НАЧАЛО:
ПРЕДЫДУЩАЯ:
Космопорт «Восточный-2» был построен несколько лет назад для разгрузки атмосферно-транспортной линии, которая проходила в этом районе. Разумеется, он планировался больше быть космопортом и был более удалён от жилых районов Метророса. Поэтому именно он был выбран в качестве стартовой площадки для «Ковчега». Конечно, благодаря прогрессу, человечество уже вовсю осваивалось в космосе. Вот только дело ограничивалось базами на Луне, да небольшими космическими станциями, которые не могли приютить большое количество людей. На Марсе тоже было пара маленьких колоний, но они требовали столько ресурсов, что содержать их было не слишком выгодно. А для того, чтобы начать разработку полезных ископаемых – требовались серьёзные вложения. С учётом кризиса, вцепившегося в Землю своими индустриальными зубами, жизнь была сложной.
Однако, проект «Ковчег» был признан изменить всё. В него вложили очень много интеллектуальных и физических ресурсов. Почти полностью автономный, он должен был терраформировать Марс, и всего за несколько месяцев превратить красную планету в пригодную для жизни. Из-за особой конструкции, на корабль могли попасть всего лишь несколько человек, и для них это был билет в один конец, если так подумать. И приоритет отдавался не дельцам и богатеям, а в сторону учёных. Оказалось, что желающих лететь в один конец нашлось немного — большинство предпочитало дождаться, пока планета станет пригодной для жизни.
Чего Зоя не знала, так это того, что её шансы попасть на «Ковчег» действительно высоки.
Сам же корабль горделиво возвышался в центре стартовой площадки. Его серебристый нос был устремлён в небо, словно он был готов к старту прямо сейчас. Многочисленные провода и шланги тянулись к его металлическим бокам – шли последние проверки систем. Железное нутро корабля тоже было почти заполнено. До старта оставались уже считанные месяцы, так что никакой спешки не было. Главное, чтобы всё заработало, как и было задумано, и для этого к «Ковчегу» была прикреплена целая бригада лучших техников.
Сегодняшний день ничем не отличался от других. Игорь Витальевич Весна занимался плановой проверкой штатных систем «Ковчега». Основной его специальностью была бортинженерия, но сейчас он осуществлял контроль вверенных ему штатных систем. Нудная, однообразная работа, но необходимая. Стерильный костюм был главным требованием в одежде персонала хотя Игорь и не слишком понимал его необходимость. Доступа в лаборатории и хранилища у него всё равно не было, а остальные помещения корабля не нуждались в такой строгости. Но это была просто работа, за которую платили отличные деньги, поэтому он молчал, соблюдая установленные правила.
Особенно его раздражала пыль, которая всё равно проникала в помещения, даже не взирая на стерильность и постоянные уборки. Тонкий, едва заметный слой возникал то тут, то там, словно просачиваясь сквозь металлическую обшивку и хитросплетение конструкций. Игорь, конечно, её вытирал, но каждый раз его словно возвращало в детство.
Яркий удушающий запах трав. Самый настоящих, что выросли на земле, и это воспоминание было далёким и почти забытым. А ещё Игорь вспоминал бабушкины руки и собственное ощущение удушья. Дышать ему нечем, и бабушкины руки появляются над ним – сморщенные, со скрюченными пальцами. А потом он чувствует что-то горькое, что скользит по его глотке, и чувство удушья постепенно проходит. Игорь уехал от бабушки в подростковом возрасте, и вскоре её не стало. Но с тех пор любая зелень, что росла не в пробирке или не в специально отведённых местах вызывала у него приступ тошноты. И ненависть, от которой подрагивали руки.
Игорь, так сказать, был из тех, кто радовался прогрессу. Ему нравилась понятная техника, а не живые растения, которые всегда стремились заполонить собой окружающее пространство. И отравить человека. Игорь знал, что у него была в детстве аллергия, и что бабушка его чем-то отпоила, благодаря чему болезнь его больше не посещала. Но избавиться от нелюбви к растениям он никак не мог.
Сегодняшняя смена ничем не должна была отличаться от всех остальных, вот только проверяя крепления шлангов снаружи корабля. Разумеется, он был не единственным техником «Ковчега» остальные трудились в отведённых им местах. И благодаря расписанию почти не пересекались.
Игорь выпрямился, и увидел двух людей, которые неторопливо приближались к кораблю. Мужчина в дорогущем костюме активно жестикулировал, и что-то объяснял девушке, что шла рядом с ним. Невысокая, с тёмными волосами, которые были завязаны в хвост, её лицо было отстранённым. А вот глаза буквально впивались в серебристую гладь «Ковчега», словно она пыталась разглядеть что-то, чего никто больше не мог. Красивая девушка, и эта красота ему напомнила Гагаринку. А ведь деревенька эта захудалая совсем рядом, за перелеском. Игорь поклялся себе, что ноги его там больше не будет. С тех пор как уехал — ни разу.
Корсаков, а это был именно он, очень активно о чём-то вещал своей спутнице:
-…Совершенно уникальные возможности! Понимаю твоё недовольство связанной с Гагаринкой, но решение принимал не я. Хотя и недовольство ты могла выразить несколько другим способом, а не пытаться портить мою репутацию. Но я не в обиде, разумеется. Однако, я совсем не отказываюсь тебе помогать, ты должна эта понимать, - Корсаков замолк, когда увидел, техника у корабля. Лишние уши ему были совершенно не нужны, поэтому он приглашающе повёл рукой, обращаясь к девушке:
- Я готов устроить небольшую экскурсию. Увидишь возможности, которые хранятся во чреве этого гиганта! В сами хранилища нельзя, но могу показать внутреннее помещение. Зоя, тебе точно понравится!
Корсаков звучал почти приторно, и когда девушка отвернула от него лицо, на нём показалось брезгливое выражение. Сам же Игорь почувствовал раздражение – тут серьёзные дела делаются, а этот хлыщ девок водит сюда на экскурсии! Но то, что он сказал про Гагаринку – немного кольнуло. Что он имел в виду? Да и девушка, судя по её виду, не особо горела желанием гулять с Корсаковым, но по какой-то причине терпела его присутствие.
Впрочем, его ведь это не касается, поэтому он продолжил заниматься своими делами. Но вот только девушка ему показалась смутно знакомой. Может видел её где-то в Метроросе? Хотя Корсаков что-то говорил про Гагаринку, может быть она оттуда? Но как бы не пытался Игорь вспомнить девушку, но так и не смог. От этого раздражение в нём только росло и крепло. И когда он вернулся в нутро «Ковчега», чтобы закончить обход и взять последние пробы воздуха, он наткнулся на девушку. Она стояла в рекреационной зоне, рассматривая ровные серые стены с мягким освещением. Ни картин, ни каких-либо узоров, просто серые стены, да небольшая лавка, на которой можно было посидеть. Жилые отсеки были маленькими, чтобы люди не тратили много времени на отдых.
Те, кто попадёт на «Ковчег» должны будут работать на благо всего человечества!
- Вы делаете замеры воздуха? – спросила девушка, обращаясь к Игорю. Её глаза горели любопытством. А ещё от неё пахло самой настоящей землёй. Игорь снова почувствовал приступ тошноты.
Продолжение:
