Предыдущая часть:
Перед тем как сесть за руль, Артём машинально огляделся по сторонам. Грязного внедорожника и его угрюмых пассажиров нигде не было видно.
— Дорогу к оврагу знаешь? — спросил он, заводя мотор.
— Знаю, но она, наверное, уже заросла, — кивнула Лиза. — Туда сейчас никто не ходит, купаться глубоко, да и не принято как-то.
Дорога и впрямь оказалась той ещё проверкой на прочность. Пару раз они едва не застряли в рытвинах, объезжали торчащую из земли арматуру, продирались через кусты, давно не знавшие ни секатора, ни человеческой руки. Когда машина наконец выкатилась на берег, солнце уже поднялось высоко и начинало припекать.
Артём вышел, посмотрел на водную гладь и присвистнул. То, что раньше было глубоким оврагом, превратилось в небольшое, но полноводное озеро. Чтобы обшарить его дно целиком, понадобился бы акваланг и не один день. Вода переливалась лазурными бликами, у берега была почти прозрачной.
— Здесь глубоко, но видно метра на полтора-два, — пояснила Лиза, выныривая из кустов уже в купальнике. — Дно и стенки каменистые, ил не накапливается.
— Что именно ищем? — спросила она, поправляя лямку.
— Всё, что выглядит рукотворным, — Артём не отрываясь смотрел на воду, пытаясь представить, где могла находиться та расселина из сна. — Углубления, камни странной формы, что-то, что не похоже на обычную породу.
Рекс носился по берегу, оглашая окрестности радостным лаем и распугивая мелких пташек, притаившихся в кустах. Для пса это был первый настоящий выезд на природу, и он явно намеревался насладиться им сполна, то и дело поглядывая на воду с явным желанием присоединиться к купающимся.
Артём окинул взглядом береговую линию и вдруг заметил дальше по течению толстый сломанный ствол, который, словно гигантская лапа, вцепился извилистыми корнями в крутой склон. Несколько уцелевших веток всё ещё зеленели, давая дереву вторую жизнь.
— Это сосна, очень старая, — пояснила Лиза, проследив за его взглядом. — Её года три назад ураганом сломало. Корчевать в таком месте никто не стал, а она, представь, выжила и дальше растёт.
— Нам нужно искать за поворотом, сразу после этой сосны, — твёрдо сказал Артём, вытягивая руку вперёд. — Точно туда.
Они вошли в воду и поплыли, разрезая гладкую поверхность. Сверху вода казалась почти тёплой, но стоило опустить ноги глубже, как холодок пробегал по коже. Над их головами стремительно пронёсся зимородок, оставляя в воздухе звонкую трель, а на камнях, деловито перебирая длинными ногами, замерла белая цапля, высматривающая добычу.
Доплыв до поворота, они надели маски.
— Держимся друг друга, — скомандовал Артём, поправляя трубку. — Если кто найдёт что-то, не ныряем в одиночку, ждём напарника.
Лиза кивнула и, глубоко вздохнув, первой ушла под воду. Артём последовал за ней. В подводном мире царила своя, неспешная жизнь: зелёные водоросли мерно колыхались в такт течению, стайки краснопёрки и карася испуганно шарахались в стороны, едва заметив нежданных гостей. Видимость была отличная — солнечные лучи, преломляясь в толще воды, ложились на каменистое дно причудливой световой сеткой, открывая взгляду каждую трещинку и выступ.
Около часа они методично обследовали береговую линию, пока на дне, среди нагромождения камней, Артём не различил очертания, отдалённо напоминавшие крест. Он тут же жестом подозвал Лизу и указал на находку. Рядом угадывались остатки старых построек, а чуть выше, в стене оврага, темнело углубление.
Вынырнув и отфыркиваясь, Артём решительно махнул вперёд. Лиза, переведя дыхание, проплыла чуть дальше и снова нырнула.
— Там ниша, примерно на метровой глубине, — сообщила она, появившись на поверхности. — Но вход завален камнями, нужно разгребать.
— Вода мути поднимется, — поморщился Артём, понимая, что другого выхода всё равно нет. — Ладно, делать нечего.
