Глава 23
Всё началось с того, что Рита включила радио.
По квартире разнеслась мелодия, такая задорная, что Персик тут же начал пританцовывать задними лапами. Пони навострила уши. Муся даже приоткрыла один глаз, что для неё было проявлением высшего интереса.
— Гена! — закричала Рита из кухни. — Иди сюда! Тут песня про кошек!
Гена пришёл, вытирая руки о фартук. На кухне действительно играло радио: какая-то заводная попса с незамысловатым текстом про рыжего кота.
— Слушай, — Рита подпевала, фальшивя, но с энтузиазмом. — "Рыжий кот, рыжий кот, кто тебя спасёт..."
— Это не про нашего, — заметил Гена. — Наш рыжий сам кого хочешь спасёт.
Персик, услышав слово "рыжий", гордо поднял хвост.
— А давай споём? — вдруг предложила Рита. — Устроим домашний концерт?
— Спoём? — Гена поправил очки. — Я не умею петь.
— Я тоже. Но это же неважно. Для души.
— Для души я лучше камни полирую.
— Гена, не будь занудой. Кошки любят музыку.
— Откуда ты знаешь?
— Исследования есть. Классика успокаивает, попса бодрит, а тяжёлый металл они не любят.
— А откуда ты знаешь про тяжёлый металл?
— Я ставила эксперимент. Когда Пони была маленькая, я включила Rammstein. Она убежала под диван и не вылезала час.
— Бедная Пони.
— Она потом отомстила — украла все мои заколки.
— Логично.
Тем временем песня закончилась, и диджей объявил: "А теперь — народный хит! Подпевайте!"
— Давай! — Рита схватила Гену за руку и потащила в центр кухни. — Споём!
— Что споём?
— Что угодно! "Пусть бегут неуклюже"!
— Это же про собак.
— А мы переделаем. Про кошек!
Гена вздохнул и сдался. Рита, когда загоралась идеей, была неудержима.
Они запели. Вернее, Рита пела, а Гена открывал рот и делал вид, что подпевает. Получалось ужасно. Рита фальшивила, Гена мычал невпопад, но им было весело.
Кошки наблюдали за этим безобразием с разных точек. Муся с башни — с выражением "что за цирк". Пони — с интересом, виляя хвостом в такт (или просто так). Персик пытался подпевать, издавая странные звуки, похожие на мяуканье под R'n'B. Лиза, впервые в жизни, не спряталась, а сидела под столом и с любопытством выглядывала.
— Смотри, — заметил Гена, перестав мычать. — Лиза слушает.
— Она в шоке, — предположила Рита. — Думает, мы сошли с ума.
— Может, и сошли.
Допев до конца (с большим трудом, потому что слова они забыли на втором куплете), они рухнули на стулья. Кошки, поняв, что концерт окончен, разбрелись кто куда.
— Здорово, — выдохнула Рита. — Надо чаще петь.
— Надо реже, — поправил Гена. — У соседей стекла лопнут.
— Не лопнут. Тётя Зина вон тоже подпевает.
Из-за стены действительно доносилось пение. Тётя Зина, видимо, слушала то же радио и подпевала ещё громче и фальшивее.
— Конкуренция, — констатировал Гена.
— Мы победим, — решительно заявила Рита. — У нас кошки.
— Кошки не поют.
— Пони поёт. Слышал, как она утром требует еду? Это же ария!
— Это скорее рэп. Быстро и настырно.
— Точно! У нас своя рэп-звезда!
Пони, услышав, что речь о ней, подошла и запрыгнула на стол.
— Пони, прочитаешь рэп? — спросила Рита.
Пони моргнула.
— Она думает, — перевёл Гена. — Репетирует.
Пони открыла рот и выдала: "Мяу-мяу-мяу-МЯУ!". С выражением, паузами и даже, кажется, рифмой.
— Браво! — зааплодировала Рита. — Бис!
Пони смущённо (насколько кошка может смущаться) отвернулась и начала умываться.
— Застеснялась, — сказал Гена. — Творческая натура.
— А Персик? — Рита посмотрела на малыша. — Персик, ты что умеешь?
Персик, поняв, что от него ждут выступления, встал на задние лапы и начал кружиться. Это было так неожиданно и смешно, что Рита чуть не упала со стула.
— Он танцует! — закричала она. — Гена, смотри, он танцует!
— Я вижу. У нас не только рэп-звезда, но и танцор.
Персик, ободрённый успехом, кружился ещё минуты три, пока не упал от усталости. Упав, он тут же заснул прямо на полу.
— Артист, — умилилась Рита. — Настоящий артист.
— А Муся? — Гена посмотрел на старшую кошку. — Муся, что скажешь?
Муся с башни окинула их презрительным взглядом, зевнула и демонстративно отвернулась.
