Ссылки на первую и вторую часть:
В 1968 году Америку лихорадило. Вьетнамская война, космическая гонка, террор Ку-клукс-клана, убийство Мартина Лютера Кинга и Роберта Кеннеди - всё это было реальностью американцев поздних 60-х. Накалившиеся страсти и накопившиеся в обществе противоречия, казалось, вот-вот должны были рвануть второй гражданской войной, главная битва которой случилась бы за символ Америки - Белый дом.
"Третья сила".
В этом хаосе две главные партии страны выставляют кандидатов, которых никто не выбирал. Демократы - вице-президента Хьюберта Хамфри, человека либеральных идеалов, но не харизмы. Хьюберт предлагал остановить Вьетнамскую войну, пойти на диалог с Советским Союзом, увеличить права профсоюзов, "нанести удар" по расистскому Югу. Он не участвовал ни в одном праймериз, его выдвинул партийный аппарат. Для миллионов молодых активистов, которые шли за Кеннеди, Хамфри был пустой оболочкой.
Республиканцы выставили Ричарда Никсона, который проиграл Кеннеди в 1960‑м, проиграл выборы губернатора Калифорнии в 1962‑м и уже давно считался политическим мертвецом. Но в 1968‑м он внезапно вернулся - спокойный, собранный, уверенный в себе. Никсон стал быстро набирать популярность.
И был третий кандидат - Джордж Уоллес. Эталонный расист и праворадикал, Уоллес знал, что не может выиграть президентское кресло. Но он хотел не дать победить ни Никсону, ни Хамфри - перевести выборы в Палату представителей, где южане смогли бы диктовать условия, как в XIX веке.
А в вице-президенты он выбрал генерала Кёртиса Лемея - того самого, который прославился ковровыми бомбардировками Японии во Второй мировой. Именно по его приказу деревянный Токио почти полностью был сожжён дотла авиаударами. На первой же его пресс-конференции журналисты спросили: "Вы бы применили ядерное оружие?" ЛеМей без сомнений ответил: "Если бы я счёл это необходимым - да".
"Весь мир смотрит на Чикаго".
К августу 68-го, когда демократы собрались на свой съезд в Чикаго, настроение было тревожным. Мэр Ричард Дэйли мобилизовал 12 тыс. полицейских, 6 тыс. солдат Национальной гвардии и 6 тыс. федеральных войск. В городе распространился слух, что левые радикалы - "йиппи" (Youth International Party) собираются подсыпать ЛСД в водопровод.
В среду вечером полиция пошла в атаку на толпу демонстрантов у отеля Conrad Hilton. Офицеры били всех подряд - хиппи, журналистов, случайных прохожих, священников. Десятки людей были зажаты в стеклянных дверях, выбитых полицией. После того, как протестующие стали оказывать яростное сопротивление, оттесняя полицию обратно, в ход пошла Нацгвардия. Бойцам было поручено стрелять резиновыми пулями и применять по необходимости слезоточивый газ. Однако, видимо, необходимость была столь сильной, что уже скоро почти весь Чикаго задыхался, погружённый в летучие химикаты. Пострадали тысячи людей, которые даже не знали о протесте. Телевидение транслировало всё это в прямом эфире. Протестующие скандировали: "Весь мир смотрит! Весь мир смотрит!"
В этот момент в зале съезда сенатор от демократов Абрахам Рибикофф вышел на трибуну, посмотрел в сторону мэра Дэйли и произнёс: "Гестаповские методы на улицах Чикаго должны быть немедленно осуждены".
Опозоренная Демократическая партия выходила из съезда расколотой на части. По словам очевидца Кёртиса Уилки, делегаты покидали город, "оставляя партию в руинах" .
На фоне агонии ведущей партии страны Уоллес выглядел крайне уверенно. Он был мастером игры слов и грязной агитации. Для глубоко религиозных белых южан и жителей Среднего Запада Джордж был мечом Господним против безбожного Вашингтона. Он обещал вернуть молитву в школы и поставить на место "элиту". На митингах в его поддержку можно было увидеть плакаты "Иисус - мой кандидат", а на сцене рядом с ним стояли пасторы, проклинающие расовую интеграцию как грех.
Помогло и другое: тремя годами ранее проходил Столетний юбилей поражения Юга в Гражданской войне. Север отпраздновал его с помпой, а чернокожие по всей Америке поздравляли друг друга, выходили на улицы, танцевали, пели. Эта победа воспринималась как общая для всех американцев, одно из величайших достижений страны, и те, кто не праздновал её, считались предателями и просто чудаками.
В федеральных СМИ тогда много глумились над южными штатами, демонстративно отказавшимися проводить торжества. Тот день был ещё свеж в памяти и не давал покоя сотням тысяч южан, считавшим его страшным унижением. Сильный кандидат-расист был для них надеждой на месть.
Союз против Союза.
Итак. После убийства Роберта Кеннеди 5 июня страна потеряла последнего сильного либерала и посредника между расами. Добитые катастрофой в Чикаго, демократы погрузились в хаос. Опросы показывают, что Уоллес набирает 21% по стране - ошеломительный прорыв для губернатора сельской Алабамы. В некоторых южных штатах он уже опережает Никсона. Паника охватила Белый дом и накрыла штаб республиканцев.
Казалось, ветер дует в спину Уоллесу. Все козыри, что были у него в рукаве - южные демократы, сельская молодёжь, расисты, недовольные рабочие Севера, радикальные протестанты, пенсионеры, военные - он использовал по максимуму. Сложными манипуляциями он смог объединить их всех против Союза (так в Америке называют федеральное правительство). Но наступил октябрь, и гений Никсона (а также глупость самого Уоллеса) сделали своё дело.
Прокол с ЛеМеем.
Генерал Кёртис ЛеМей, кандидат в вице-президенты, был для Уоллеса чем-то вроде джокера для игрока в карты. Подобно Александру Лебедю, этот харизматичный генерал был символом патриотизма и традиционных ценностей, он объединял вокруг себя разные группы населения, начиная с работяг Детройта и заканчивая военными. Все те, кто устали от болтовни вашингтонских властителей, видели в нём и в Уоллесе надежду на изменения к лучшему, твёрдую руку, что сама наведёт порядок на улицах и в карманах. Но это имело и обратную сторону: ЛеМей был себе на уме и мало прислушивался к тому, что ему говорил коллега по цеху.
Речи он толкал смело, но бесшабашно, нередко доходя в своих оборотах до сплошной нецензурной брани в адрес недругов и оппонентов - демократов, республиканцев, хиппи, коммунистов или даже вьетнамских партизан. Всё, что ему подсовывали спичрайтеры, он безжалостно сминал и выбрасывал. Будучи военным до мозга костей, ЛеМей напоминал неуправляемый молот - полезный, когда бьёт врагов, но смертельно опасный, когда поворачивается против тебя.
И вот, на пресс-конференции в Далласе, прямо в том городе, где когда-то погиб президент Кеннеди, генерал заявил, что не против применения ядерного оружия во Вьетнаме. Страна, напуганная Карибским кризисом, содрогнулась. Сколько не просил Уоллес в тот момент замолчать разбушевавшегося генерала, ЛеМей и слышать ничего не хотел. Он закончил свою речь обещанием обратить Вьетнам в порошок. Патриоты были счастливы, а кампания партии - уничтожена. Люди крутили у виска, слушая речь генерала, и рейтинг Уоллеса стремительно пополз вниз.
Атака Никсона: "Южная стратегия".
Ричард Никсон понял: бить Уоллеса в лоб бесполезно. Он поступил хитрее. Кандидат знал, что хоть южане и ненавидят либеральную демократию, далеко не все из них готовы голосовать за расиста. Никсон решил сделать смелый шаг, который изменил политическую карту Америки навсегда. Он отправил своих людей в Южную Каролину и Техас с тайным месседжем: "Ребята, вы же не можете выиграть с Уоллесом. Но вы можете заставить его проиграть, а заодно и Хамфри. Голосуйте за меня, я не трону вашу сегрегацию, я просто буду говорить о законе".
Никсон крал голоса у Уоллеса на Верхнем Юге, обещая "федеральную помощь без федерального контроля". Расисты поняли, что Уоллес не пройдет, а Никсон - их шанс остаться у власти. Именно с этих пор южные штаты стали голосовать за республиканцев. Так продолжается и по сей день. До этого большинство штатов, кроме северного Ист-сайда (Нью-Йорк, Дэлавэр, Массачусетс, Мэн), голосовали "как попало"; теперь Никсон сумел спроектировать целую систему, при которой ни одна из сторон гарантированно не смогла бы заработать полное доминирование на выборах. Он застолбил Юг и Средний Запад для республиканцев, а Север и Калифорнию отдал демократам. Этот порядок жив до сих пор.
