Ссылка на первую часть:
Кошмар 1948 года навсегда изменил Америку. Выборы президента стали моментом истины. Они обнажили ту глубокую рану, которая скрывалась за фасадом хвалёной демократии. И хотя Трумэн победил, а Тэрмонд не сумел "вырваться" за пределы Глубокого Юга, призрак в белом балахоне и остроносом колпаке отнюдь не упокоился. И спустя двадцать лет он вернулся.
Из боксёра в губернаторы.
На дворе 1968 год. Америка в огне. Страшные потрясения следуют одно за другим. Год начался со знаменитого Тетского наступления, организованного Северным Вьетнамом, которое спровоцировало массовые антивоенные выступления. Настал апрель, и убили Мартина Лютера Кинга - национального борца с расизмом.
Через два месяца пуля сразила Роберта "Бобби" Кеннеди, брата президента, главную надежду либералов. Города полыхают, дым от сожжённых покрышек накрывает и Белый дом. На ступенях Капитолия установлены пулемёты.
А в это время в Алабаме поднимается человек, который говорит уставшим американцам: "Я добьюсь порядка любой ценой!" Его зовут Джордж Уоллес.
В Соединённых Штатах существует термин WASP (созвучно с английским "оса"). Расшифровывается как White Anglo-Saxon Protestant - "белый английский протестант". Так называют потомков первых англичан, приехавших в Америку, но в широком смысле - белых мужчин обычной ориентации, верных традициям и исповедующих протестантство. Нередко они - убеждённые расисты и праворадикалы. Зовут их чаще всего по-библейски - Джозеф (Иосиф), Томас (Фома), Джонатан (Иоанн).
Так вот - если в мире и можно было найти настоящего WASPa, так это был Джордж. Изначально он вообще не думал ни о какой политике и был боксёром. В юности Джо успешно выступал на ринге, и привычка "идти вперёд и бить" осталась с ним на всю жизнь. Во время Второй мировой он служил на бомбардировщике B-29 под командованием Кёртиса ЛеМея - этот военный нам ещё пригодится.
На Тихом океане Уоллес едва не погиб. Он подхватил менингит - болезнь, которая в те годы убивала многих. Его спасли, но он частично потерял слух.
Изначально расистом Джо не был. В 1958 году он баллотировался на пост губернатора Алабамы как умеренный. По иронии судьбы, тогда его поддерживала NAACP - главная организация по защите прав чернокожих.
Уоллес проиграл. Он считал, что его поражение - вина тех, кого он обещал защищать. И тогда американец произнёс фразу, которая стала для него роковой: "Отныне меня никто не переплюнет в расизме". Дословно это звучало грубее: "I’ll never be out-ni....red again" (какое слово я скрыл - думаю, догадаетесь, сами). С тех пор он стал самым яростным расистом Юга.
Он понял главный закон политики Алабамы: сила за теми, кто больше всех ратует за права белых. И на следующих выборах блестяще победил.
Политик объединил усилия со своим бывшим соперником Джоном Паттерсоном, благодаря чему ему удалось заручиться поддержкой местных праворадикалов и членов ККК.
"Segregation now, segregation tomorrow, segregation forever" - эти слова, произнесённые на инаугурации 14 января 1963 года, стали визитной карточкой Уоллеса.
Автором многих его речей был член Ку-клукс-клана по имени Аса Картер. Картер вёл главную расистскую газету Америки "Южанин" и был одним из самых убеждённых праворадикалов страны. Он нёс расистскую риторику в массы с искусностью гениального агитатора. По его вине миллионы людей были одурманены расизмом, а тысячи - погибли. Картер станет одним из самых важных союзников Уоллеса и будет в его команде кем-то вроде Геббельса для НСДАП.
В 1963 году, когда два чернокожих студента, Джеймс Худ и Вивиан Мэлоун, пытаются записаться на учёбу, Уоллес лично встаёт у входа и блокирует их. Лишь под давлением генерала Национальной гвардии Генри Грэма он отступает.
Его митинги становились спектаклями. Когда протестующие называли его нацистом, он парировал: "Я убивал их, когда вы, панки, были в пелёнках".
Про беспорядки он говорил прямо: "Позвольте полиции управлять этой страной год-другой - и никаких проблем". А про бунтующих - с имитацией выстрелов: "Бам! Бам! Бам! Прямо в голову".
Либералы ненавидели его. Рабочие обожали.
Уоллес отнюдь не ограничивался словами и жестами. Благодаря нему террор ККК на юге разросся до невероятных масштабов. В 1963 году в Бирмингеме (Алабама) была взорвана баптистская церковь, в результате чего погибло 4 девочки и ещё 20 человек получили ранения. В том же году на пороге своего дома был застрелен Мэдгар Эверс - глава отдела организации по борьбе за права чернокожих - NAACP в штате Миссисипи.
Гибли десятки правозащитников и сотни чернокожих американцев. Тех, кто не мог оказать сопротивления, "клановцы" обливали смолой, осыпали перьями и подвергали порке. Полиция Глубокого Юга попросту бездействовала.
В воскресный день 7 марта 1965 года Уоллес отдал приказ полиции и шерифам жестоко разогнать мирный марш за права голоса. Шериф Джим Кларк и его люди с дубинками набросились на демонстрантов, когда те пытались перейти мост Эдмунда Петтуса.
"Кровавое воскресенье" увидела вся Америка по телевизору. Кадры избиения людей и атаки слезоточивым газом повергли общество в шок.
Десятки церквей для чернокожих прихожан, сожжённых и осквернённых клансменами в Алабаме в 60-х, также пострадали из-за потворства коварного губернатора.
Ранее, в 1963 году Уоллес создал тайную комиссию, которая вела расследование деятельности организаций по защите гражданских прав. Комиссия собирала досье на активистов, профсоюзных лидеров и журналистов. Её усилиями за решётку упекли сотни "рейнджеров свободы" - правозащитников, которые разъезжали по южным штатам и оценивали борьбу с сегрегацией. При этом Уоллес полностью игнорировал акции линчевания и даже поддерживал их.
Как губернатор Алабамы, Уоллес назначал белых на все ключевые посты в правительстве штата - от руководителей департаментов до казначеев и судей. На протяжении десятилетий афроамериканцы были лишены доступа к власти. Генеральный прокурор штата Ричмонд Флауэрс, назначенный Уоллесом, до последнего боролся против интеграции чернокожих в школы и университеты.
Битва за Белый Дом.
К 1967 году Уоллес понял: в Демократической партии, которая всё больше поворачивает в сторону гражданских прав, ему места нет. Тогда он решает создать свою. Так 8 июля 1967 года появляется Американская независимая партия (American Independent Party, сокращённо AIP). С ней расист решил участвовать в президентских выборах.
Уоллес стал её знаменем. Слоган был простым и действенным: "Stand Up for America" - "Встань за Америку".
Почему это сработало? Уоллес действовал тонко. Он не называл себя расистом, хотя им был. Он говорил о "законах и порядке", о "преступниках»" которых распустили либеральные судьи, об "анархистах" и "бездельниках-хиппи". В его речах было много расовых кодов, но главное - он давал выход гневу. Тому гневу, который копился годами. Вьетнамская война, ненависть к элитам, экономический кризис, социальные конфликты, разрушение традиционных ценностей - всё это политик обратил себе на пользу. Уоллес сделал так, что белые и даже чёрные пролетарии Севера стали его верными союзниками.
Опросы показывали: по всей стране за Уоллеса готовы голосовать 16% избирателей, а на Юге - более трети.
"Бам! Бам! Бам! Прямо в голову"
Уоллес был шоуменом от политики, настоящей звездой 60-х. Ростом всего 170 сантиметров, он выглядел на трибуне как бойцовый петух. Люди приходили на его митинги не слушать, а чувствовать.
Он говорил вещи, от которых у либералов ныне стынет кровь:
"Не нужно пытаться обратить этих хиппи в веру - достаточно их убить".
"Способ остановить бунт - ударить кого-нибудь по голове".
"Когда я стану президентом, и какой-нибудь анархист ляжет перед моей машиной - это будет последняя вещь, перед которой он ляжет» .
Каждый митинг Уоллеса был смесью цирка и уличной драки. На его выступления приходили тысячи. В Сиэтле, например, зал на 1 700 мест был забит за час до начала, а на улице собрались ещё тысячи - и сторонники, и протестующие. Когда Уоллес прилетал, его встречали с цветами, аплодисментами и флагами Конфедерации.
Поддержка из глубин.
Самое страшное заключалось в том, что Уоллеса поддерживали люди, облечённые властью.
Полиция.
В опросах полицейские открыто говорили: "Уоллес ближе всех к нашим взглядам". В большей части южных штатов блюстители порядка мало чем отличались от тех же расистов, с которыми им было поручено бороться.
И это не просто слова. Именно полицейские на митингах Уоллеса часто закрывали глаза на избиение протестующих, а порой и сами устраивали акты насилия. В некоторых городах офицеры приходили на его выступления в гражданском.
Военные.
Кандидатом в вице-президенты Уоллес выбрал генерала Кёртиса ЛеМея - бывшего командующего Стратегическим авиационным командованием США, второго "Макартура", который во время холодной войны предлагал "вбомбить Северный Вьетнам в каменный век". Да, именно под его руководством когда-то проходил службу Уоллес. ЛеМей был живой легендой ВВС, и его согласие стать "номером два" у Уоллеса означало, что значительная часть военных готова поддержать такого кандидата. Радикальное крыло американской элиты, жаждавшее нескончаемой войны, видело в Уоллесе своего человека.
Джо, кстати, умело этим пользовался. На одном из митингов в Огайо, где протестующие показывали знаки с надписью "Гитлер в 1933-м, Уоллес в 1968-м", он парировал: "Лжецы, я сражался с Гитлером и нацистами. Нацизм так же плох, как коммунизм".
Сенаторы и чиновники.
Поддержка Уоллеса в штатах была не только народной. В 1968 году многие политики, которые формально оставались демократами Юга, тайно (а иногда и явно) работали на него. Они понимали: если Уоллес наберет достаточно голосов выборщиков, выборы уйдут в Палату представителей, и там южане смогут диктовать условия - отмену законов о гражданских правах и ослабление федеральной власти. Всё как двадцать лет назад.
"Призрак бродит по Алабаме".
Ку-клукс-клан в 1968-м переживал Ренессанс. Уоллес никогда публично не признавался, что помогал ему - он был слишком умён для этого. Но клановцы ходили на его митинги, их видели всюду - на аграрном Юге, в Ржавом поясе, в Калифорнии, в дремучем Орегоне. В Огайо замечали людей в белых мантиях среди толпы сторонников Уоллеса.
Их численность неуклонно росла - к 1968 году только в Алабаме клансменов было более 7 тыс. человек, а всего по Югу - не менее 100 тыс., включая сочувствующих. Массовые акции клансменов проходили в крупнейших городах Юга: Бирмингеме, Монтгомери, Колумбусе, Джэксоне, Атланте. Расистские протесты охватили Техас, Калифорнию и Флориду.
Главной задачей ККК было запугивание чернокожего населения Юга, дабы оно не участвовало в губернаторских выборах либо голосовало за нужных расистам кандидатов. Считается, что даже убийство Мартина Лютера Кинга было организовано напрямую Уоллесом в сговоре с частью полицейского и военного руководства США, а осуществлено руками клана. Этот удар должен был расколоть ряды либералов, смутить их, запугать.
Ещё опаснее были протестантские радикалы. Общество Джона Бёрча - ультраправая секта, считавшая, что США захватили коммунисты, - активно работала на Уоллеса. В администрации губернатора был представитель бёрчистов - поляк по имени Анжей Рубецкий, который призывал чернокожих женщин делать аборты, а мужчин - топиться. Члены Общества были в залах, они собирали пожертвования, разносили листовки. А вместе с Обществом процветали и прочие - неонацисты, экстремисты и уличные банды.
Уоллес объединил их всех. Он говорил на их языке. Он давал им надежду - надежду на то, что "Америка вновь станет белой".
Мэдисон-сквер-гарден.
Кульминацией кампании Уоллеса стал митинг в самом сердце либеральной Америки - в Нью-Йорке, в "Мэдисон-сквер-гарден". Это было за несколько недель до президентских выборов.
Внутри зала играла кантри-группа, исполняя "Звёздно-полосатое знамя", "Боже, храни Америку" и "Dixie" - гимн Конфедерации. Нацисты, члены Клана и протестанты стояли плечом к плечу с работягами из Бруклина.
А снаружи развернулась рукопашная. Молодые левые радикалы - йиппи - и чёрные активисты сражались с клановцами и неонацистами. В бой пошло всё, от кастетов и свинчаток до коктейлей Молотова и огнестрельного оружия.
Когда Уоллес вышел на сцену, он поднял руки, как боксёр-победитель. "Я когда-то был боксёром и давно хотел провести главный бой в этом зале", - сказал он. Один репортёр написал, что рев толпы был самым громким и страшным звуком, который он когда-либо слышал в Нью-Йорке .
Уоллес издевался над протестующими, которых выводили полицейские: "Почему бы вам не спуститься сюда? Я автограф на ваших сандалиях поставлю". А когда протестующих избивали, он не просил остановиться. "Ну что, пришли за проблемами - получили", - бросал он в зал.
Апрель, май, июнь 1968-го - эти три месяца прошли под звуки похоронного марша. Мартин Лютер Кинг отошёл к праотцам. На выборах Кеннеди мог бы объединить либеральные силы, но он тоже был мёртв. А тем временем президентские выборы становились всё ближе, и Уоллес лишь набирал популярность.