – велела Айка, и двинулась следом за сэром Альбертом сквозь заросли кошачьей мяты. На Айкин вкус, мята пахла очень приятно, и все, но на кошек она действовала опьяняюще, поэтому, когда они, наконец, выбрались, сэр Альберт рухнул на землю и отключился. Айка выпустила кошек, которые тут же принялись лизать сэра Алберта и мять ему лапами бока, приводя в чувство. Оклемавшись, сэр Альберт попил воды и решил, что готов идти дальше. Не представляя, что еще может их ожидать, спасательная экспедиция двинулась вперед. Через некоторое время сэр Альберт приостановился и сказал:
– Навсикая, сейчас будет немного страшно, но не бойся – мы тебя защитим. Включи-ка свой свет.
– А что там? – испугалась Айка и быстренько разожгла лунное пламя на обеих ладонях.
– Да ничего особенного, просто волки.
– Волки?!
– Да мы и с медведями можем справиться! – воскликнула Котлетка. Из темноты послышалось рычание и засверкали красные волчьи глаза.
– Приготовьтесь! – скомандовал сэр Альберт, и кошки окружили Айку кольцом. Каждая распушилась и стала вдвое больше. Глаза кошек горели, шерсть искрилась, они грозно шипели и завывали, размахивая лапами с выпущенными когтями. А потом одновременно бросились в атаку: во все стороны полетела шерсть, завывания стали еще громче, так что скоро волки завизжали и разбежались. Кошки постепенно успокоились и пригладили свою шерсть.
– Никто не пострадал? – спросил сэр Альберт.
– Нет! Зато волкам мы все морды исцарапали! – ответили кошки, а Зефирка гордо призналась, что попала одному волку прямо в глаз.
Окончание следует.