В решающий вторник 5 ноября 1968 г. произошло невероятное. Америка раскололась на три почти равные части.
Вот сухие цифры того дня:
- Ричард Никсон (Республиканец): 31 783 783 голоса (43.4%). 301 выборщик.
- Хьюберт Хамфри (Демократ): 31 271 839 голосов (42.7%). 191 выборщик.
- Джордж Уоллес (Американская Независимая партия): 9 901 118 голосов (13.5%). 46 выборщиков.
О том, как Никсон победил, а Хамфри проиграл.
Обратите внимание: Никсон и Хамфри шли ноздря в ноздрю (разница в полпроцента!). Но выборщиков Никсон получил намного больше. Почему так вышло?
- Хамфри "задушили" протестующие (ситуация в Чикаго, митинги пролетариев и афроамериканцев).
- Либеральное крыло демократов (студенты, бизнесмены, интеллигенция) так ненавидели войну во Вьетнаме, развязанную президентом-демократом, что многие просто не пришли на выборы либо вписали за кандидата "мира" Юджина Маккарти (считайте, что "против всех"). Хамфри не смог мобилизовать силы, которые должны были помочь ему победить, и даже его гневная речь за мир во всё мире не принесла должного результата.
- Уоллес "украл" голоса Хамфри на Юге. Если бы Уоллеса не было, южные демократы-расисты (те самые "диксикраты") в большинстве своём всё равно бы не проголосовали за Хамфри. Его знали как главного врага всех консерваторов и архитектора закона о гражданских правах 1964 года. Но главное…
- Тактика "Сплиттера" провалилась. Уоллес надеялся, что он выиграет достаточно штатов на Юге, а Никсон - на Западе, и никто не наберет 270 голосов. В этом случае выборы ушли бы в Палату представителей, где Уоллес смог бы шантажировать всех и потребовать отмены интеграции в обмен на голоса.
Никсон, более умеренный в словах и поступках, привлёк на свою сторону миллионы тех, кто колебался, и выиграл в трёх ценных штатах - Калифорнии, Иллинойсе и Огайо, разорвав план Уоллеса в клочья. Пролетарии Ржавого пояса, которых тревожила война во Вьетнаме, после милитаристских пикетов ЛеМея отвергли южанина. Никому больше не хотелось класть головы во имя свободы где-то в джунглях, которые они даже не могли найти на карте, и ввязываться в ещё более безумную кровавую кашу, так ещё и с угрозой ядерного удара в ответ.
Джордж был популярен среди праздной белой молодёжи, радикальных студентов и стариков, но не мог предложить ничего дельного тем, кто стоял у станка, ремонтировал "Форды" или грузил контейнеры в доках. Уоллес, несмотря на все шансы, стал "королём горы" только на Юге и не смог создать так называемый "висячий парламент", когда ни одна из сторон не может добиться абсолютного превосходства.
Результат.
Никсон одержал победу - его стратегия оказалась сильнее. Поле битвы за Белый дом осталось за ним. С этих пор Республиканская партия начинает свою славную эпоху. Кандидат-расист с Американской независимой партией набрал 13,5 % - это означало, что почти 10 000 000 американцев выбрали ненависть и расизм вместо демократии. Он проиграл, но показал - в Америке ещё есть силы, способные расшатать устоявшийся порядок.
Так кто же поддержал Уоллеса?
1. Промышленный Север - гнев пролетариата. Огайо, Иллинойс, Пенсильвания, особенно Мичиган (331 тысяча голосов). Индустриальное сердце Америки - так называемый "Ржавый пояс" - дало Уоллесу почти 1,6 миллиона голосов. Это были белые рабочие, которые когда-то составляли костяк демократов и верившие им, но теперь чувствовали себя преданными.
2. Техас и Флорида - штаты-гиганты. Два самых крупных по населению южных штата не выбрали Уоллеса, но дали ему больше миллиона голосов суммарно.
3. Калифорния - неожиданный результат. 487 тысяч голосов (6,7%) - в многонациональном либеральном штате, который через год станет символом контркультуры, Уоллес нашёл своего избирателя. Надо заметить, что и по сей день наибольший процент членов Американской Независимой партии родом именно из Калифорнии.
4. Южные штаты - абсолютная победа. Уоллес выиграл в пяти штатах - Алабаме, Миссисипи, Луизиане, Арканзасе и Джорджии (+ один выборщик из Северной Каролины), велика была поддержка и в прочих - Теннеси, Миссури, Кентукки. Это миллионы белых американцев. Уоллес буквально снёс Глубокий Юг - в некоторых округах Алабамы и Джорджии он набрал под 90% голосов.
В немалой степени сыграло свою роль и то, что, запуганные белой полицией, Ку-клукс-кланами и террором вооружённых расистов чернокожие американцы вынуждены были голосовать против своей воли. Считается, что по меньшей мере 150 тыс. голосов за AIP - от них.
Победил ли Уоллес? Нет. Его стратегия сработала? Да. Популист не собирался выигрывать выборы напрямую. Его план был другим: набрать достаточно голосов выборщиков, чтобы ни один кандидат не получил 270, и тогда выборы перешли бы в Палату представителей. Там южане могли бы диктовать условия. 46 голосов выборщиков - это меньше, чем нужно (нужно было около 80), но это показало, что третья сила способна изменить ход выборов. Юг отстоял свой расизм.
Уоллес проиграл выборы, но выиграл будущее. Он показал республиканцам, как надо работать с белым рабочим классом. Ричард Никсон тогда внимательно посмотрел на цифры, после прочитал книгу Кевина Филлипса "The Emerging Republican Majority" и сказал: "Теперь я всё понял. Юг будет наш".
Через 12 лет Рональд Рейган будет использовать те же самые коды - "государство всеобщего благосостояния", "верховенство закона", "семейные ценности" - чтобы добить остатки "нового курса" Рузвельта и укрепиться на Юге. Джордж Уоллес, этот разъярённый "хоббит-боксёр" из Алабамы, открыл ящик Пандоры популизма. И с тех пор американская политика не может без него жить.
Приходила новая эпоха.
А если кратко сказать об этом всём:
В 1968-м Америка так устала от проблем, что чуть не выбрала диктатора в ковбойской шляпе. Спасла ситуацию лишь хитрая тактика Никсона и ядерный ляп генерала ЛеМея. Но 13.5% и 5 штатов - это результат, который до сих пор является абсолютным рекордом для "третьей силы" в современной истории США. Кое кто может вспомнить миллиардера Марка Перо, однако он был самовыдвиженцем, партии не создавал и за свою кампанию платил сам. Он появился лишь однажды, расизм же вечен.
Вечный бой.
А что теперь? Многое ли изменилось в Америке? Да, бесспорно. Нет того беспредела, что был в 40-х или 60-х. Отгремели сражения за гражданские права и десегрегацию. Чернокожие ныне живут наравне с прочими: учатся, работают, лечат, издают книги, заседают в Сенате. Давно отошли в мир иной заклеймённые всеми радикалы, такие как Стром Тэрмонд. Однако неприкрытый расизм Глубокого Юга, увы, никуда не пропал, более того, он окреп и укоренился.
На смену послевоенному поколению, охотившемуся за чернокожими с петлёй и факелом, и байкерам-националистам, промышлявшим разбоем в 80-е и 90-е, пришли южные фермеры и ура-патриоты - рэднэки. Их много и они вооружены. В немалой степени расизм и радикализм всколыхнуло пресловутое MAGA (сокращ. от "Make America great again", лозунг президента Д. Трампа) - псевдопатриотическое движение, которое основал "властелин в красной кепке" - Дональд Трамп.
В глубинку некоторых штатов, таких как Джорджия или Алабама, "цветному американцу" афроамериканцу до сих пор лучше не приезжать без ствола. И хоть Ку-клукс-клан больше не жжёт кресты, призрак в белом балахоне по-прежнему бродит по Америке, выжидая своего часа. Достаточно лишь поднести спичку, и море бензина вспыхнет как заря. Политики всегда знают, за какие ниточки надо дёрнуть. Так одержала ли американская демократия победу или враг сам предпочёл отступить?..