Они нырнули одновременно и принялись разбирать завал. Артём узнал это место — именно сюда во сне его привёл монах. Вода вмиг стала мутной, видимость пропала, и оставалось только работать на ощупь, царапая пальцы об острые края камней. Наконец его рука провалилась в углубление и наткнулась на знакомый плоский камень. Воздух в лёгких уже заканчивался, но он нашёл в себе силы сдвинуть камень в сторону и нащупать тканевый свёрток. Схватив его, он рванул на поверхность, едва не теряя сознание от нехватки кислорода.
— Ты меня так напугал! — Лиза вцепилась ему в плечи, её лицо было бледным от тревоги. — Я уже думала, ты не всплывёшь.
Артём, кашляя и хватая ртом воздух, снял маску и дрожащей рукой показал девушке свою добычу.
— Она, — прошептала Лиза, когда они выбрались на берег и опустились на нагретые солнцем камни. — Точно она.
Свёрток из грубой серой ткани лежал перед ними, и Рекс, устроившийся рядом, с любопытством принюхивался к находке.
— Если нет, то мои идеи на этом исчерпаны, — признался Артём, всё ещё тяжело дыша после долгого пребывания под водой.
Но внутри росло странное, доселе незнакомое чувство — спокойная уверенность, будто он наконец сделал то, что должен был сделать, и теперь ему по плечу любые трудности. Он осторожно развернул лоскуты, и перед ними открылся кусок тёмной, почти чёрной древесины, на котором бледными, но всё ещё различимыми красками проступал лик Спасителя.
— Это она, — Артём провёл ладонью по гладкой поверхности, стирая последние остатки ила. — Я видел такой же рисунок в отцовских записях. Не верится.
— Поздравляю, — Лиза порывисто обняла его, и он с удивлением почувствовал, что эти объятия ему не просто приятны — они нужны. — Ты настоящий искатель сокровищ.
На душе у него царил удивительный сумбур, смешанный с небывалой лёгкостью — как после грозы, когда небо очищается и становится особенно ясно.
— Как она только не сгнила за столько лет под водой? — спросила Лиза, уже переодевшись и помогая укладывать вещи в багажник.
— Старинные технологии морения древесины, — авторитетно ответил Артём, а потом, не удержавшись, добавил с улыбкой: — Или всё-таки чудеса. Слушай, такая икона, наверное, целое состояние стоит, — Лиза невольно понизила голос до шёпота.
Артём не успел ответить. Рекс, до этого мирно сидевший у воды, вдруг вскочил, вздыбил шерсть на загривке и глухо зарычал, уставившись на противоположный берег. Оттуда, продираясь сквозь кусты, к воде выкатывался слишком знакомый грязный внедорожник.
— Вопросы о деньгах оставим на потом, — Артём резко захлопнул багажник. — Есть тут другая дорога на трассу?
— Да, через лес и поле за ним, — Лиза уже открывала заднюю дверцу, подталкивая Рекса внутрь.
— Тогда быстро уходим, — Артём прыгнул за руль, заводя двигатель. — Восторгами займёмся, когда будем в безопасности.
Два месяца спустя.
По радио играла популярная музыка, изредка сменяясь короткими новостными вставками. Машина мягко покачивалась на выбоинах старой асфальтовой дороги, за окном тянулся лес, но уже не летний, зелёный и солнечный, а осенний, хмурый, с потемневшими кронами и запахом прелой листвы.
— Не жалеешь, что решила отвезти икону в такую глушь? — спросила Лиза, отрываясь от книги. — Всё-таки путь неблизкий, пришлось выходные за свой счёт брать.
— Нет, — ответил Артём, не отводя взгляда от дороги. — Икона своё дело сделала. Сам до сих пор не понимаю, как это вышло, но отец за месяц встал на ноги. Врачи только руками разводят — чудо, говорят, не иначе.
— Ты им ничего не рассказывал? — уточнила девушка.
— Знают только двое: я и папа, — Артём усмехнулся, вспоминая тот вечер. — Я принёс икону в больницу сразу же, как вернулся. Он благодарил, даже плакал. А у меня, знаешь, было такое чувство, будто я наконец-то смог что-то сделать сам, без подсказок и чужой помощи.
— Если подумать, ты ему жизнь спас, — тихо заметила Лиза.
— Мама только сказала, что я изменился, — Артём повернул голову, бросив на неё быстрый взгляд. — И всё допытывалась, когда я её с тобой познакомлю.
Лиза смутилась, и на её щеках выступил лёгкий румянец. Они всего две недели назад решили, что их знакомство у ворот дачного кооператива было вовсе не случайным, и пока ещё не привыкли к этому новому для обоих статусу.
— Как ты нашёл тот храм, куда мы сейчас едем? — поспешила перевести тему девушка.
— Стоило немалых трудов, — признался Артём. — Несколько дней в церковной библиотеке просидел, скука смертная. Но раз Клим мне его во сне показал, значит, не зря. Наверное, он хотел, чтобы икона и дальше людям помогала, там, где человеческие пороки не так заметны.
— Прямо как священник заговорил, — хмыкнула Лиза. — Неужели не было желания оставить её себе, продать?
— Было, — не стал скрывать Артём. — Но не могу я так. Это всё равно что совесть продать. Тем более отец выздоровел — я будто обязан теперь. Не святая, конечно, но… — он запнулся, подбирая слова.
— Я тобой горжусь, — Лиза мягко коснулась его щеки ладонью.
Дальше ехали молча, каждый думал о своём. Артём следил за дорогой, Лиза листала ленту новостей, пока сигнал не пропал совсем.
— Смотри! — вдруг воскликнула она, хватая его за рукав и поворачивая экран телефона.
На смартфоне крутился новостной ролик, и диктор ровным голосом сообщал:
— «Задержана банда так называемых чёрных археологов при попытке проникновения в частное домовладение в дачном кооперативе близ деревни Ежовая».
Артём так удивился, что даже притормозил и съехал на грунтовую обочину. Лиза включила ролик с начала.
— «Злоумышленники занимались поиском исторических артефактов для их последующего сбыта», — продолжала ведущая, а на экране мелькали кадры задержания.
Артём узнал в одном из задержанных, которого усаживали в полицейскую машину в наручниках, того самого одутловатого мужика с грязного внедорожника. Он присвистнул, когда ролик закончился.
— Вот это поворот. Нас, выходит, здорово пронесло тогда.
— Ещё как, — согласилась Лиза. — Я сразу подумала, что тип какой-то мутный.
— Как вернёмся, съезжу на дачу, надо всё там проверить, — решил Артём. — Сдаётся мне, именно к нам эти «чёрные археологи» наведывались.
— Я с тобой, — тут же отозвалась Лиза. — Вдвоём быстрее управимся, да и порядок на участке навести не помешает.
Артём благодарно посмотрел на неё. Он ещё не привык до конца к тому, что теперь у него есть девушка, но уже точно знал: этот человек стал для него по-настоящему близким.
Сзади раздалась возня, а следом — смачный зевок.
— С добрым утром, приятель, — Артём обернулся к проснувшемуся Рексу. — Главный хранитель исторической реликвии изволил проснуться и желает гулять.
Слово «гулять» подействовало на пса мгновенно: он оживился, забил хвостом и уставился на хозяина преданными глазами.
— Я выведу его, — вызвалась Лиза. — А ты поешь и разомнись, а то столько времени за рулём — наверняка спина затекла.
Она достала из пакета успевший остыть свёрток с едой, протянула Артёму, а сама, пристегнув поводок к ошейнику, вышла на обочину. Рекс с радостным лаем рванул в траву, обнюхивая каждый куст. Артём тоже выбрался из машины, держа в руках перекус, и, жуя, наблюдал, как пёс носится по полю, поднимая стайки вспугнутых птиц.
Он поднял глаза к небу, глубоко вдохнул прохладный, пахнущий хвоей и прелой листвой воздух и невольно улыбнулся.
По дороге за спиной изредка проносились редкие машины — мало кто держал путь в глухой посёлок в тайге, но именно там, в уединённом храме, служители должны были стать новыми хранителями иконы, которая, возможно, и вправду помогала тем, кто совсем отчаялся.