ЭТО НАЧАЛО
Когда-то село Гагаринка было большим и богатым. По крайней мере Зое так рассказывала мать, которая помнила те времена. Но прогресс оказался неумолимым и скорым, и от некогда процветающего села осталось дворов пять, в которых жили старики. Они не желали покидать последнее место, что связывало их с родной землёй. А при упоминании ближайшего к ним мегаполиса только презрительно плевали на землю.
Что уж там говорить - Гагаринка оставалась маленьким зелёным островком посреди почти бесконечной индустриальной зоны, которая перемеживалась с жилыми кварталами. Участь превратиться в очередной участок с заводом или жилым массивом миновала Гагаринку только потому, что здесь была неподходящая местность. Бывшее село находилось у подножья гор, окруженное небольшим, чахлым леском. Лесок этот, словно высокий забор, закрывал Гагаринку от бдительного ока мегаполиса. Шум от которого круглосуточно сопровождал повседневную жизнь последних обитателей деревеньки. Зоя уже и припомнить не могла, когда в последний раз слышала просто пение птиц – их заглушал звук транспортных магистралей, который не стихал даже ночью. Только старый дуб иногда скрипел, словно пытался перекричать звуки железа и бетона.
Вот и Зоя Бережная была одной из таких обитателей. Молодая девушка только закончила обучение и вернулась в родную Гагаринку. Зоя очень любила их старый деревянный дом, который построил ещё её прадед. И тогда были совсем другие времена. Честно говоря, она и учится уезжать не хотела – отца как раз не стало, а оставлять мать одну было немного страшно. Да и большой город, с его нагромождением зданий и узкими, затянутыми смогом улицами словно сдавливал её. Но Марфа – мать Зои – настояла на своём:
- Мы с отцом скопили денег тебе на обучение. Так что не отказывайся, я здесь не пропаду. Всяко рядом с землёй буду, - говорила она дочери. А у самой сердце на части рвалось – ну как отпустить свою кровиночку из единственного места, где ещё зелень есть? Где руками работать надо, да и видела Марфа, что Зое сложно в городе придётся. Но, с другой стороны, учиться нужно! Марфе не удалось в своё время – всегда их семья жила небогато, так пусть у дочери получится!
Конечно, переживала женщина, что останется она здесь одна. Не придет Зоенька после обучения обратно, сманит её мегаполис, потеряется дочка в нём. Но, на радость Марфе, такого не случилось. Отучившись, вернулась Зоя в родную Гагаринку. Похудевшая, повзрослевшая, но с радостным блеском в глазах. Она взахлёб рассказывала о своей учёбе – профессия у неё теперь была агроном-селекционер. Вот только про сам мегаполис и про жизнь в нём девушка говорила неохотно.
Чувствовала Марфа, что случилось у дочки что-то. Вот только рассказывать не хочет, прячем всё внутри себя. Вся в отца была! Да и внешностью тоже в него пошла – худенькая, невысокая, с чёрными, словно смоль волосами, которые она завязывала в высокий хвост. И глаза – серые, с искоркой смеха, и только Марфа знала, какими строгими они могут становиться.
Но ничего, Гагаринка душу дочери излечит. Рассветы томные, когда пробивается солнышко сквозь пелену смога; шелест старого дуба, который у них во дворе рос; запах свежего сена, что скосили накануне – разве всё это не может вылечить?
Зоя, как вернулась домой, поставила у них во дворе небольшую теплицу. Сделала всё по науке, пытаясь объяснить матери, что дали ей на работу какие-то средства. Но тут Марфа уже не очень понимала, и не лезла в работу дочери. А Зоя, выходя утром в резиновых сапогах, чтобы поработать в теплице, смотрела в сторону серебристого здания космопорта. Он монументально возвышался над перелеском, отблёскивая серебром в солнечных лучах. Зою, почему-то, будоражил его вид, и сердце начинало биться в предчувствии чего-то…
Сегодняшнее утро ничем от других не отличалось. Единственное, что тревожилась Зоя за мать. Захворала Марфа, врач, что приезжал на обследование ничего внятно сказать не мог. Только то, что нужно ехать на обследование в больницу, и такую сумму назвал, от которой у Зои глаза на лоб полезли. И страховка даже половину стоимости за обследование не перекрывала! Выписал он что-то, да уехал, бормоча что-то про плохой воздух в этом районе. Марфа только повздыхала, да заварила себе каких-то травок из старых своих запасов, от которых по дому поплыл тёрпкий дух:
- Ничего дочка, ещё немного поживу. Так что занимайся своим… проЭктом, сколько надо тебе, - пыталась успокоить дочку женщина. Да разве успокоишь её? Всегда Зоя отличалась открытостью и большим сердцем, а тут матушка родная. Как не переживать-то?
Самолечилась Марфа травками и требовала, чтобы Зоя приносила ей воду только из колодца, что был возле их дома. У неё аж румянец на щеках появлялся, когда пила она эту воду. А вот если покупную – то сразу хуже становилась. У Зои изредка мелькала мысль, что стоит отнести воду на анализ. Но она, по какой-то причине не решалась – а вдруг там действительно нечто особенное? Из земли? И этот источник перекроют? Да и мать точно не одобрит поступка дочери.