— Муся — критик, — определила Рита. — Без неё ни одно выступление не состоятельно.
— А Лиза?
Лиза, услышав своё имя, спряталась обратно под стол.
— Лиза — звукорежиссёр, — нашёлся Гена. — Она отвечает за тишину в зале.
— Идеально. У нас полная команда.
— Осталось только группу назвать.
— "Кошачий батальон"?
— Слишком военно.
— "Мур-мур-бэнд"?
— Похоже на детский сад.
— А давай просто "Пони и компания"?
— Пони будет звездой. Она же у нас рэпер.
Пони, услышав своё имя снова, подошла и запрыгнула на плечо к Гене.
— Пони согласна, — перевёл он. — Пони будет фронтвумен.
— А кто будет менеджером?
— Муся. Она лучше всех командует.
— А кто на подпевках?
— Персик. Он танцует, значит, может и подпевать.
— А Лиза?
— Лиза — фанатка. Будет сидеть в первом ряду и хлопать.
— Идеально.
Они сидели на кухне, окружённые кошками, и придумывали концертную программу. Пони на плече, Персик спящий на полу, Муся на башне, Лиза под столом. Идиллия.
— Знаешь, — сказала Рита. — А ведь и правда можно спеть. Не для кого-то, для себя.
— Давай попробуем ещё раз, — неожиданно согласился Гена. — Но без свидетелей.
— А кошки?
— Кошки — не свидетели. Они семья.
— Тогда поём.
Они запели. Ту же песню, что по радио, но теперь уже не стесняясь. Рита пела громко и фальшиво, Гена подтягивал басом, тоже не попадая в ноты. Получалось ужасно. Но им было так хорошо, как никогда.
Пони на плече подвывала. Персик проснулся и начал подтанцовывать. Муся даже, кажется, замурчала в такт. Лиза высунулась из-под стола и смотрела на них с непонятным выражением — то ли ужаса, то ли восхищения.
Когда песня закончилась, в дверь постучали.
— Ой, — испугалась Рита. — Тётя Зина?
Гена пошёл открывать. На пороге стояла тётя Зина, но не с претензией, а с улыбкой.
— Ребята, — сказала она. — Я тут слушала ваше пение. Вы так здорово пели! Я и не знала, что у вас дуэт.
— Мы не дуэт, — смутился Гена. — Мы просто...
— Просто для души, — подхватила Рита. — Заходите, тётя Зина!
— Да я на минутку. Принесла вам пирожков. Думаю, после концерта надо подкрепиться.
Она протянула тарелку с румяными пирожками.
— Спасибо огромное! — Рита обняла соседку. — Вы наша самая лучшая фанатка!
— А можно я с вами спою в следующий раз? — робко спросила тётя Зина. — Я тоже люблю петь, но одна скучно.
— Конечно! — обрадовалась Рита. — У нас теперь хор будет!
— Хор имени Пони, — добавил Гена.
Пони с плеча одобрительно фыркнула.
Тётя Зина ушла счастливая, а они вернулись на кухню допивать чай с пирожками.
— Гена, — сказала Рита. — У нас теперь есть хор, рэп-звезда, танцор и преданные фанаты.
— И улитка.
— И улитка. Уля будет на барабанах?
— Уля слишком медленная для барабанов. Она будет на синтезаторе. Медленные партии.
— Идеально.
Они смеялись, кормили кошек пирожками (по чуть-чуть, только Пони и Персику, Муся отказалась, Лиза спрятала под стол) и чувствовали себя абсолютно счастливыми.
— Знаешь, что я поняла? — спросила Рита.
— Что?
— Что счастье — это когда можно петь, не стесняясь своего голоса. Когда рядом те, кому всё равно, фальшивишь ты или нет. Когда кошки подпевают, а соседка приносит пирожки.
— Это точно.
— И что мы обязательно должны спеть ещё. Много раз.
— Спoём, — пообещал Гена. — Хоть каждый вечер.
— И Пони будет солировать.
— А Персик танцевать.
— А Муся критиковать.
— А Лиза вдохновлять.
— А Уля... Уля будет просто быть.
— Просто быть — это уже много.
Они чокнулись чашками. Пони с плеча лизнула Гену в ухо. Персик запрыгнул на колени к Рите. Муся зевнула с башни. Лиза вылезла и пристроилась в ногах.
Идиллия.
А не спеть ли нам песню? — думали они. Спеть, обязательно спеть. И не одну. Потому что жизнь слишком коротка, чтобы молчать, когда хочется петь. Даже если ты фальшивишь. Даже если кошки подпевают громче тебя. Даже если соседи стучат по батареям (тётя Зина не стучала, она пела вместе с ними).
Пойте, люди. Пойте с кошками. Пойте с теми, кого любите. Это лучшее лекарство от всех бед.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))
А также приглашаю вас в мой телеграмм канал и Канал МАХ