Застыла Марфа в своей болезни, хуже ей не было, но и лучше становилось. Может и знала что-то женщина о своём состоянии, да вот только с дочерью не делилась. Не хотела отрывать её от работы.
Зоя же выращивала особый сорт ржи, иммунный к разного рода болезням и способностью прорастать в слабом грунте. По теории, этот сорт ржи был приспособлен к росту на планетах с разреженной атмосферой. Например, на Марсе! Зоя допила свой чай и, оставив кружку на крыльце, направилась в теплицу, с трудом заставив оторвать свой взгляд от космопорта.
По странной прихоти судьбы, именно с этого космопорта был запланирован старт «Ковчега». «Ковчег» был надеждой. Доведённый до совершенства, почти полностью автоматизированный комплекс, который был призван терраформировать безжизненные миры. В новостях писали, что в его трюме собраны образцы растений и животных со всего мира! Его запуск планировался в ближайшие несколько месяцев и Зоя очень надеялась на него попасть вместе со своей разработкой. А заодно забрать с собой мать! Марфе она своих планов пока не говорила, знала, что та упираться начнёт.
Войдя в теплицу, девушка обрадовалась – на грядках виднелись зелёные всходы! Нужно подождать ещё немного, когда рожь созреет, и тогда можно будет предоставить свою разработку! Главное, чтобы успела. Она столько времени потратила на это! И очень надеялась, что успеет подготовить первый урожай до старта «Ковчега». Заявку-то она уже подала, и прогноз был весьма благоприятным.
Зоя понимала, что Гагаринка рано или поздно зачахнет окончательно. Мегаполис подступал всё ближе, изобретались новые способы стройки и скоро найдут способ и здесь всё застроить. Но понимала ли это мать? Как ни радовалась Зоя тому, что её разработка дала первые всходы, тревога за будущее не покидала её голову.
Закончив сбор данных и выйдя из теплицы, она глубоко вздохнула. Пахло скошенной травой, но сквозь привычный запах врезалась едкая химическая вонь. Видимо ветер сменился, и теперь смог накрыл Гагаринку. А ведь раньше здесь пахло совсем по-другому – это Зоя помнила весьма смутно, но помнила.
Марфа сидела на крыльце. Бледная и похудевшая женщина выглядела неважно. Да ещё и без обуви вышла, босыми ступнями опираясь на землю. Раньше она часто выходила по вечерам на крыльцо, поднимая глаза к небу. Млечный Путь раньше был виден хорошо, а теперь даже по ночам вместо него была мутная, едва различимая лента, в которой терялись огни пролетающих шаттлов.
- Мама! – Зоя пошла к матери, озабоченно разглядывая её лицо. Старомодный цветастый платок обнимал Марфу за плечи, и женщина тяжело дышала. – Что же ты меня не позвала? Я бы тебе помогла. Да ещё и босиком!
- Ничего милая, хорошо всё. Мне бы к земле поближе быть. Да вот только земля уже не та стала, грызут её изнутри, - проговорила Марфа, поднимая глаза на дочь. Она едва заметно улыбнулась, после чего закашлялась. Проклятый воздух! Деревья, которые давно уже не одевались в зелёные наряды, склонили рыжие макушки в сторону старого дуба. Словно кланялись своему предводителю, который ещё мог похвастаться парой зелёных веточек. Вот только надолго ли?
- Мама, тебе нужно принять лекарства, что врач прописал.
- Что мне с них толку? – заворчала Марфа недовольно. Бледная кожа немного порозовела, словно ей действительно немного полегчало от того, что она земли босыми ногами касается.
- Таблетки эти ерунда сущая. Ничем они мне не смогут помочь! А трав нужных здесь больше не растёт. Ничего скоро здесь расти не будет, и домов наших не останется. Всё утянется под бетон да железо, - проговорила Марфа, и в её глазах читалась боль. Может и остались на этой земле ещё места природные, да разве так просто до них доберёшься? Остаётся здесь жить, пока есть возможность, а дальше… непонятно была. Зоя сжала губы в упрямую нить, да присела рядом с матерью. А ведь ей ещё и шестидесяти нет, а из-за болезни выглядит ещё старше! Взяв аккуратно Марфу за руку, Зоя тихо проговорила:
- Мам а у меня ведь получилось. Мои зёрна проросли! И в нашей земле, и в образцах грунта с Луны тоже!
Марфа кивнула, и только собиралась что-то ответить, как над ними промелькнула тень, и раздался шум гравитационного двигателя. Большой чёрный автомобиль пролетел прямо над ними, а после приземлился на бывшей сельской площади. Теперь она поросла жёсткой травой, и фонтан давно уже не работал. Сердце Зои ёкнуло от дурного предчувствия – она хорошо знала, кому принадлежал автомобиль. И если этот человек явился сюда, то ничего хорошего их не ждало! В последний раз, когда этот человек приезжал сюда, от его взгляда Зое было как-то нехорошо. Жёсткий, властный, привыкший к тому, чтобы ему подчинялись.
- Мам, посиди пока, я пойду узнаю, что ему здесь понадобилось, - Зоя поднялась на ноги и направилась в сторону площади. Сейчас и остальные жители Гагаринки подойдут. Вот только что же ему здесь надо?
Продолжение:
